Капкан - Энн Куин

Но встретив в его глазах отчаянье, она его искренне пожалела.

«Я могу прямо сейчас наброситься на тебя и получить что хочу, но не делаю этого, так как не хочу все разрушить!»

– Я где-то читала, что даже на нудистских пляжах людей нагота не возбуждает.

– Это так сложно? – уже немного нервно произнес он.

– Я оденусь, только объясни мне причину. Может быть, у меня некрасивое тело?

– У тебя красивое тело.

– Тогда что?

Он резко вскочил с места и стал перед ней во весь рост, она сразу все поняла по эрекции в его штанах.

– Довольна?

Поняв, как ему было неловко признаться, она на мгновение пожалела о своей выходке.

– А теперь ты можешь одеться?

– Прости, надо было мне сразу все объяснить. Я сейчас пойду оденусь.

Николь встала и вышла из гостиной в направлении своей спальни, оставив Доминику такой же соблазнительный вид сзади аккуратной фигурки, когда он провожал ее взглядом. Всю дорогу она ужасно радовалась, вспоминая его фразу в первые дни: «Ты не в моем вкусе», и торжествующе зашла в свою комнату.

Целое утро и день они избегали друг друга, так как никто из них не хотел первым заводить разговор. Столкнувшись с Николь в спортзале, когда она растягивалась за станком, он не сказал ни слова и лишь прошел к своим тренажерам. Николь также ничего не сказала, провожая взглядом его отражение в настенных зеркалах. Спустя полчаса она решила уступить и направилась к нему.

– Мы же не станем ссориться из-за этого моего ребячества?

– А ты хочешь? – посмотрел он на нее.

– Ты единственный человек, с которым я могу общаться еще две оставшиеся недели, а так как я не могу без общения, конечно же нет.

– Тогда забыли.

– У тебя есть вода?

– Держи, – бросил он ей бутылочку с водой.

Николь сделала глоток и, подойдя к стеклянной стене, посмотрела сначала вниз, а затем просто прямо. Она продолжала пить воду, а потом вдруг спросила:

– Ты же думал о том, кто тебя здесь запер?

– Меня? А тебя?

– В том-то и казус: я две недели думаю, кто мог для меня сделать этот подарок, но все мои друзья прекрасно знают, как я отношусь к подобным вещам. Значит заперли тебя, а я, возможно, просто стала случайной жертвой.

– Вариант, что нас специально запер один человек, чтобы свести вместе, сразу отпадает, – шутил он.

– У нас даже общих знакомых нет, так как мы из разных миров. А может, это враг? Хоть у меня их тоже нет.

– Что ты имеешь в виду под словом «враг»?

Сидя на лавке, он заинтересованно поднял на нее голову, когда она развернулась.

– Ну, знаешь, человек хочет что-то провернуть, а ты и я ему в этом мешаем, вот он и решил устранить нас на некоторое время, чтобы с легкостью провернуть аферу.

– Ты богатая?

Доминика ужасно забавляли ее дедуктивные размышления, ведь он прекрасно знал, кто их запер и тем более зачем, но он решил подыграть ей.

– К чему этот вопрос?

– Я просчитываю варианты, что у нас может быть общего.

– Скажем так, не бедная, а ты?

– А я богат, и причем очень. Значит, общего у нас нет, – покачал он головой.

– Почему если что, то сразу деньги?

Она дала понять, что немного недовольна его восторгом от своих денег.

– Есть еще вариант с супружеством.

Доминик настороженно на нее посмотрел.

– Очень смешно, но нет.

Но Ника не переставала его поддевать.

– Почему, разве у тебя нет родственника, который изо всех сил пытается тебя женить?

– Я мужчина, а мы сами осознанно делаем такой шаг, иначе это просто пустой поступок, и счастья в этом союзе не будет. Мужчины моего рода все сами добивались своих жен по зову сердца.

– Немного о личном?

Ей стало очень интересно продолжить сердечную тему.

– Это что-то новенькое, ты хочешь узнать обо мне? Я стал тебе интересен?

– Глупости. Просто я люблю читать людей, – наспех выдумала Ника.

– Это как?

– По твоим поступкам, манерам, разговорам.

– Если ты все это можешь, зачем тебе я? – безразлично заметил он.

«Если я тебе так не интересен, то что это было утром?»

– Здесь это сложно. Посуди сам: какой вывод я могу сделать из того, моешь ты посуду или нет, занимаешься спортом или нет, читаешь книги или нет и так далее. Мне сложно, так как внутренний мир ты не показываешь.

– Что тут показывать: я трудоголик, а про работу мы договорились не говорить, ведь так?

– Ты не трудоголик, – очень спокойно произнесла она.

«А это уже, пожалуй, интересно».

Доминик заинтересованно на нее взглянул.

– Это почему?

– Ты умеешь очень хорошо делать свою работу, я бы сказала, ты профессионал своего дела, но радости она тебе не доставляет. Поэтому ты ищешь что-то другое, возможно даже уже нашел.

– И что же это? – с любопытством спросил Доминик.

– Как что – фотографии.

Доминик почти открыл от изумления рот, но вовремя опомнился и лишь без эмоций произнес:

– Возможно.