Моя Супердевочка. Начало - Евгения Владон

– Это означает, что ты собралась писать заявление об уходе из издательства?

– Вы не можете меня заставить общаться с вами. Вам достаточно и своих секретарей!

– Увы, милая, – мне пришлось с «сожалением» расширить глаза и «печально» поджать губы. – Но сейчас с ними, к нашему всеобщему сожалению, большая нехватка. Если ты ещё не забыла, один из секретарей Карла в эти самые минуты отдыхает на заслуженном и законном отпуске. Да и мои помощники, как ты должна была заметить, находятся здесь не в полном составе. А проблем от этого в издательстве не уменьшилось. И чтобы их все поднять, просмотреть и перетрясти – на это мне и нужны все имеющиеся на данный час резервы. Так что, нравится тебе это или нет, но выбор у тебя не такой уж и большой. Либо ты подключаешься к нашему дружному коллективу и энергично работаешь всеми своими рабочими лапками, либо…

– Либо вы прекращаете на меня давить и вспоминаете сами, кем являетесь в данном издательстве, держите свой член в штанах при любом нашем даже якобы случайном столкновении и не проявляете ни единого намёка на преследование. Либо мы будем общаться дистанционно и, желательно, без видеосвязи!

Честно признаться, я как-то сам слегка опешил от впечатляющего напора Анны и её способности к рациональному мышлению в особо стрессовых ситуациях. Подобные вещи в наше время, надо отметить, весьма редкие, если не эксклюзивные.

– А я разве претендовал на что-то другое? – да, похоже, сгруппироваться в воздухе в удачную позу у меня вышло с явной натяжкой.

– Вам напомнить, на что вы претендовали вчера в больнице в той подсобке? – девушка тоже округлила глаза, уставившись мне в лицо таким осуждающим взором, будто я там, как минимум, её изнасиловал, после чего принёс в жертву тринадцать кошек и запил всё это напоследок кровью младенца.

– Мы находились за пределами издательства, не в рабочей обстановке. И, если ты ещё не забыла, я в этой подсобке ничего с тобой не сделал. Абсолютно ничего! Полный ноль из всего, что можно было выжать из той ситуации хоть что-то для меня полезное.

– То есть, то, что вы мне тогда наговорили, не считается, да?

Да ты что? Вот прямо даже так, да, солнышко? Захотелось грудью на амбразуру и с фемским флагом по черепам презренных яйценосцев, которые только и видят в тебе предмет своих примитивных плотских желаний, а не исключительную личность с богатым внутренним миром.

Знаешь, я нисколько не против изучить этот твой «богатый» мирок с помощью особо глубоких проникновений, но для этого тебе всё-таки придётся со многим поступиться, девочка.

Правда, произнести все эти измышления вслух я пока ещё не решился, перебив своё ответное рвение театральной паузой и принятием эффектной позы – вжатием кулаков в поверхность стола с последующим нависанием над нерадивой подопечной.

– Я мог наговорить тебе тогда, что угодно, даже сказать, что я прямой потомок графа Дракулы и ищу себе новых невест на ближайший уик-энд. По телевизору, к слову, тоже много чего говорят, в особенности горячо любимые нами политики. И что? Это повод строить из себя Жанну Д’Арк и вести за собой толпы фанатиков на захват столицы?

– А то, что вы поступили тогда, как самый обыкновенный мужлан и напыщенный индюк, который вдруг возомнил себя центром Вселенной! О каком вы можете говорить сейчас профессионализме, когда сами не способны удержать в штанах своё не в меру раздутое либидо? Дайте угадаю! Вам так не терпелось похвастаться им передо мной, что решили наплевать на всю корпоративную и просто моральную этику, да? А не попутали ли вы меня случаем со своими подружками, такими же отбитыми на всю голову, как и вы?

– Мисс Блэр, вам не кажется, что вы уже начали забываться? – правда, на собственном ответном вопросе мне было крайне сложно сдержать улыбку. Ибо история уже начала заметно терять свои изначальные мотивы.

– Да неужели? И в каком именно месте? Когда я увидела ваш детородный орган во всей его боевой красе? А может это лично я вас попросила его мне продемонстрировать?

– Мы все живые люди, мисс Блэр, и, да, казусы в нашей повседневной рутине, хочешь, не хочешь, но случаются. Возможно, я в твоих глазах и перегнул малость палку. Но, как видишь, я сразу пошёл к тебе навстречу и даже готов загладить вину, было бы у тебя желание продолжать наш диалог на мирных нотах, вместе с желанием воспользоваться данным поводом, чтобы выиграть для себя что-то полезное. Только предупреждаю. Изображать из себя долго хорошего папочку я не смогу. Лови момент, солнышко, пока он у тебя ещё есть.

Серая Шапочка отрывисто выдохнула, кое-как изобразив на лице напряжённую улыбку и, вроде бы не веря ни услышанному, ни тому на что смотрела, покачала головой.

– Мне здесь нечего ловить, мистер Мареш. Запрошенные вами документы я принесла. Что касается рукописей с неформатными жанрами и их авторами – оставшиеся по ним находки я пришлю вам к концу этого дня. Если вам нужно что-то ещё перебрать и перетрясти, бога ради. Но только не здесь и не под вашим чутким руководством. С остальными важными для вас поручениями обращайтесь к своему помощнику – это её обязанности, а не мои. На этом всё! Надеюсь, вы тоже это понимаете и видите, и больше не станете меня преследовать, как бы сильно сейчас вам этого не хотелось.

Сколько пафоса и пылкой веры в собственной победе над тем, кто мог с лёгкостью превратить её жизнь в кромешный ад всего лишь одним щелчком ухоженных пальцев. Может только поэтому я и решил ей подыграть. Не превращаться на её глазах в Вацлава Мареша. В того, кому действительно было на неё плевать. И кто мог размазать её по краю стола одним только взглядом, ничего при этом не сказав в своё оправдание и оставив от своей жертвы едва живое самосознание.

Что ж, это даже интересно. Пойти на попятную, склонить «поверженную» голову и заискивающе улыбнуться в ответ. Все мы иногда что-то делаем впервые в своей жизни. Открываем новые горизонты, расширяем границы… смещаем акценты… И не устаём искать слабые места у тех, кого хотим поставить перед собой на колени для вполне конкретной цели.

– Хорошо, мисс Блэр! Я вас услышал и внял всем вашим доводам. Но это не означает, что я собираюсь освобождать вас от всех ваших прямых, так называемых, рабочих обязанностей. Вы будете и дальше выполнять все мои поручения, нравится вам со мной лично общаться или нет. Я ваш главный начальник. Постарайтесь об этом не забывать. И сейчас в особенности, раз уж вам нечего здесь больше ловить. Хотите строгой деловой этики, я вам её предоставлю с избытком. Только потом не жалуйтесь. И будьте любезны для начала забрать всю эту макулатуру с моего стола и принести мне нормальные, сложенные по порядку распечатки. Надеюсь, с этим вам будет справиться уже не так сложно.

Я подхватил принесённые Серой Шапочкой папки с перемешанной документацией и показательно небрежным жестом перекинул на другой край стола к своей новой нерадивой помощнице. Анна лишь быстро проморгалась (будто ей что-то попало в глаз), но всё же нашла разумным ничего не говорить мне в ответ. Видимо, до неё наконец-то стала доходить та разница наших будущих отношений, завязанная либо на чисто деловом подходе, либо на чём-то большем.