Нет - это да - Марианна Красовская

— И что ты собрался делать, можно спросить? — неожиданно раздался за спиной холодный женский голос.

Он подпрыгнул, пряча флакон за спину и отчаянно краснея.

— Мама!

— Тай, — в голосе Лилианы не свойственная ей нежность. — Положи на место. Это тебе не нужно.

— Нужно, — он хмурит брови точь-в-точь как мать.

— Тай, это не выход.

— Выход, — Таймэн нервно кусает губы. — Она должна быть моей. Если она забеременеет…

— То прибьет тебя. Как ты вообще узнал?

— Мам, я читаю все письма, которые приходят во дворец. Вообще все. Абсолютно.

— Зачем? — Лилиана удивлённо вскидывает черные брови.

— Мало ли что в жизни случится, — пожимает плечами Таймэн.

— Это мерзко.

— Вот такой я мерзкий.

— Отдай, это не твое. Я не для тебя в Степь за этим зельем ездила. Тай, ты что, совсем в себя не веришь?

— Верил. До встречи с Мэй. Я и сейчас уверен, что она станет моей женой. Но хочется побыстрее.

Он вздохнул и вложил в протянутую руку матери флакон.

— Тай, ты хочешь детей?

— От Мэй хочу. От остальных нет.

— А она хочет?

— Я не спрашивал, — буркнул юноша, отводя глаза.

— А если бы какая-нибудь Тояки пришла и сказала: "Я беременна"?

— Это другое, — скривился Таймэн. — Я все же Император. Я бы сказал ей — пей зелье. Мне ребёнок от тебя не нужен.

— А Мэй твой ребёнок нужен? — Лилиана была непреклонна. — Она тебе не жена и даже не подданная. Допустим, она решит рожать. Почему ты думаешь, что здесь? Она просто уедет домой… и правильно сделает. Нельзя насильно заставить человека быть рядом.

— Да что ты говоришь? — у Тая от такого заявления даже брови взлетели. — Мне помнится, именно так ты и поступила с отцом.

— Это другое! — возмущённо воскликнула Лилиана. — Я его от плахи спасла!

— Ну да. А дед Аяз бабушку Вики не похищал. Это тоже другое?

Лилиана фыркнула негодующе и заметила:

— Дед бы тобой гордился.

— Вот именно.

— Но зелье все равно не дам. Не мучай девочку. Добейся ее по-другому.

— Да я понял.

Жаль, план был хорош. Про зелье, от которого женщина быстро беременеет, Таймэн узнал из письма матери в Степь. Он, конечно, от Лилианы такого подвоха не ожидал — у нее и так три сына, зачем ей еще дети? — но на заметку взял. Мало ли, что в жизни может произойти. Конечно, мать права. Помутнение какое-то на него нашло. Ведь ребёнок — это не просто. Это его женщине долго не до него будет. Нельзя любовью заниматься… во всяком случае, в том объёме, в каком он планировал. И про некоторые штуки можно забыть. А он хотел многое с Мэй попробовать.

Катайские любовные игры очень разнообразны.

— Мам, а почему тебе Тояки не нравится? — неожиданно вспомнил Таймэн. — Ты ведь сразу ее невзлюбила?

— А как, по-твоему, я должна отнестись к девице, которая мне в первый же день заявила, что когда она будет Императрицей, командовать мне не позволит? Дескать, ваш муж — наместник в Янгуне? Вот и готовьтесь.

— А почему ты мне не сказала? — растерянно спросил Тай.

— А зачем? Я и так видела, что она — лишь игрушка для тебя. Очень забавно было за ней наблюдать, когда ты привез ту пинь из Вэйна… а потом близняшек.

— А если бы она действительно забеременела?

— Ну родила бы. А потом яд в рис и все дела, — по матери не поймёшь, шутит она или нет. Таймэн надеялся, что шутит. Но совсем не был уверен.

— А Мэй тебе нравится?

— Главное, что она тебе нравится, — спокойно сказала Лилиана. — Я же видела, каким ты приехал. Если она будет твоей женой, я сама в Янгун уеду, чтобы ей не мешать. Потому что ты с ней счастлив.

Тай пожал плечами. Почему-то все пытались думать за него. И Акира, и мать были на стороне этой женщины. Наложниц его они терпели, не более. А Мэй вызывала у них щенячий восторг. Как она это делала? Все же ведьма, не иначе.

--

Дверь в покои Мэй распахнулась с такой силой, что едва не рассыпалась на куски. Лилиана ворвалась в комнату, ломая руки.

— Мама! — взвыл Таймэн, подскакивая и прикрывая одеялом обнаженную девушку. — Ну сколько раз просить!

— Тай, — мать была бледна, как полотно. — Кьян пропал.

— Как пропал? — Таймэн мгновенно стал серьёзен и принялся искать глазами штаны.

— Там тоннель… обвал…

— Так, мам. Ты сейчас выйдешь и подождешь меня в гостиной. Поняла? Я оденусь и приду. И не надо истерик.

Лилиана кивнула и вышла, а Таймэн грустно вздохнул и заглянул под одеяло. Мэй смотрела на него испуганными круглыми глазами. Несмотря на тревогу, которая его терзала, он не удержался от ласковой улыбки.

— Все, мэйли, кончился наш рай. Ты как себя чувствуешь? Ничего не болит? После ночи?

Мэй покраснела до ушей и помотала головой. Ничего не болело, только между ног было ощущение стянутости. Он же вчера опять так и не отпустил ее смыть… следы страсти. А страсти в нем было немало, он почти до рассвета целовал и ласкал ее.

Тай серьёзно смотрел на нее, а потом с тихим стоном приник к ее губам. Она не сопротивлялась, охотно отвечая на нежный неторопливый поцелуй.

— Мне не снится, — улыбнулся он. — Ты и в самом деле моя. Моя?

— Твоя, — согласилась девушка. — Тебя мать ждет, иди.

Он кивнул, еще раз коротко поцеловал ее и поднялся. Мэй с любопытством наблюдала, как он одевается. Широкие мягкие штаны, длинный, в пол халат, узорный пояс, еще один свободный халат наверх. Наряд этот ему очень шёл, в нем он был настоящим Императором: серьёзным и величественным.

— Я жду тебя в гостиной, — негромко сказал он. — Не задерживайся.

— Вот спасибо, — пробормотала Мэй, закрывая ладонями пылающее от смущения лицо. — Как будто теперь я осмелюсь выйти. Стыд-то какой!

Из-под одеяла она позволила себе выползти, только когда за ним закрылась дверь. Быстро обтерлась губкой, натянула белье и самое простое платье. Волосы заплела в простую косу. Немного помедлила перед дверью, а потом решительно вышла. Все равно Лилиана-тан ее уже видела. Хуже уже не будет, да и не до церемоний сейчас.

Лили сидела в кресле, обхватив себя руками. Она по-прежнему была бледна. На Мэй взглянула мимоходом и слабо улыбнулась:

— Приношу свои извинения, Мэй. Я нарушила приличия и поставила тебя в неловкое положение. Прости меня, я… очень волнуюсь.

— Неудивительно, Лилиана-тан, — серьёзно ответила Мэй. — Я могу остаться? Или лучше погулять в саду?