Мафиози и его Одержимость. Часть 2 - Джеймс Лайла

Я положил бесполезный окурок в пепельницу, прежде чем мои глаза вернулись к Алессио.

С этим мы оба согласились. Валентин будет истекать кровью, и он будет молить о пощаде.

Но слова "милосердие" не нашлось в нашем словаре.

Двигая головой слева направо, я почувствовал, как напрягшиеся мышцы сжались, а затем расслабились.

Было еще кое-что, что я должен был сказать Алессио, но, возможно, сейчас было не самое подходящее время. Если он узнает о сфере торговли людьми, правду о том, что я нашел…

Хаос. Это будет просто хаос.

Может быть, завтра. Когда все будут присутствовать. В конце концов, мне также нужны папаши из мафии.

— Если мы закончили здесь, то я пойду, — объявил я.

Алессио кивнул, и я начал подниматься со своего места. Однако его следующие слова заставили меня замереть. Мое сердце бешено колотилось, и все тепло покинуло мое тело. Кровь застыла у меня в жилах, и я сжал кулаки, глядя, как побелели костяшки пальцев.

Король точно знал, когда нанести удар.

— А как же Валери?

Мое сердце ушло в пятки, а во рту пересохло. Лицо Алессио было непроницаемо, поза-беспечна. По тому, как он откинулся на спинку стула, скрестив левую лодыжку на правом колене и лениво положив руки на подлокотники, можно было подумать, что он обсуждает новости или что-то менее важное.

— Кто? — выдавил я сквозь внезапно пересохшие губы.

— Валери, — ее имя в его устах звучало горько. Я ненавидел это.

Раньше я контролировал свои эмоции, но теперь у меня не было дисциплины. Я был эмоциональным дураком, упавшим в кроличью нору.

— Да? А что же она? — Я старался говорить безразлично и гадал, видит ли Алессио меня насквозь. Я старался скрыть свои эмоции, старался придать своему лицу бесстрастное выражение.

— Она красивая женщина. Приглянулась мне, знаешь, — сказал он. Я сжал кулаки и сделал глубокий вдох. Я старался не обращать внимания на спазмы в животе, старался не обращать внимания на ощущение пустоты.

Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.

— Передай мне, пожалуйста, выпивку, — Алессио указал на бутылку. Моя челюсть сжалась, и мои зубы сжались вместе, когда я налил ему напиток и передал его.

Он сделал глоток и цокнул. — Что у тебя за выражение лица, Виктор?

Алессио Иваншов издевался надо мной.

— Ты женат, — усмехнулся я, заставляя себя разжать кулаки.

Алессио кивнул. — Так и есть. Я очень люблю свою жену. Но это не значит, что я не могу оценить красоту.

Ревность-опасная вещь. И в этот момент, прямо здесь, она была смертельной. Видишь ли, такие люди, как Алессио, питаются твоей неуверенностью, страхом и плохими чувствами. Они используют их против тебя. Они ждут, пока у тебя не останется щита. И когда настанет нужный момент, они ударят так резко, что вы останетесь пустым, истекая кровью.

Король был выдающимся умом. Я никогда не думал, даже на мгновение, что когда-нибудь попаду в эту ловушку.

Я обладал Валери. И я чувствовал это обладание, как никогда раньше.

Я знал, что он играет со мной, проверяя мои возможности и подталкивая меня. Чертов придурок. Но это не остановило мои чувства.

Когда я не ответил, Алессио снова цокнул. Его глаза ожесточились, став чуть темнее. Вид у него был злобный. Опасный.

— Она отвлекает, — заявил он, глядя на меня холодными глазами. Его взгляд был сосредоточен на подергивании в моей напряженной челюсти. Он смотрел на меня пристально, невозмутимо.

И он знал. Он, блядь, знал.

Желчь бурлила у меня в животе, угрожая вырваться наружу.

Изменит ли это ситуацию?

Дьявол на моем плече появился, смеясь и издеваясь надо мной, как всегда. Для него это было идеальное гребаное время. Конечно, это все изменит. Твои чувства к Валери делают тебя обузой.

Это было правдой. Алессио нужен был кто-то сосредоточенный. Никаких отвлекающих факторов. Никакой слабости. Кто-то, у кого на уме только одна цель.

Но теперь линии были размыты. У меня не было только одной цели. Мой пункт назначения и моя цель теперь изменились. Моя преданность разделилась. Это означало, что я больше не являюсь активом для Алессио.

Я был…слаб.

— Я блядь понятия не имею, о чем ты говоришь, — осторожно сказал я.

Алессио хихикнул и покачал головой, явно забавляясь. — Не прикидывайся дурачком, Виктор. Тебе это не идет.

Кровь стучала у меня в ушах, и мое тело начало неметь.

— Ты трахаешь жену Солоника, не так ли?

Его вопрос был смертельным ударом. Я представил себе, как Алессио мысленно произносит шах и мат.

Он поднял бровь, его губы изогнулись в сторону, как будто он знал…он победил.

Между нами повисло молчание. Когда я не ответил, он откинул голову назад и рассмеялся. В комнате вдруг стало душно

И я впервые не мог понять Алессио.

— Ты определенно неравнодушен к чужим женам, — сказал он сквозь смех. — Наверное, как говорится, запретный плод вкуснее.

Пошел ты.

Он произнес это так, будто это был просто…секс. Как будто я использовал ее. Бесчувственный роман.

Я молча подавил смешок. Может быть, раньше это и было правдой, но Валери прорвалась сквозь мою кожу. Это был уже не просто секс. Я мог получить его где угодно. Заплатить шлюхе, заставить ее раздвинуть для меня ноги, и я мог бы стать счастливым мужчиной.

Но Валери не была той, кто просто удовлетворяла мои потребности.

В ней было столько всего, что я не мог выразить словами.

Валери была всем небом. Моя мышка была молчаливой поэзией. Она была всей лирикой, музыкой и всеми словами. Я не верил ни во что сверхъестественное, но, черт возьми, когда она танцевала, она заставляла меня думать о магии.

Ее сердце было полно мечтаний и желаний, и я хотел быть тем мужчиной, который воплотит их в жизнь.

Валери была не просто любовницей, которую следовало забыть; она была гораздо большим.

— Это не то, что ты думаешь, — наконец-то пробормотал я.

— Ты не трахаешь её?

— Прекрати, — прорычал я сквозь стиснутые зубы.

Услышав мой тон, Алессио выпрямился и прищурился. Веселье на его лице исчезло. Смех исчез.

— Я видел, как ты на нее смотрел. И еще я видел, как она ответила на этот взгляд. На вечеринке она завладела всем твоим вниманием. Черт, если бы кто-то вонзил тебе нож в спину, ты бы, наверное, не заметил, пока не стало бы слишком поздно, — жестко сказал Алессио.

Я открыл рот, чтобы ответить, но он отмахнулся от моей попытки. — Ты понимаешь, как это опасно, когда живешь в доме врага?