Двойное искушение - Алика Мур

Спустя полчаса мы уже въезжали на парковку «Мэджик дримз» – одного из самых волшебных мест в городе. Впрочем, этот парк развлечений лишь условно считался городским. На самом деле он располагался на самой его окраине и занимал довольно обширную территорию, включающую в себя территорию частного конного клуба.

Об этом я знала лишь понаслышке. Живя с родителями в провинции, мне ни разу не посчастливилось здесь побывать, но кое-что я о нем знала. Например, то, что зимой, когда не работали аттракционы, в парке выстраивали целый город из ледяных скульптур. Я видела в Сети фото, и они меня впечатлили. Я даже планировала уговорить Лоис и Сэма потратить выходные на поездку сюда, но Шон меня опередил.

Томас пристроил машину недалеко от центрального входа и, пожелав нам приятного вечера, остался дожидаться в машине.

Мы пересекли парковку, молча прошли по широкой дорожке, ведущей к сияющей огнями арке и, нырнув под ее своды, попали в другой мир.

Повсюду, куда только ни падал взгляд, возвышались сверкающие ледяные скульптуры – целые композиции, искусно высеченные изо льда. Я зачарованно смотрела по сторонам, не веря собственным глазам и замирая от переполняющего меня восторга. Что и говорить: даже многочисленные снимки, найденные в Сети, не могли передать всей красоты этого места.

– Невероятно, – прошептала я, рассматривая ледяного дракона, хвост которого извивался на несколько футов вперед. В приоткрытой пасти был установлен светодиодный фонарик, от чего голова монстра мерцала красным сиянием, и, казалось, что дракон вот-вот дыхнет на нас жарким огнем.

– Сюда приезжают целыми семьями, чтобы отдохнуть от сумасшедшего ритма жизни. – Шон помолчал, а затем добавил: – Давно я здесь не был.

Мне показалось, что голос его изменился. Будто он вспомнил что-то печальное, что-то, что связано с этим местом, но спросить его об этом я не решалась.

Мы пересекли круглую площадь, в центре которой возвышался мерцающий разноцветными огнями ледяной фонтан, и свернули на дорожку, ведущую к одной из многочисленных башен. Самым восхитительным было то, что она оказалась полая. Мы поднялись по ледяным ступеням, удерживаясь за деревянные поручни, торчащие из стен, и оказались на смотровой площадке. Отсюда открывался поистине сказочный вид.

– Неужели все это создано человеком? Сложно поверить. – Я сняла перчатку и провела рукой по гладкой стене. Ладонь обжег колкий холод. Как странно. Глядя на все эти творения, казалось, что в них есть душа, но разве могла она прятаться внутри ледяных глыб? – Ты сказал, что давно не был здесь.

– Так и есть.

– Почему ты решил привести меня именно сюда?

Шон в недоумении вскинул брови. Какое-то время он молча смотрел мне в глаза, словно ища в них ответ, а затем улыбнулся и покачал головой.

– Ты застала меня врасплох этим вопросом.

– И почему же? – Я слегка наклонила голову вбок, ожидая ответа.

– Да потому, что я не задумывался над этим. Решение было скорее интуитивным.

– Но что-то ведь повлияло на твой выбор. Мы могли пойти, например, в кафе или просто покататься по городу. Но это… – Я обвела взглядом развернувшуюся перед глазами картину: нет, это место не из тех, куда ходят с первым же встречным. – Мне показалось, что для тебя это место имеет особое значение.

Шон молчал. Я видела, как играют желваки на его лице, но это не было признаком злости. Скорее, напряженное размышление над моими словами. Наконец он ответил:

– Ты права, это место для меня особое. – Он замолчал, видимо собираясь с духом. Я не торопила. Опустив голову, Шон машинально потер висок, а затем заговорил. Медленно. Словно продумывая наперед, что сказать. – Я уже говорил тебе, что мы с братом потеряли родителей. Автокатастрофа. И это случилось, когда мы всей семьей – родители и мы с братом – возвращались домой из этого парка. Этот ледяной городок стал последним местом, где мы видели родителей живыми.

Шон снова умолк и на этот раз надолго. Он стоял неподвижно, опустив обе руки на ледяной парапет, смотрел на резвящихся внизу детей, за которыми наблюдали счастливые родители, и одному Богу известно, о чем он в этот момент думал.

Впрочем, догадаться было не трудно. Я отчетливо представила двух маленьких мальчиков с раскрасневшимися от мороза щеками, которые с визгом несутся с ледяной горы, а внизу их встречают смеющиеся родители. Настоящая семья, которой у меня, можно считать, не было. А потом поездка домой – и пустота.

– Мне так жаль, – прошептала я, нарушив, наконец, молчание.

Шон кивнул.

– Это была двадцатитонная фура. Ее слегка занесло на встречную, и отец вильнул в сторону, чтобы избежать столкновения с ней. На скорости почти в восемьдесят миль мы въехали в столб. Наверное, только это и спасло нас с братом. Если бы в нас врезался тот монстр, вряд ли бы мы с тобой сейчас разговаривали. – Шон невесело усмехнулся и пожал плечами. – Такая вот история.

Я накрыла ладонью его руку, все еще лежащую на парапете и, не произнося ни слова, сжала ее. Что я могла сказать? Да и была ли в этом необходимость? Видимо Шону было достаточно моей молчаливой поддержки, потому что он, наконец, повернул голову и взглянул на меня с улыбкой.

– Только не подумай, что мне нужна жалость или сочувствие: со своими демонами я разобрался давно. – Он всем телом развернулся ко мне и, глядя прямо в глаза, тихо добавил: – Я просто хотел показать, что хорошо понимаю тебя.