Эммануэль. Антидева - Эммануэль Арсан

– Надо почитать, а то я пока что плохо себе представляю, как все организовать. Должно быть, это нелегко. Как танец втроем.

– Примерно так.

Эммануэль не скрывала своего удивления: партнер спокойно рассуждал о том, о чем многие заикнуться не смеют. Он продолжил:

– Втроем жить сложнее, чем танцевать. К счастью! Если бы все получалось по мановению волшебной палочки, было бы хуже, разве нет? Легкие пути не для нас.

«Да, мы делаем это не ради развлечения, – подумала Эммануэль. – Мы пытаемся дать шанс будущим поколениям. Мы не опровергаем нравственность, не отвергаем ее, но создаем новую мораль. Когда мчишься в космосе к новой звезде, мораль Галахада[24]уже не работает. Чтобы посадить дерево и построить дом, достаточно осознания существующих моральных устоев, но для того чтобы исследовать Бетельгейзе[25]– нужны новые законы жизни. Надо же, я играю в Марио», – подловила себя Эммануэль.

– Вряд ли мы сами особенно изменимся, – произнесла она. – Но если мы хотим дать шанс нашим детям, стоит постараться.

Молодой человек покачал головой и со всей серьезностью произнес:

– Будьте осторожны, вы сентиментальная женщина.

– Это я-то? – возмущенно вскричала Эммануэль.

– Да все вокруг. Мы умны, но наши чувства не соответствуют нашим знаниям. Мы думаем, как Эйнштейн, и любим, как Поль и Виржини[26].

Она пожала плечами:

– Законы Эйнштейна не применимы к любви. И никогда не будут применимы. Любовь – не природа.

– Правильно! – согласился молодой человек. – Очень правильно! И с этим связаны все неприятности. Люди любят очень глупо. Вот в чем их трагедия. Наш разум происходит из высшего разума, который мы пока не в силах познать. А любовь мы изобрели сами. Неудивительно, что в ней присутствуют изъяны.

– Вселенная всего лишь гладкий, холодный отрезок перкаля. Человек сделал на нем складки, чтобы украсить. По крайней мере, человек хочет в это верить. На самом деле, складки нужны ему в качестве ориентиров.

– Со временем складки исчезнут. Вернитесь в нашу жизнь спустя тысячелетия и убедитесь сами.

– Может быть, любовь и правда исчезнет. Но ее след останется, – настаивает Эммануэль.

Молодой человек одним залпом выпил содержимое высокого стакана и резко изменил тон и тему разговора:

– Спать с таким количеством народу, устраивать ночные оргии – это пшик, ерунда, фантазия. Вы здесь просто отдыхаете. Каникулы себе организовали. Выбрались из рутины, сбежали от законов морали, а вовсе не изобрели новые.

– Вы ошибаетесь: эту ночь я провела именно так, потому что считаю, что это правильно.

– «В чистоте все чисто, и нет ничего нечистого самого по себе», – сказал святой Павел, но не забудем о том, что: «Все мне позволительно, но не все полезно»[27]. Если хотите изменить мир, не думайте, что достаточно прийти на праздник. Начните с себя самой – соблюдайте законы своей морали каждый день, а не только по воскресеньям. Ваше поведение будет что-то значить, когда каждая ваша ночь станет такой, как сегодняшняя. Тогда вы докажете, что вы и вправду на верном пути. А если днем вы соблюдаете всеобщие правила и только иногда по ночам превращаетесь в суккуба, то это просто несерьезно. Вот когда мне скажут, что вы женили Жана на Маре, я буду впечатлен. Или если вы научите своего мужа делиться вами с друзьями после ужина. Не потихоньку, не по секрету, а на виду у всего города, так, чтобы все об этом знали. И не по праздникам, а каждую ночь.

Он устало махнул рукой, мол, последний рывок, и все:

– Распутство, измена, либертинаж меня не интересуют, если все это превращается в проделки, в тайные игры, в мелкие пороки. Если хотите, чтобы я вам поверил, покажите всем – открыто и дерзко, с гордостью – что вы отстаиваете свои взгляды, что вы хотите быть обнаженной, потому что это красиво, и считаете сексуальное наслаждение добродетелью. Проявите смелость, расскажите о своих убеждениях искренне, обратитесь к людям с посланием! Не соглашайтесь на роль ветреной жены при одураченном муже: заявите, что способны любить множество мужчин! Будьте любовницей мужчинам всего мира. И пускай робость иных кавалеров только поддерживает вашу репутацию. Может, и они когда-нибудь станут вашими партнерами. Никого не списывайте со счетов. Может, однажды вы будете держать в руках возбужденные члены робких поклонников и превратите мальчиков в настоящих мужчин. А впрочем, остерегайтесь магии своих рук и своего тела – магия затмевает разум. Действуйте, придерживаясь теорий и методик, продиктованных разумом. Позвольте своим современникам наблюдать за тем, как вы живете и размышляете. Успех ваших экспериментов, проверенных временем (все научные эксперименты должны выдерживать испытание временем), убедит окружающих в том, что любовные сообщества, оргии, множественные половые контакты, переживание все новых и новых страстей, каждая из которых уникальна, – не распутство, а естественная необходимость для тех, кто хочет повзрослеть. Детство кончилось: хватит играть в обманутых мужей и жен, в разбитые сердца, в верность до гроба – это все классики и салочки. Хватит слез, самоубийств и трагедий. Мы должны жить как люди, способные на все, люди, для которых прошло время порки и запретов.

Молодой человек умолк. Эммануэль встает, размышляя о том, где искать Мерве. В конце концов девушка утыкается в меховую обивку двери. Эммануэль еще не планировала уходить, но раз уж дверь здесь… Эммануэль идет по пустынной галерее. Жарко. Впереди комната, из которой доносятся голоса. А вот и Марио! Эммануэль радостно вскрикивает. Марио, впрочем, ее не слышит, слишком увлеченный каким-то ганимедом.

Эммануэль видит Марио со спины. Тихо подкрадывается сзади, едва удерживаясь от смеха. Перед Марио чье-то обнаженное тело. Эммануэль узнает Би.

Сердце словно перестает биться. Целомудренная Би! Марио по самые яйца вошел в девушку, которую Эммануэль не смогла удержать! Слезы застилают взор. Эммануэль сжимает губы, выбегает из комнаты, несется неведомо куда, спасается, спотыкается, задыхается, плутает в вестибюлях и галереях, где ничего не узнает.

Вдруг видит в толпе Ариану. Эммануэль падает перед ней на колени, обнимает ее.

– Уведи меня отсюда! Я больше не могу здесь оставаться! Уведи меня!