Мой последний заказ - Оливия Янс

— Остап ваш бывший парень? — Бестактно? Да плевала я.

— Нееет. — Протягивает она в улыбке. — Он не из тех, кто становится твоим парнем.

— Не поняла? В смысле бабник?

— Не знаю… Не то чтобы бабник, просто никого к себе не подпускает близко.

— Если он не подпустил вас, должно быть он полный дурак или слепой. — Решаю закинуть удочку с наживкой из сладкой лести. Выкладывай дорогая.

— Спасибо. — Смущенно улыбается, берет помаду и кисточку. — Не только меня, поверьте, я не самая красивая девушка, из тех, кто у него был.

Девчонка действительно хороша, рыженькая, с большими голубыми глазами, пухлые губки и маленький вздернутый нос, беглого взгляда достаточно, чтобы оценить хорошую фигуру, на вид ей не больше двадцати трех.

— И что, никто ему не пришелся по вкусу? Может он скрытый гей? Я слышала такие есть. — Мы смеемся, ну же продолжай!

— Долго никто не задерживался, на сколько мне известно. Я из Бабочки, это такой салон. Не подумайте, там все прилично. Это салон красоты, там стилисты, визажисты, парикмахеры и модельеры. Небольшая группа талантливых девчонок любящих наводить красоту.

Ну да, как же, так это теперь называется?

— Он переспал там со всеми, насколько мне известно… — Она неоднозначно поднимает брови. — Он из тех мужчин, кто сводит с ума, но ни с кем не остается. Ну вот, готово!

Смотрю на себя в зеркало, никогда не видела себя такой красивой!

— Выглядите превосходно.

— Благодарю.

— Можно задать вопрос?

Киваю, осторожней малышка.

— Он ваш парень?

— Кто?

— Ос? Вы поэтому так интересуетесь?

— Нет, мой Феликс.

— Феликс? — Переспрашивает, но тут же жалеет об этом.

— Тоже ходил к вам в Бабочку?

— Нет, то есть не часто. — Поспешно складывает свою косметику. — Я видела его с Остапом. Феликс всегда был таким открытым, много шутил, полная противоположность Остапа. Интересовался двумя-тремя, не более. Мы думали он женат, или еще что… ну в общем… это было странно.

— Вот как, понятно. Что ж, можешь передать девчонкам, что он мой, и теперь уж точно у вас не появится.

— Простите. До свидания.

— Счастливо.

Выхожу на улицу, прямо у крыльца черный тонированный в хлам Х5. Феликс выходит из салона и с минуту просто рассматривает меня молча. Я делаю один оборот, хочу, чтобы он рассмотрел обнаженную спину. Ноябрьский Сочи бодрит, но по телу проносится жар от похотливых глаз этого мужчины.

— Я уже перехотел куда-либо ехать. — Делает шаг ко мне, я повторяю его движения, касаясь рукой черной рубашки, ладонью ощущаю каменные мускулы на груди.

— Я тоже. — Феликс целомудренно целует меня в щеку, чтобы не портить макияж.

Мы движемся вдоль моря, городской пейзаж сменяется густым лесом. В салоне темно, машину ведет Роберт, и руки Феликса зудят. Он водит пальцами под лямками платья, вторая рука крадется под тонкой тканью вдоль бедра, наконец достигая своей цели.

— Филь, не надо, пожалуйста.

— Не надо? — Переспрашивает, недовольно поднимает брови.

— Не здесь. — Смотрю на водителя, Феликс убирает руку с плеча, накинув спущенную лямку, но его пальцы все еще гладят меня через тонкое кружево между ног. — Куда мы едем?

— Это сюрприз.

— Там будет еще кто-то кроме нас?

— Да.

— Хочу позвать Эрику.

— Она придет, не сомневайся.

— А кто еще будет? Ведь кроме тебя и ее у меня никого нет. У меня не слишком шикарное платье для такого узкого круга людей?

— Там будут сотни человек Нина. Скоро все увидишь. А сейчас сделай ноги чуть шире.

— Феликс, прекрати.

— Не могу, когда ты рядом я перестаю себя контролировать.

— Та визажистка, из Бабочки… — Хочу сменить разговор, мои стоны не для ушей Роберта. — Ты там бывал?

— Угу. — Мурчит, нежно целует шею.

— Это что за место такое?

— Девочки, на любой вкус, с разными умениями и ценой. Хочешь эскорт, хочешь массаж или стрижку. Разные услуги во общем.

— Ты пользовался их услугами?

Поднимает на меня глаза. — Да. — Отвечает быстро и просто, словно мы не о его шлюхах говорим. — Почему ты спрашиваешь?

— Не знаю…

— Нина, ты удивишься, но у меня есть прошлое, в котором были женщины. Но все это было не серьезно и сейчас не имеет никакого значения.

— Зачем позвал ее?

— Тебе нужен был макияж, я позвал визажиста. Знакомых мужчин, делающих подобную работу у меня нет, в чем проблема? — Выпрямляется, убирает руку из-под платья. — Сейчас есть только ты. Сейчас и уже давно, с самой Майорки, малышка, в чем проблема? — Указательным пальцем берет за подбородок и нежно касается моих губ. Алая помада отпечатывается на его губах. Стираю ее пальцами.

— А Ос?

— Что Ос?

— Он твой друг?

— Да.

— Вы такие разные.

— Это странно? Все люди разные.

— Он такой нахальный и высокомерный.

— Ну эти его качества и наша с ним дружба никак друг другу не мешают.

— Я переживаю за Эрику.

— На сколько я вижу у них все в порядке.

— Это не так.

— Нина, как бы там ни было, он большой мальчик, а она взрослая девочка, это не наше с тобой дело, понимаешь?

— Понимаю, но не могу не лезть, я хочу ее защитить.

— Ос никогда ее и пальцем не тронет против воли, ни ее ни другую девушку.

— Не уверена.

— Нина, если он ее бьет или насилует, во что я никогда не поверю, но, если ты вдруг в этом совершенно уверенна, скажи и я решу эту проблему.

— Нет, ни то ни другое.

— Со всем остальным они разберутся сами, не лезь.

— Можно последний вопрос?

Недовольно вздыхает, молчит.

— Будем считать, что да. Ты случайно не знаешь, она ему нравится? — Феликс поднимает брови и смотрит на меня так, словно я семилетка, спрашивающая у взрослого дяденьки о любви между мальчиками и девочками. — Она ему нравится или он просто хочет только секса?

— Ты серьезно? Думаешь мне есть до этого дело?

— Вы никогда не обсуждали женщин?

— Ну раньше мы могли поделиться впечатлениями об очередной шлюхе и ее особенностях на фоне других. Если, к примеру, у нее глотка поглубже или уже задница.