В плену желаний - Дарина Фокс

— Но… Но… — заикаясь от страха, она пыталась что-то сказать, но Тимур не дал ей этого сделать.

— Она же совсем ребенок!

— Кто?

— Мирослава.

— А при чем тут она?

— Она наглоталась таблеток и умерла… — на нервной почве его голос немного осип и срывался.

Перед глазами всплыл утренний разговор с Мирой. Она так хотела о чем-то поговорить, а он, поглощенный собственными переживаниями, просто отмахнулся от нее, как от назойливой мухи.

— Тим, прости, я не хотела… Я не думала, что так получится… Я всего лишь хотела, чтоб эта тетка от тебя отстала!

— Ты в своем уме?

Громов опустился на кровать и обхватил голову руками.

— Да я не знала, что делать. Ты про меня совсем забыл, свободное время проводишь с ней, а как же я? Я люблю тебя и хочу быть с тобой! Тимур, у нас же все было хорошо, пока она не появилась…

— Господи, Карина, ты серьезно? — Громов посмотрел ей в глаза.

Она не ответила, лишь отвела взгляд.

— Ты готова убить человека, чтобы удержать меня?

— Ради тебя я на все готова.

Тим устало потер лицо ладонями, он даже предположить не мог, как разрешить эту ситуацию. И, когда отчаяние достигло предела, его внезапно осенила гениальная идея.

— Хочешь, чтобы я вернулся к тебе? Тогда ты должна помочь мне в одном деле… — немного подумав, произнес Тимур.

— В каком?

Он подошел к Карине практически вплотную и, склонившись над ее ухом, вкратце изложил свои мысли.

— Зачем это тебе?

— Меньше знаешь — крепче спишь.

— И ты будешь мой? — уточнила Базанова, ища подвох в его словах.

— Все станет как раньше.

— Хорошо, я согласна, — воодушевилась она и потянулась к его губам, чтобы закрепить договор поцелуем.

— Это лишнее, — Тимур отстранился и вышел в коридор, но сразу же обернулся. — Кстати, про таблетки никто не знает. Пусть так и будет, не нужно устраивать панику.

— Я поняла.

Москва. Квартира Дымова

Услышав знакомый голос за спиной, Дымов резко обернулся.

— Ты как здесь? — удивился он.

Но Таня была удивлена не меньше. Картина маслом: ее мужчина на кухне с другой… Что-то это напоминало. Дежавю? Неужели она снова ошиблась? Неприятный спазм охватил область солнечного сплетения, а губы помимо воли изогнулись в горькой улыбке. Но уйти, хлопнув дверью, почему-то не хотелось. Почему бы не решить все здесь и сейчас, как взрослые умные люди?

— Хотела сюрприз сделать, — Куликова демонстративно потрясла связкой ключей. — Но, вижу, я не вовремя. Не хочешь ничего объяснить?

— Бери стакан и садись.

Меньше всего она ожидала услышать этот ответ. Вернее, не ожидала совсем. Готовилась к чему-то вроде «ты все не так поняла», но совершенно забыла о том, что Стас не герой мыльных опер, его поведения всегда непредсказуемо. Немного поколебавшись, она все же достала бокал из шкафчика и опустилась на стул рядом с Дымовым.

— Знакомься, это Лена, моя коллега, — представил он Зимину и разлил коньяк по стаканам. Никогда бы не подумал, что эти две женщины встретятся, да еще и при таких обстоятельствах. Оправдываться Стас не собирался — не в его правилах, но вот Таню не отпустил бы в любом случае.

Елена еле заметно кивнула и улыбнулась.

— А это Таня, моя… — Дымов замялся, подбирая подходящее слово, и Куликова замерла в ожидании. — Просто моя.

Теперь все встало на свои места, она поняла, что опасения были напрасными.

Зимина заразительно рассмеялась и тут же выпалила:

— Всегда мечтала посмотреть на избранницу Дымова… И как ты его терпишь?

— Зиминух, хорош.

— Ну уж нет! Первый раз в жизни выпала такая возможность, и, ты думаешь, я ее упущу? — веселилась Елена.

Время за беседой пролетало незаметно. Таня и Лена на удивление быстро нашли общий язык, так что барьеров в общении не возникло, и даже Стас не чувствовал себя третьим лишним в компании дам.

— Ничего себе, как поздно уже, мне домой пора, — засобиралась Зимина, взглянув на телефонные часы.

— Лен, ну куда ты ночью поедешь? Оставайся у нас, — предложила Куликова.

Дымов опешил. Впервые он видел ее такой раскрепощенной и удивлялся, как быстро ей удалось освоиться в их отношениях. Решения принимал всегда он, но направляла — она. «У нас» прозвучало так забавно и органично, что исправлять ничего не хотелось.

— Да ну, неудобно, — Елена попыталась отказаться, но Таня ее перебила:

— Очень удобно. Стас, ты же не против?

Дымов отрицательно мотнул головой.

— Ну вот, пойдем, я тебе постелю, — сказала Куликова и потянула Зимину за собой.

Московская область. БО «Васильки»

Послушав последние новости от Инги, Ира прикрыла рот рукой и опустилась на кровать. Бурный поток мыслей обрушился на голову, и, сопоставив все факты, она поняла, что Громов не зря спрашивал про таблетки.

— Он думает, что это я убила ее…

— Да брось, — отмахнулась Томилина. — Тимур же не идиот.

— Почему тогда… — начала Романова, но, так и не договорив, вскочила с места.

— Ир, ты куда?

— Мне надо кое-что выяснить, — неопределенно ответила она и вышла в коридор.

Вновь оказавшись в комнате у Громова, Ирина огляделась по сторонам — его самого еще не было. Нервно меря шагами помещение, она пыталась подавить внутреннюю тревогу, но ничего не получалось. Страх навсегда потерять любимого мужчину прорастал в самые отдаленные участки сознания и лишал ее способности мыслить логически.

Дверь резко открылась, и Ира задержала дыхание. Следя за каждым движением Тимура, силилась понять, насколько все плохо.

Он щелкнул замком и сполз по стене на пол. Угнетающее чувство вины, зародившись где-то в груди, с каждой секундой занимало все больше места. Тим раз за разом прокручивал в голове последний разговор с Мирой и ненавидел себя за то, что не уделил ей внимания. Она нуждалась в нем, а он пренебрег ее доверием…

Громов с ужасом осознавал свою вину в ее смерти, ведь, удели он ей несколько минут своего времени, все могло бы быть иначе. Теперь и кровь невинной девушки на его руках… «Сколько это будет продолжаться?» — спрашивал он сам себя, чувствуя, что скоро захлебнется в этой крови. Каждый раз, когда он выбирал Ирину, кто-то умирал… Но сегодня должен был Бушин, а не Мирослава!

— Тимур… — робко позвала Ирина.

Он распахнул веки и, сфокусировав на ней свой взгляд, вымученно улыбнулся. Не хотел вешать на нее эти проблемы.