Бедная Персефона - Mut-Em-Enet

— Иван, мама сказала, что Вы врач, а какая у Вас специализация? — папа заинтересовано подался вперед.

Сейчас ты папочка удивишься…

— Ну. Я — нетрадиционный врач... — начал было Страхов.

— Знахарь что ли? — папа был в ударе.

— Почти! Патологоанатом…

— Ванечка у меня такой умный, он еще и в университете преподает, — Орея Степановна не унималась.

— Не в нашем ли меде? — папа заинтересовался.

— В нем самом, — мама Страхова ответила за него.

— Так Вы должны быть знакомы с Аленкой. Она как раз там секретарем на кафедре патологической анатомии работает.

— Не-а, — посмотрел на меня, как на какую-то редкостную гадость, — не встречались, я бы точно запомнил.

Захотелось пристукнуть этого бородатого демона. А как же! Не встречались!

— Странно, — папа приподнял бровь.

— Нет-нет, и я бы точно заметила такого видного мужчину, — я попыталась ответить ему тем же.

— А чем Вы, Иван, занимаетесь в свободное от работы время? — папа продолжал допрос.

Пришел мой черед:

— Ну судя по облику — или эксзорцизмом, или проводит сатанинские ритуалы…

— А не угадала! Я помогаю страждущим, — он почти незаметно коснулся моего позвоночника, я прям дёрнулась.

— Благотворительность — это хорошо, — папа улыбнулся.

— А ты, Аленушка, как проводишь свободное время? — включилась хозяйка дома.

— Судя по всему, исследует барную культуру города, — оскалился Мефистофель.

— Вот не угадал! Готовлю завтраки и стираю черные футболки.

— А почему черные? — женщина удивилась.

— Да просто очень цвет нравится!

Рука Страхова поднималась вверх по моему позвоночнику, методично пересчитывая позвонки. Да что он делает? Это игра такая? Я поежилась, и он руку убрал.

— Кушайте, чего сидите, Михал Дмитрич, может вина за знакомство? — Орея Степановна уже доставала бутылку.

— И я, пожалуй, не прочь выпить!

Мама посмотрела на меня дикими глазами, но промолчала.

— Тогда и мне налейте, — я офигела от Страхова.

— Ты же не пьешь? — прошептала я, придвинувшись к нему ближе.

— Увидел тебя сегодня и понял, что пора когда-то начинать!

— Дурак!

— Фея Карамелька доморощенная!

Всем разлили вино, ну кроме мамы, которая уже поняла, что будет везти нас с папой обратно домой.

— Ну за знакомство и, надеюсь, долгую дружбу! — папа поднял бокал.

— Ой так и хочется сказать: «Горько!», — Орея Степановна мне подмигнула.

И потом Страхов повел себя странно: он повернулся ко мне, заглянул в глаза так, вроде действительно намеревался поцеловать. Эй! Мы так не договаривались. У меня даже дыхание сбилось в эту секунду! Какие же они синие… Алена, ты тонешь! Но вместо желанного (АААА!) поцелуя он просто поднес к губам бокал с вином и подтолкнул мою руку, мол, и ты пей.

Я только прикоснулась губами к вину и поставила бокал обратно. Не хочу! И так атмосфера сводит с ума, а тут еще алкоголь.

Дальше обед пошел быстрее, к нам никто не приставал, а родители в основном общались между собой.

— Вы наелись? — Орея Степановна уже хлопотала с десертом, — Нина, Миша, а помогите мне немного. Я понимаю, что хорошие хозяйки так не делают, но мне на кухне нужна будет ваша помощь.

Хороший предлог удалиться.

Мы остались наедине.

— Жених значит? — я иронично посмотрела.

— Ага, потенциальная невеста, — кивнул Страхов.

Я рассмеялась:

— Что мы вообще тут делаем в этом? — указывая на одежду.

— Знакомимся, как положено…

— И видимо очень ждали этого знакомства, ну судя по маскараду!

Он театрально протянул мне руку:

— Иван Страхов!

Я ответила на его рукопожатие:

— Алена Корина!

И потом он притянул меня за эту самую руку, сильно сжав ее, и прижал к груди:

— Небольшой поцелуй за знакомство?

— Не стоит!

— А я думаю иначе, — он просто впился в мои губы, крепко держа в объятьях.

— Ты, черт с рогами, обалдел?! — я попыталась вырваться.

— Тху ты, это штукатурка на твоем лице меня пугает, — он все-таки отпустил меня.

— А меня ты пугаешь! Это вот что сейчас было такое? Вжился в роль жениха?

— Нет, это просто воплощение подростковой фантазии — поцеловать героиню аниме. Реализовано — галочка!

— У тебя что и список есть?

— А как же!

— И что в этом списке?

— А вот это! — и он снова меня поцеловал, на этот раз проникая в мой рот языком. Я даже сопротивляться не могла и просто отдалась порыву.

Это клиника! Целуюсь с Страховым в доме его матери без страха быть застуканной. Да какой уже страх! И что означает "вот это"?

— Ну я же говорила, — наш поцелуй был прерван восклицанием Ореи Степановны, — они поладили!

Стыдно как! Я покраснела, наверное, от кончиков волос до пальцев ног. А этому черту хоть бы хны, только в бороду свою ухмыляется. Список у него!

— События развиваются уж слишком стремительно, — папа был ошарашен, — если так и дальше пойдет к концу лета придется свадьбу играть.

— Ну, папа! — я закатила глаза, — какая еще свадьба! Мы же только познакомились…

— И совершенно случайно поцеловались, — мама смотрела сердито, — не так мы тебя воспитывали, Алена!

Знала бы ты, мама, о том, что мы делали раньше, может и не возмущалась бы… А что мы делали? Да я даже не помню.

— Нина, не будь ханжой, — Орея Степановна вступилась за меня, — они молодые, свободные, а почему бы не поцеловаться!

И снова мне подмигнула!

— Вот не сидели бы вы с нами, стариками, а шли б прогулялись. И нацелуетесь вдоволь! — хозяйка дома буквально вытолкнула нас на улицу.

— Мам, я перезвоню тебе позже, — я кинула, выходя.

— Куда дальше? — я вопросительно уставилась на черта с рогами, — доигрался?

— В таком виде тебя или менты загребут за проституцию, или камнями закидают бабки под подъездом.

— А тебе или осиновый кол в сердце всадят или распятием огреют! Прямо по башке!

— И то верно! Давай мелкими перебежками до машины. Еще и припарковался в соседнем дворе… А там уже разберемся, что дальше.

Когда мы вышли из подъезда от стыда захотелось зажмуриться. Как на зло, днем в субботу, по-моему, гуляли все, кто мог. Вмиг шум прекратился и все уставились на нашу колоритную парочку.