У тебя нет выбора - Маргарита Мур

Позже Зое наберу на мобильный, может она сможет ответить, где находится её племянник.

Слышу неподалёку рокот подьезжающей машины. Невольно напрягаюсь всем телом. Это место никто не знает, и обычный прохожий сюда не сунется. Синяя инфинити Ирины выезжает из поворота. Я раслабляюсь и машу ей рукой. Кажется прошла целая вечность после ужина со спонсорами. Столько всего изменилось. Стольким нужно поделиться. К сожалению мамочка со мной не разговаривает. Сказала, что ей надо обдумать и переварить всю информацию, которой я огорошила ее. Да, нервы я ей подпортила.

Но все же мама помогла мне собрать вещи детей и переехала с нами, не оставила меня один на один с моими проблемами.

Ирина припарковывает автомобиль у забора. Выходит из машины красивая, в спортивном розовом костюме с белыми полосками. Белые кросы на высокой подошве и кепка делали Иринку на двадцать лет моложе. Девочка- фифочка. Так и непонятно почему она еще ни разу не вышла замуж. Хотя поклоников был целый вагон, и маленькая тележка.

Мы идем друг другу навстречу и крепко обнимаеся. Она смотрит на меня невозмутимо, ее бровь иронично выгибается:

— Тали, вот честное слово, я начинаю подумывать, как отбить у тебя Маркуса? Какой мужчина! От него так и льётся горячая похоть, — смотрит на мою шею и закатывает глаза театрально.

— Да ну тебя!

Мы начинаем смеяться. Проходим в беседку постороенной из красного дерева. Столбы, стол и скамейки были покрыты лаком когда-то в далёком прошлом. Здесь очень уютно, цветы в клумбах растустившие свои разноцветные бутоны, сочная зелёная трава и красивый вечерний закат. Природа, к которой хотелось прикоснуться и хоть на какое-то мгновение замереть в ней.

Поэтому к приезду Иришки, я накрыла тут небольшой стол для маленького чаепития. Яблоки, которые мы собрали с Лилией и Жасмин для приезда гостьи, немного ягод смородины и шоколадные конфеты, их Ирка обожала. Разливаю зеленого чая с мятой по кружкам.

— Угощайся, девочки сами собирали фрукты. Как дела на работе? Как подготовка проходит к показу? — перехожу сразу к делам по работе.

— А где девчонки? Мамка твоя? Я там им немного сладостей привезла, — спрашивает подруга.

— Мама пошла с ними к соседям в гости. Будут пироги печь. Поэтому мы можем спокойно поговорить. Так, что там с работой? Ты так и не ответила.

— Слушай, а тут классно. По домашнему как-то. Красота и покой. — переводит тему подруга.

Меня это очень напрягает. У нас всегда тема работы, была на первом месте. Отчего тогда она избегает моего взгляда и молчит? Что такого случилось?

— Хватит юлить, говори все как есть Ир. Мы не в детском саду. Что произошло? — стараюсь унять беспокойство.

Она тяжело выдыхает. Медлит отвечать, обдумывает.

— Так, хорошо. Все спонсоры нашего проекта отказались работать с нами. Расторгли в одностороннем порядке все договора и предстоящие показы. Все. Абсолютно все, подруга. — печально наконец-то отвечает Ирина.

Слушаю ее и понимаю, что к такому я точно не была готова. От волнения пересыхает горло.

— Но это еще не самое страшное, Тали — продолжает говорить коллега.

Да? А мне кажется хуже уже быть не может. Вопросительно смотрю на нее в ожидании последних новостей.

— Тут, как это сказать, проблема личного характера понимаешь, Талия?

— Если честно, то не очень, — прокашливаюсь я. Беру чашку чая в руки, чтобы хоть как-то унять дрожь от тревоги.

— Кто-то пустил рекламу по всему интернет порталу, что ты…… — опять тишина, лишь слышно как поют птички и мое прерывистое дыхание.

— Кхм, ты предоставляешь услуги интимного характера. Там твоя фотография выставлена в разных, как это сказать помягче, в откровенных ракурсах.

Время замедлило свой ход. Я перестаю соображать нормально. Все внутренности сжимаются от ужаса надвигающегося кошмара. Начинает трясти от услышанного. Выронила чашку горячего чая себе на ноги.

— Солнышко, ты только не волнуйся. Мы в это конечно не верим и уже наши ребята пытаются удалить все фотографии с платформы.

Я настолько шокирована этой новостью, что ничего сказать не могу. Возмутиться. Опровергнуть. Ира говорит что-то ещё, но мой мозг отказывается принимать другую информацию. Странно, но сейчас у меня все эмоции наверное отключились. Внутри образовался вакуум. Дурдом настоящий, да и только. Остальные мои действия были чисто на автомате. Иду переодеваться от пролитого на себя чая. Одеваю чёрную блузку, застегиаваю до горла. Такого же цвета бермуды и кожанные балетки. Мы сидим, еще какое-то время с Ирэн, молча. Глядя как садиться багровый закат. Один раз только мне причинила боль мысль, о том, что все это может устроил Маркус? Только потом я её отмела в сторону. Он очень импусивный, вспыльчивый, жёсткий и жестокий. Но он не подлец. И это не его методы. Кому же я перешла дорогу? Может это дело рук Оксаны?

Прощаюсь с подругой, которая порывалась остаться со мной. Но сделать этого я ей не позволяю. Хочу остаться одной в тишине и покое. Механически убираю посуду с беседки. Мою все, раставляю по местам. Пришло смс от мамы. Она и девочки задержутся у соседей. Лилия с Жасмин разыгрались с друзьями и возвращаться домой не хотят. Я помню себя в детстве была такая же оторва. Никто не мог меня заставить пойти домой. Папе приходилось ждать меня на скамейке у детской площадки. Ещё я любила часами ходить по пустым улицам ночного города. А в десять лет я резко повзрослела. Умер мой любимый папа. Тогда я не отпускала мамину руку ни на минуту. Гладила ее шёлковые волосы и успокаивала. В грудине у маленького ребёнка была огромная дыра, которая никак не затягивалась. Эти дни были покрытые мраком. Поток мамин слез был бесконечным. Она ровно полгода не с кем не разговаривала. Только сухие однозначные слова. А потом я посмотрела документальный фильм, который полностью перевернул мой внутренний мир. Его названия я не помнила, зато я запомнила с какой жестокостью убивали младенцев, резали и насиловали женщин. Их не смогли защитить их же мужья и законы той страны. Тогда я горько плакала и переживала. И скорее всего интуитивно я стала дизайнером, только потому что хотела принести красоты и ярких красок в этот уродливый местами мир. Стала жутко серьёзной и начала учиться усердней. Закончив дела на кухне, поднимаюсь к себе в комнату, где временно я расположилась. Открываю дверь и мой взгляд на мужчину, которого практически не узнаю.

Эд раслабленно сидел в старенком кресле, закинув ногу на ногу. Небритая щетина, впалые щеки делали его лицо более осунувшимся. Серый цвет лица и пустой взгляд, говорил мне, что Эдуарда потрепало где-то изрядно. Не знаю, нужно радоваться, его появлению и что с ним всё в порядке, но внутри я сжимаюсь в комок от страха.

— Ну, здравствуй, любимая женушка моя! — произносит охрипшим голосом Эдуард и ставит ударение говоря " моя",

— Смотрю, ты совсем не ожидала увидеть своего мужа?!

Что-то мне совсем не нравится тон этого разговора.