Всерьёз - Марта Крон

— Ждём.

— Разве она не с Милой должна быть? — уточняет наш адвокат.

— Тот же вопрос. — придирчиво обращаюсь к Барсу.

Всё понимая, он уверенно достаёт свой мобильный и подносит к уху:

— Мил, а ты сейчас где?

Напрягаю слух, но голос Вольской доносится до меня только глухим бормотанием.

— Да, милая, всё в порядке. — мурчит в трубку Ян, доводя меня до бешенства. — И я соскучился…

— Чего ты там соскучился? — взрываюсь я. — Про Алису спроси!!

— Заткнись, Березин. — сквозь зубы шипит друг, закрывая ладонью динамик телефона. — Нет-нет, Мил, никаких проблем. Это просто наш пергидрольный придурок над ухом зудит…

— Про Алису спроси! — повторяю я, параллельно вбивая кулак в плечо ржущего Гены.

— Какие планы на вечер? — смягчает голос женишок. — Снова девичник с Фадеевой устроите?

Не выдерживаю и подскочив со стула, подхожу ближе к Яну. Он не шевелится, но взглядом предупреждает, чтобы дистанцию я не нарушал.

Плюю на все правила приличия и прислоняю голову чуть ли не вплотную к его руке с мобильным.

— Нет, сегодня по отдельности! — слышу ответ Вольской и превращаюсь в одно сплошное ухо, несмотря на то, что Барсов рядом начинает грозно сопеть. — Меня родители на ужин пригласили, еду к ним в ресторан. Скорее всего ночевать буду с ними!

Толкаю Яна, намекая на цель разговора.

— А Фадееву чего с собой не взяла? — бьёт он меня с размаху в живот.

— Ян, вы, блин, там такие интересные с Березиным! — ворчливо откликается Мила. — Мне её привязать что ли к себе? Она домой захотела…

— Одна?? — выкрикиваю я в трубку, налегая на раздражённого Барса.

Короткая пауза.

— И тебе привет, Березин… — меняется в голосе девушка. — Ты все наши разговоры передаёшь, да, Ян? — мрачно добавляет она и у её мужчины около меня напрягается тело.

— Одна!? — допытываюсь я, с трудом сдерживая панику внутри.

— Гошан… — лезет Гена, чтобы усмирить мой пыл.

— Я не знаю, Игорь. — чуть резче произносит Мила. — Я уехала с работы раньше неё.

— И не знаешь, что за мудак её подвозил?? — начинаю откровенно горланить, когда в голове возникают кадры, где к моему мышонку прикасается другой.

— О Боже… — многозначительно тянет девушка. — Барсов. — суровее прежнего. — Приедешь и мы с тобой серьёзно поговорим.

— Это угроза, Вольская? — хмуро спрашивает он, отталкивая меня к Гене.

— Да. — твёрдо произносит она и сбрасывает вызов.

— Я тебя убью, Березин! — бьёт по столу Барс и с грязным ругательством опрокидывает свой виски на паркет. — Ты уже всех достал! Только ссоры с Милой мне не хватало!!

— Помиритесь! — машу я на него рукой, не принимая всерьёз их перепалки.

Эти двое друг без друга жить не могут. Пусть поблагодарят… я им страсти в отношения добавил.

— Ты перегибаешь, Гошан. — с укором смотрит Леванов. — Ну подвёз девчонку кто-то… зачем создавать трагедию из этого?

— Ты не понимаешь, рыжий! — хватаюсь за голову и отхожу к окну, за которым на улицу уже начинает опускаться поздний вечер. — Она не такая, как все… Она закрытая. Всего остерегается…ни за что не подпустит к себе…

— И? — не въезжает адвокат.

— Значит, Алиса этому говнюку верит… — прислоняюсь лбом к прохладному стеклу и смотрю, как оно запотевает от моего тяжёлого дыхания. — А если верит, то даст ему шанс… выберет его…

— Жесть, Березин… — после недолгого молчания заключает Гена. — Нехило тебе удавка шею перетянула… Ты сам-то себя слышишь?

— Не стоит, Леванов. — вдруг вступается за меня Ян. — Ты поймёшь только, когда сам окажешься в такой ситуации.

Сглатываю и закрываю глаза.

Я дико скучаю по своему мышонку. Я обрастаю без неё колючками и выделяю яд. Мне до тошноты не хватает её сладкого запаха, бездонных глаз и тихого голоса. Её телефон отключён и я не могу насладиться даже малейшим кайфом. Меня разрывает от тоски и чем дольше я без Алисы, тем сильнее моя маета. Все эти дни я держался за счёт мысли, что осталось чуть-чуть, и я затискаю своего мышонка до возмущённого писка. Прям дрожал от желания, а тут мне докладывают, что появился какой-то скользкий тип и претендует на моё.

Разорву тварюгу!

— Если и со мной такая хрень будет твориться, сразу пристрелите, чтобы не мучился… — удручённо говорит Гена, когда я поворачиваюсь к друзьям и залпом выпиваю остатки виски.

— Не случится, Леванов. — молвит Ян, отпинывая от себя разбитый стакан. — Такого зануду, как ты, никто не выдержит.

— Тебя же выдерживают… — колко замечает в ответ рыжий. — Дай Бог Миле побольше терпения!

Не даю Барсову устроить побоище и резко затыкаю обоих, когда у меня в руке вибрирует телефон Гены.

— Слушаю, Косаткин! — нервно выпаливаю я, отвечая на звонок. — Говори всё до мельчайших подробностей!

— Поставь на громкую связь. — подсказывает Ян и я согласно выполняю.

— Значит так. — откашливается начальник охраны. — Травицкий Родион Евгеньевич. Двадцать пять лет. Образование высшее. Устроился к нам маркетологом. За плечами армия и пять лет работы по специальности. В собственности квартира и машина. Нигде не засвечен. Не женат, детей нет. Пока всё, что нарыл. Фото сейчас вышлю. — заканчивает свой доклад мужчина и сообщив, что продолжит собирать информацию дальше, коротко прощается.

В ушах звенит. В висках пульсирует каждое слово.

Образ гниды собирается в голове за считанные секунды и закрепляется входящим сообщением.

Молодой, правильный, перспективный и судя по фото, сука, ещё и с видной рожей.

— Уууу… — позабыв о моём состоянии угорает Леванов.

— Гена. — отрезвляет его Барсов, скрывая в своём взгляде сочувствие. — Да ну, Игорь, ты чего раскис раньше времени?

— Да не гони, Гошан! Ты же у нас самый красивый засранец в городе! — спохватывается адвокат.

Мда, пипец какая группа поддержки собралась…

— Замолчите на минуту, пожалуйста! — взвинчено тереблю в руках телефон. — Дайте подумать… — протираю лицо ладонью и закрываю глаза. — Что он сказал? Маркетолог, да? — перевожу взгляд на мужчин. — Кто у нас заведует маркетинговым отделом?

— Голубев. — услужливо помогает Ян. — Звони, он не откажет.

Копошусь в забитых контактах Леванова и стараюсь забить в себе бушующие эмоции. Руки дрожат от нетерпения разобраться в этой дебильной ситуации.

Как она могла сесть к нему в машину? Что их связывает? Как далеко зашло?

— Голубев! — не даю ему даже поздороваться. — Березин беспокоит. У меня к тебе просьба.