Голод - Юлия Гауф

- Да пошел ты! – ни на шутку разозлилась я. – Ты – чертов псих, Илья! Тоже герой классики: рогоносец-муж простил неверную жену, и водит по приемам. Так сильно любит, что простил. Так романтично, - передразнила я его.

И Илья сбросил маску, едва мы заехали на парковку.

Обернулся ко мне, едва отпустил руль. И я узнала, наконец, что за человек – мой муж.

ДЕНИС

1 день назад

Сейчас увижу эту мразь.

Сейчас…

Блть, еще недавно я бы с удовольствием разбил его рожу в кровь. За все эти гребаные семь лет, за то, что он – Сашкин муж. За то, что мою девочку трогал… думать об этом не могу! За все хорошее, в общем.

Но надо сдержаться. Пересилить себя, и пожать кретину руку. Чтобы Сашу отпустил уже, не мстил ей. Она красиво хотела расстаться, хотя должна понимать, что красиво не получится уже. Но как же это, сука, тяжело – смотреть на холеную морду Ильи, и понимать, что если отделаю его, как хотел, Саша расстроится!

Я узнал его сразу. Почти не изменился, выглядит моложе меня, хотя ему больше тридцати.

- Илья, - приблизился, и протянул руку.

Которую тот не пожал. Вместо этого почувствовал удар в спину, и я, как полный лох оказываюсь в проулке, который тут же перегораживает черный «танк». Воздух вышибло, но я поднялся, шаря по бедрам в поисках пушки…

Которой нет. Не стал бы я ствол в кафе к Сашке тащить. Твою мать!

- Ну привет, любовничек! – кивнул Илья.

- Ты тоже в любовники набиваешься? – через силу рассмеялся, почти выхаркал это. – У вас семейное? Так я не по мальчикам, у Сашки спроси, мне ее хватает.

- Что, блть, правда? Такого как ты, и не поимели за эти годы?

- О прелестях нетрадиционной любви говори со своими песиками, - вытер нос тыльной стороной ладони. – Меня Саша устраивает. Говорю же, по девочкам я. Но ты не расстраивайся, скоро разведешься, и найдешь того, кто тебя поимеет.

Я нарываюсь, ну и похер. Хотел по-хорошему ведь.

Ноздри Ильи подрагивают. Он будто вдыхает аромат крови, бегущей из моего носа. Взбесился, гнида. А я кретин, раз подумал, что и правда разговором ограничимся. Я бы и сам Сашку не отпустил, и любого бы за нее отмудохал. Вот и Илья вместе со своими цепными псами меня сейчас, блин, отмудохает.

- Саша останется со мной, - с нескрываемым удовольствием тянет Илья.

- Хер тебе! – отбрил.

- Нет, тебе, - смеется, сука, и кивает своим «песикам», которые тут же наступают на меня.

Ну вот, сейчас будут бить. А Илья – бесстрашный, не в лесополосе, а в городе, не скрываясь особо. Только мне чихать на это. И на удар в живот, от которого я сутки буду кровью харкать, и на пинки берцами его псов. На зоне и похуже бывало, намного хуже. Больно, но переживу, с четырьмя мне без пушки не справиться, хотя я и стараюсь. Но, сука, не получается, мы не в сказке. Мы в узком проулке, и двоих я бы уложил, но не всех…

- А один на один слабо? – отдышавшись, спросил. – Вроде ты за жену должен бороться, а не твои шавки.

За «шавку» мне прилетело по голове. Ботинком. Так, что перед глазами потемнело. В ушах звенит. Кажется, я не поднимусь в ближайшие несколько минут. Ну какого хера я не взял ствол?!

- Полежи, отдохни. Саша выйдет со мной, она меня выберет. Всегда меня выбирала, - слова доносятся как сквозь вату. – И, мальчик, не заставляй меня жалеть о том, что позволил тебе выйти из колонии. И работу тебе дать. Жену мою пялил, тварь, так я сам сегодня Сашу натяну так, что она о твоем члене забудет. Может, видео сниму, и на память тебе скину. Хоть подрочишь… как оклемаешься.

- Не выберет она тебя…

Сказал, или не сказал – хер знает. Вырубило меня, здорово отделали.

Не знаю, в бреду был, или нет, но мысли текли. Я в Саше уверен – не предаст. Сейчас поднимусь, и утащу ее из кафе. Силой Илья ее вывести может, но добровольно она не пойдет, меня любит. Только надо подняться, надо подняться…

А затем я увидел ее. И шла Саша, не сопротивляясь. Да еще и на меня взглянула, как… как на ничтожество какое-то. Ну да, блин, не красавчик сейчас, в грязи и крови, но почему такое отвращение на лице?

- Слышь, - обзор на Сашу мне загородил один из «псов» Ильи. Сел на корточки передо мной. – Слышь, послание тебе. Ты в курсе вообще, чью бабу имел? Илья – босс…

- Не мой босс, - прохрипел.

- Твой, - хохотнул «пес». – И твой, и мой, и еще дох*я чей. Он тебя посадил, он тебя выдрессировал на зоне, он тебя и вытащил, парень. И кровью крестил тоже он, и бабки тебе за стрелки платил. А ты на это бабло его бабу выгуливал… нехорошо, - тот, кто бесстрастно отпинывал меня берцами сейчас разговаривает со мной, как добрый воспитатель. – Считай, что трах с женой шефа – премия. Но еще хоть один взгляд на нее, и тебя даже не по запчастям найдут… тебя вообще не найдут. Уяснил?

Лучше бы я сдох.

Сука! Лучше бы я просто подох, чем правду узнал!

«Илья посадил, Илья дрессировал… так это по его указу меня охранники полосовали, - подумал, кровью захлебываясь. – Лепили из меня такого же «пса». И отпустили, повязав. И мокруха эта, бабки – это Илья. Шеф, мать вашу! Бизнесмен… бандос он, и не из последних. И я под ним хожу, вот только какого хрена Саша молчала?!»

- Слышал, малек, или подоходчивее повторить? – голос «пса» уже звучит не так добро. – Хоть один взгляд на Александру – тебе кранты! Хоронить нечего будет, кислота почти все растворяет, и в канализацию. Погуляла баба после стольких лет брака, бывает. Тебя в живых оставили, спасибо скажи, что вложились в тебя. Иначе бы уже червей кормил. Понял?

- Понял, - ответил, не открывая глаз.

Понял, что влип. И это было предупреждение. Доходчивее некуда, пара ребер сломана, да и крови я прилично потерял.

Но почему-то хреновее всего от того, что Саша