Я тебя покупаю - Полина Рей

Точно! Нужно было просто выпить больше и желательно водки. Может, тогда всё будет восприниматься как в тумане? Не станет резать по-живому.

Устроившись напротив мужчины, в котором так неожиданно разглядела мужа, я уткнулась глазами в столик между нами. Даже описать словами не могла, что происходило со мной в этот момент. Кругом что-то творилось. Кто-то шутил, кто-то смеялся. Принесли напитки, а я всё так и продолжала сидеть, вглядываясь в тёмную полированную идеально чистую поверхность стола.

На нём стояла пепельница, а в ней – несколько окурков. И надпись «Villiger». Мой муж, конечно, курил, но не такое…

Это придало мне уверенности в том, что я просто ошиблась. И я подняла глаза. Снова зря. Зря я это сделала! На меня смотрел чуть насмешливо, но в то же время с арктическим холодом во взгляде мой муж. Сева. Тот, которого я похоронила три года назад. Тот, который снился мне ночами. Только теперь он выглядел иначе.

Я поспешно отвела глаза и облизала пересохшие губы. Да, он был похож на Всеволода, этот незнакомец напротив, но быть им ну никак не мог.

Эти небрежные волосы, тёмные и длиннее, чем носил муж. Короткая борода. И шрам, пересекающий висок. И вся фигура крупнее, источает такую мощь, что я физически её ощущаю.

– Вы на меня так смотрите, как будто что-то хотите спросить, – со смехом проговорил незнакомец. Я жадно вслушалась в тембр его голоса. Нотки были знакомыми, но в то же время я была уверена, что слышу их впервые.

– Мы с вами нигде не могли… встречаться? – выдавила я из себя с трудом, слыша, как приглушённо и хрипло звучит мой голос.

– Не думаю. Я бы вас запомнил.

Банальность, да, но мне было приятно слышать это из его уст. Несмотря на то, что меня потряхивало, как будто только что пролетела на американских горках.

– Хорошо, – просто ответила я и, жадно схватив бокал с мартини, осушила его одним глотком.

– Не знаю, хорошо ли, – усмехнулся он. И когда я подняла на него глаза, протянул мне руку: – Владислав.

– Элина. Можно просто Лина, – откликнулась я и осторожно прикоснулась к широкой ладони. Жаль нельзя было рассмотреть ту досконально. Задержать в своей руке, изучить каждый миллиметр. Ведь я помнила руки мужа до чёрточки.

– Очень приятно, Лина, – всё с той же прохладцей сказал Влад и отвернулся. Впрочем, очень быстро повернулся ко мне вновь и предложил: – Потанцуем?

И я задохнулась от острого ощущения, полоснувшего по нервам острой бритвой. Оказаться в объятиях того, по кому так тосковала эти годы, снова почувствовать тепло его тела.

В этот момент сама себе показалась отвратительной. Этот мужчина не мог быть моим мужем. И даже сравнивать их я не имела никакого права.

– Давайте, – всё же сказала в ответ и поднялась на неслушающихся ногах.

Мы отошли чуть поодаль, где был небольшой танцпол для тех, кто отдыхал наверху. Влад взял мою ладонь и сжал в пальцах. По телу пробежала дрожь.

– Вам холодно, Лина? – склонившись к уху и притягивая меня к себе ближе, спросил он.

– Нет, мне не холодно, – помотала я головой, окунаясь в аромат его парфюма. Совершенно незнакомого, но похожего на афродизиак. Захотелось вдыхать и вдыхать его до головокружения.

– Тогда почему вас бьёт озноб?

Хотела бы я сказать ему, почему, но сомневалась, что Влад воспримет мои слова нормально.

– Просто я взволнована.

– Хм, это интересное качество – волноваться от того, что просто танцуешь с мужчиной.

А я не просто с ним танцевала. Он вёл, твёрдо удерживая меня в руках, не давал сделать ни единого движения, кроме тех, что хотел он. И мне это нравилось. Нравилось ощущать эту твёрдость, в которой сквозила сталь.

– Я попробую не волноваться, – пролепетала, глядя куда-то поверх его плеча.

– Зря. Мне нравится, как ты трепещешь в моих руках.

Он так легко перешёл на «ты», что я едва ли не задохнулась. Подняла глаза, но тут же отвела их. В ответном взгляде увидела всё ту же морозность, о которую уже не раз обожглась.

Знаете то чувство, когда касаешься пальцами металла на морозе? Обманчиво кажется, что он не ледяной, а испепеляющий. Вот и сейчас я испытывала именно это жгучее ощущение.

– Спасибо за танец, Лина, – жарко, в противовес тому, что видела в его глазах, сказал Влад и коснулся губами моей руки. – Мне было приятно провести этот вечер с тобой.

– Мне тоже… было приятно.

Я задыхалась от того, что ощущала. Вроде бы вот он – Сева. Стоит только протянуть руку и коснуться. Ощутить кончиками пальцев горячую твёрдость, когда ладонь ляжет на его упрямые скулы. Но в то же время я понимала, что передо мной совершенно незнакомый мужчина. И это сводило с ума. Я на мгновение прикрыла глаза, а когда открыла – оказалось, что стою в одиночестве.

– Линкаааа! Ты чего застыла? Идём к нам!

Ко мне подошла Анжела и увлекла к столу, и только тогда я поняла, что Владислава уже нет в этом вип-зале. Он куда-то подевался. Скорее всего, просто уехал.

– Да, идём, – кивнула я, после чего позволила усадить себя на то место, где сидела до того, как отправилась танцевать с копией своего мужа. С той лишь разницей, что теперь напротив его попросту не было.

Потянувшись, я открыла глаза и сладко зевнула. И тут же резко села на кровати, когда окружающая действительность стала слишком явственной.

Кажется, только сейчас видела обрывки сна, в котором рядом был Сева, а теперь у меня есть только одиночество спальни в родительской квартире и непонимание, что именно произошло вчера вечером. И не был ли мужчина, такой знакомый и незнакомый одновременно, плодом моего воображения.

Из кухни послышались звуки готовящейся еды. Сначала звон посуды, следом – ругательство. Значит, Миша дома и что-то изобретает.

Я покачала головой, улыбнулась сама себе и спустила ноги с кровати. Вчера засыпала с мыслью о том, что нужно будет позвонить Анжеле и попытаться разузнать, что она знает о Викторе. Или – если повезет – о Владиславе. Откуда он? Женат или нет? Чёрт! А ведь Анжелка просто заподозрит, что я не на шутку увлеклась этим незнакомцем, что по сути будет не так далеко от правды. Вот только причина у меня совсем не та, которую обязательно углядит подруга.

– Ты его так спалишь! – выдохнула я, входя в кухню, где брат жарил бекон. Точнее, не столько жарил, сколько над ним издевался. Бросил на сковородку и забыл, и тот теперь шкварчал из последних сил.

Схватив лопатку, я стряхнула на тарелку пережаренные ломтики и, отняв у Миши пару яиц, скомандовала:

– Сядь за стол, я закончу.

Брат покорно отдал мне продукты и место у плиты и устроился там, куда я ему указала. А мне стало нехорошо. Потому что Мишка наверняка снова куда-то влез – мне это даже знать было не нужно, хватало одного взгляда на брата.