Мимикрия - Головач

— Это не я использовал на ней Империус, — Малфой поджал губы.

— Я знаю. — Поттер протянул монетку Драко, и тот неуверенно взял её из его рук.

— Не боишься, что я передам её Тёмному Лорду?

— Я уверен, она к нему не попадёт. Во всяком случае, добровольно.

Малфой хмыкнул, сунув монетку в карман.

— Где вам удалось найти предыдущие крестражи? — спросил он. — Если у меня будет больше информации, я смогу действовать быстрее.

Гарри опустил глаза на кружку, будто решая, можно ли доверить Малфою такие сведения.

— Первый мы нашли в Испании. Нам пришлось пробраться в магловский собор, — всё же ответил он. — От информатора поступили сведения, что крестраж находится где-то в священном для маглов месте. Мы с Полумной перерыли всю Испанию, на это ушло несколько месяцев. Второй — в пещере недалеко от Канады. Оливер теперь ненавидит цветную капусту. Ну а третий — ты знаешь.

Драко кивнул.

— Ваш информатор сообщал о каждом?

— Да, — Поттер сделал глоток.

— Но вы не знаете, кто он?

— Я же уже говорил, — Гарри пожал плечами. — Если бы мы знали, кто наш информатор и работает ли он на Волан-де-Морта, мы бы обратились к нему, а не к тебе.

Драко нашёл в себе силы проглотить клок обиды. Гарри, кажется, понял, что сказал что-то не очень приятное, и поэтому тут же начал оправдываться.

— Я имел в виду…

— Не стоит, Поттер, — прервал его Драко. — Мы не друзья, не союзники и никогда ими не будем. В этом нет ничего предосудительного. Ты меня, конечно, уговаривал, но я сам пошёл на это. И твои неосторожные реплики и теперь не заставят меня перейти на сторону Тёмного Лорда. Ты меня не обидел, — Драко поднял свою кружку выше. — Здесь нет сыворотки, но тебе стоит поверить мне: я ненавижу Его в тысячу раз сильнее тебя.

Гарри хмыкнул.

— Прости, — всё же извинился он. — Возможно, я тебя недооценивал.

— Я знаю, у кого спросить про крестраж, — Драко отставил чай на стол и сложил руки на груди, задумчиво кусая свою нижнюю губу. — Не буду пока говорить. Но есть соображения.

— Отлично, — сказал Гарри, улыбаясь и допивая свой чай.

* * *

Как только Поттер сказал вежливое «удачи» и шагнул в камин, в Малфой-мэноре вдруг стало пусто и холодно. Несмотря на тяжёлые прыгающие эмоции, этот вечер прошёл действительно интересно. Драко научился играть в магловскую игру и сразу же залез на пьедестал, поставив злющего Рона на место и даже выиграв лично у Поттера, расположил к себе Полумну, а также, возможно, Невилла — кажется, между этими двумя что-то было — и получил немного доверия. Это хорошо скажется на его будущей жизни в мире, где Тёмный Лорд будет гнить в земле.

Драко достал из кармана зачарованную монетку, внимательно её рассматривая. Ничего примечательного — он действительно уже использовал подобные чары. Это было удобно. Малфой однажды нашёл такую на полу в Большом Зале на пятом курсе, а после случайно подслушал разговор Грейнджер и Уизли, когда девушка объясняла своему другу принцип работы этих монеток. Драко потребовалось почти два месяца, чтобы повторить её заклинание. Малфой улыбнулся, переворачивая монетку между пальцев. Какое прекрасное было время.

Драко подошёл к окну, медленно выдыхая и прикрывая глаза, ясно ощущая, как к нему возвращается чувство тревожности. Будто вот-вот произойдёт что-то плохое — хоть это и не обязательно так. Это чувство настойчиво преследует его уже несколько лет, и из-за того, что оно потерялось на пару часов, его возвращение ощущается как яркая вспышка.

Безопасность — вот, что Драко никак не мог распознать, сидя посреди заставленной безделушками кухни в компании своих названных врагов. Там было безопасно. Несмотря на палочки, яростные взгляды и неосторожные комментарии. Поттер был рядом, сидел на соседнем стуле, иногда касался его, шептал на ухо правила — всё это дарило необъяснимое чувство защищённости. Даже с помощью метки Волан-де-Морт не смог бы вытащить Малфоя оттуда, не смог бы призвать его и пересчитать рёбра калечащим заклинанием. Ему ничего не угрожало, и Драко на несколько часов совсем забыл о войне. О смерти отца, убийстве Джастина и других своих горестях. Разрешил себе думать о пустяках, спорить об играх и всерьёз спросить, встречается ли Поттер с Джинни Уизли.

— Хозяину что-то требуется? — тихий голос Хуки заставил Драко открыть глаза. Он печально улыбнулся своему отражению в окне. Ему бы хотелось навсегда обрести это чувство безопасности, окунуться в него с головой и ухватиться за него крепко-накрепко.

— Нет, — ответил Драко.

6. Четвёртый крестраж

След из шёлковых прядей, как хвостами кометы

За собой оставляют черви-марионетки

Следующие несколько дней Драко занимался ревизией запасов зелий Семёрки.

На одной из встреч Малфой сообщил своим коллегам, что срок действия некоторых зелий подходит к концу и их необходимо заменить. Панси принесла свои запасы уже на следующий день — она всегда особенно переживала за своё здоровье. Пиритс добродушно поделился аппорт-ключом от своего поместья и позволил Драко хозяйничать в нём на своё усмотрение. Блейз настороженно отдал Драко запасы только в среду и не спускал с него глаз, пока тот менял одни баночки на другие, а после сразу всё забрал — немудрено: Волан-де-Морт Блейза не любил, несмотря на его прыткий ум, и Забини доставалось чаще всего. Август, Антонин и Селвин свои запасы изучать запретили и сообщили, что займутся этим самостоятельно: они в принципе не доверяли «новичкам» в окружении Тёмного Лорда, несмотря на то, что работали с ними бок о бок уже почти два года. Но Селвин, Август и Антонин не представляли для Драко никакого интереса. Если бы Малфою вдруг стало плохо и ему потребовалось определённое зелье, чтобы снять боль, он бы не рискнул обратиться к этой тройке.

— Ну ты и сволочь, — зашипел Блейз, вваливаясь в Малфой-мэнор. Зелёный огонь проследовал за ним вплоть до дивана. Забини схватился рукой за живот и рухнул на подушки, пытаясь отдышаться. Каминное путешествие, надо полагать, выдалось непростым. — Слышишь, Малфой?! — крикнул он, что есть силы. — Где ты, скользкий ублюдок?!

— Не нужно так орать, — Драко как раз шёл в зал, когда услышал возню у камина. Он медленно спустился по лестнице, замечая, как Забини пытается просверлить его своим взглядом. — Скажи спасибо, что камин для тебя открыт.

— Как мне не орать, если ты меня отравил? — прошипел Блейз, сдерживая накатывающий приступ тошноты. Он закрыл глаза, откинув голову на спинку дивана, и тяжело задышал. На его лбу проявились капельки пота.

— Я тебя не травил, — невинно сказал Драко,