Я тебя у него украду - Лиза Бетт

– У тебя охрененные трусики, даже жалко их рвать, – протянул насмешливо, и я возмущенно приподнялась, но надавил на лопатки заставляя снова лечь. – Шучу, Журавлёва, ну что ты такая серьезная?

Закатила глаза, ощутив, как наглые руки поддели резиночку белья и потянули вниз аккуратно, даже бережно. Спустили до колен, а дальше трусики скатились сами. Выступила из них и боковым зрением заметила, как Суворов нагнулся, поднял и сунул их в карман. Как будто ключи обронил и поднял.

– Это мои! – запротестовала, а Пашка лишь красноречиво улыбнулся и шлепнул меня, отчего подавилась вдохом и замолчала.

С запозданием осознала, что он не разделся, так и стоял с застегнутой ширинкой, и это слегка сбило с толку, но лишь на мгновение, потому что Суворов медленно погладил мои бедра, а потом его рука переместилась к развилке между ними и пальцы почти грубо, бесцеремонно проникли внутрь, снося крышу этой наглостью.

– За мной должок, помнишь? – умело повел пальцами внутри, задевая точку, от которой кожа покрылась мурашками, и так невозмутимо продолжил ее гладить, будто каждый день это делал на протяжении ста лет. Застонала, обмякла, ткнулась лбом в стол, инстинктивно выгибая спину, услышала его улыбку. – И тут моя папка где-то осталась.

– Мгмм… – хныкнула, невнятно подаваясь навстречу каждому его толчку пальцами. А Пашка продолжил издеваться и дразнить, разнося мои нервы вдребезги. Ощущала, как теку, чувствовала, как горячо и пульсирует, как обжимаю его пальцы, как дурею от этого. И как дуреет он, хотя и не хочет этого показать. – Паш…

Выдохнула, всхлипнула, сжалась, спина выгнулась, а Пашка продолжил так же безжалостно трахать меня пальцами не сбавляя темпа, в сто крат увеличивая оргазм своими рваными движениями внутри.

– Паш…!

– Тише, тише, Журавлёва, все управление сбежится, – и когда я обессиленно опустилась на столешницу, не дал мне расслабиться, приподнял, аккуратно усадил на самый край стола, и я оперлась ладонями, чтобы было удобнее, а он скинул с меня туфли на каблуке и заставил опустить одну ногу на стул, вторую поддел сам и вновь вставил пальцы, только теперь под другим углом, и лукаво улыбнулся. – Постарайся молча.

И сволочь выжал из меня остатки сил.

И только потом, когда этот наглец ушел, а я ползала по полу и затирала салфетками следы очередной его пытки, которую он в совершенстве умеет проделывать, я позволила себе улыбнуться.

А он ведь так и не кончил. А наверняка хотел.

И трусики мои забрал сволочь.

А папку снова забыл…

Глава 12

Целый день я ловила себя на том, что глупо улыбаюсь. Старалась не палиться и гасила неуместную радость, пытаясь занять себя работой. Но в голове и животе порхали бабочки, а от мысли что Суворов лишил меня уже вторых трусиков становилось жарко. Фетишист хренов.

Ушла в кабинет начальника, чтобы показать отчет, и стоило мне вернуться к себе, Катюха сообщила.

– Слушай, у тебя телефон звонил трижды и подолгу. Проверь, может что-то срочное.

Кивнула, все заботы отошли на второй план, и торопливо подошла к столу и порылась в сумочке, в поисках тапика – кнопочного телефона, который служил заменителем смартфона на работе. Тупо позвонить.

Этот номер был только у начальника и Сашки, а раз Пал Борисыч не мог сейчас мне трезвонить – я была у него в кабинете, значит звонила моя невестка, Саша.

Убедилась в этом, когда, разблокировав экран заметила знакомое имя на дисплее. Набрала ответ и машинально покосилась на часы на стене. Почти шесть. Чтобы до них доехать уйдет минут тридцать, если не по пробкам, а в объезд, но сначала надо на заправку…

– Ир!

– Саш, что случилось? – невольно голос стал сдавать от волнения. С невесткой мы не особо дружили, тем страшнее были ее пропущенные. Явно не для поболтать звонит.

– Гера снова напился.

– Дети где?

– Дома. Поэтому и звоню. Сможешь приехать?

– Дай мне час.

Больше ни слова. Ни звука. Только сжирающая внутренности пустота и страх. Саша никогда так просто не звонила. И приехать не просила тем более. Что-то страшное случилось, Господи…

– Ир, ты чего бледная такая, может воды тебе налить? – Катя заметила, что я рухнула на стул и замолчала, пытаясь взять себя в руки, а коллега, не дождавшись ответа, поднялась и подошла к кулеру. – Таблетку может от головы?

– Нет, Кать.

На большее не хватило. Замолчала, думая, во что мой старший братец снова ввязался, и ощутила, как внутри разгорается пламя возмущения. Сволочь непутевая! Вечно он что-то вытворяет.

– Держи, – коллега протянула мне стаканчик, и я благодарно его приняла, заметив, что мои руки дрожат, будто я последняя алкоголичка. Залпом выпила воду, и вздрогнула, когда раздался стук в дверь. – Войдите!

Катя ответила и в проеме возникла огромная фигура Суворова. Тот выглядел так, будто только что единственный в классе получил пятерку по химии, но его довольное лицо быстро окаменело, и черты отметились оттиском беспокойства.

– Суворов? Твой больничный я уже внесла в базу… – почему-то чувствовала необходимость хоть что-то говорить, чтобы не выдать внутреннего волнения, которое горячей волной обдало внутренности, как только увидела Пашу. – Ты чего пришел?

– Кать, тебя Козлов зовет, – ответил, глядя на коллегу и та нахмурилась, но послушно вышла из кабинета, оставив нас наедине. – Говори, в чем дело.

Помотала головой, понимая, что совсем не могу сказать то, что грызет. Не ему. Зачем Суворову эта инфа? Это личное.

Но он настойчиво подошел к столу, за которым я сидела и встал рядом, нависая темной тучей.

– Журавлёва.

Это все что произнес, но в интонации отчетливо слышался нажим и призыв к объяснениям. Только вот у меня по-прежнему не было желания душу изливать. Надо ехать к Сашке, а я как истукан сижу.

– Мне пора, Суворов, – поднялась, попыталась обойти Пашку, но тот только перехватил меня крепче и сжал, не позволяя отступить. Обхватил лицо руками и заглянул в глаза, а я поймала себя на мысли, что ненавижу, когда вот так палят мои эмоции. Прямо бесит что он лезет в душу. – Отстань, я серьезно.

– Расскажешь – отстану.

Ответил просто, и я вздохнула и выпалила как на духу.

– Мне надо срочно уехать, семейные проблемы, ясно?

– Ясно, – опустил руки и отошел, а я кинулась к шкафу, доставая оттуда джинсы и блузку, чтобы переодеться. Наплевала что в кабинете посторонний, сорвала с себя форменную рубашку и сбросала на плечики, а потом принялась торопливо расстегивать брюки, а за спиной послышался голос Кати.

– Ир, ты домой? А где Суворов?

Не обратила внимания, что он уже вышел, оказывается я была в кабинете одна, да и ладно. Ему не до меня и не до моих проблем, пускай валит.

– Я уеду сейчас только у Козлова отпрошусь, он у