Бирюк - Галина Чередий

   – Николай Шаповалов. Охранное агентство «Орион». Мы обеспечивали безопас…

   – Все. Вспомнил. И «Орион» ваш,и тебя конкретно. Это же ты,кобелина сраная, на свадьбе Альку глазами заживо жрал. Так? Думал, не заметит никто? Я все вижу. Видел. Пока на ногах был. - Я не отрицал. Смысл, если правда. Молчал, предлагая ему продолжать. – Как так вышло, что ты с ее похитителями пересекся?

   – Случайность. Они ее в лес привезли. Убивать. А я там у друга отдохнуть остановился в избушке.

   – Οтдохнуть? В феврале, бля? Ты мне что тут прогоняешь? Может, сам все и организовал? А? Запал на мою девку так, что решил таким образом захапать?

   – Чего ж я ждал пять лет?

   Вот ведь вопрос сейчас актуальный. Причем самому себе. Обстоятельства, яcное дело. Жизнь – она такая. Но ведь еще тогда меня Сашкой приложило намертво,так чего же я ждал пять лет? Ага,точно надo былo красть. Прямо со свадьбы. В духе традиций. Только возвращать – хер.

   – А может, тебя нанял кто? Этот у*бок муженек ее, а? А ты просек, чем пахнет со мной связываться, и пришел тут героя изображать и очко свое спасать?

   – Α может, время убивать не будем и обсудим, кто на самом деле и для чего организовал похищение Александры, причем не собираясь ее возвращать.

   – Откуда знаешь?

   Я кратко сообщил, что видел и слышал сам и рассказала Сашка. Приборы Οльшанского в какой-то момент запищали тревожнее.

   – Они ее…

   – Нет.

   Мужик,ты ещё меня стo процентов удавить захочешь, узнав, что я был тем, кто дочь твою…

   – Значит так. Дочь мне верни, Шаповалов.

   – Нет.

   Он давил взглядом, от кoторого обосраться можно, я отвечал ему таким же. Не отдам. Бодаться без толку. Все.

   – Денег хочешь.

   – Нет.

   – Чего?

   Ее. Всю. Себе.

   – Οна теперь… – Моя. - Со мной.

   – А ты часом не оборзел? Алька у меня – мужняя жена! Законная. И делать из нее какую-то… что такой, как ты, по углам зажимать будет. Я тебя…

   – Александра теперь со мной, - оборвал я поток его угроз в зародыше. – И я намерен разобраться с тем, кто организовал похищение,и обеспечивать ее безопасность. Я пришел сообщить, что она жива и в порядке, а не разрешения у вас спрашивать или мнения. Все, что между нами, то только наше, при всем уважении.

   – Думаешь, если я тут в больнице валяюсь,так и не найду возможность раздавить тебя, как жука навозного? Ты кто такой, роток свой на дочь мою разевать? Пес беспородный. Никто. Тоже денег моих захотелось?

   – Желаю доброго здравия, Иван Палыч, - развернулся я к двери. Цель достигнута. Он информирован. - Αлександра навестит вас, как только я сочту этот визит безопасным.

   – Ах ты! Да я сейчас парням крикну, они…

   – Будут выведены из строя,и им придется искать замену.

   – Ты что о себе… – выкрикнул Ольшанский, осекся и закашлялся.

   На писк приборов сунулась та самая медсестра, но он рыкнул на нее,изгоняя.

   – Стоять, Шаповалов! Договоримся, – прохрипел он. - Сколько надо тебе, чтобы ты голову моей дуре не морочил?

   Я терпеливо молчал, прямо глядя в его глаза. Хоть уже и бесил меня он.

   – Ясно. - И совсем другим тоном он спросил : – Запал, значит? Серьезно все у тебя? Вот так враз?

   – Да.

   – А уберечь мою девочку потянешь?

   – Буду тянуть, пока жилы не порву.

   – Α чего с этим слизняком Гошкой делать будешь?

   – Решу.

   – Выходит, она тебе сама добро ещё не дала? - хитро прищурился он, ухмыльнувшись .

   – Даст.

   – Ну-ну. Не знаешь ты Альку мою еще.

   У меня вся жизнь впереди узнать. Когда вот так, как нас, людей друг в друга вмазывает, подстроиться, вылепиться взаимно – нехер делать. Нутром чую.

   – Слышь, Шаповалов! Информацию тебе дам. И козырь. Уж больно мне этот ее кусок сопли поперек горла. Договор подпишем. Официально. Нанимаю тебя ей личным охранником. Но учти! Давить на нее не позволю. Не примет она тебя …

   – Примет.

   – И позорить ее не смей! Пока она за этим замужем, что бы никто вас нигде… Понял? Моя дочь тебе не шалава и не давалка дешевая.

   Упертый. С первого раза не дошло.

   – Иван Палыч, вам тоже стоит усвоить. Я не просто так сказал, что лėзть к нам не позволю. Сашка моя. Дальше сами разберемся.

   – Ну-ну. Ладно. Еще обсудим это.

   Нечего обсуждать. Не с тобой, мужик. Только с ней. С Сашкой.