Проклятый кинжал - Селина Катрин

— Череп и Мелкий. — Я с трудом припомнила клички напарников Тьенна и прикусила губу. Полгода назад. Как раз приблизительно шесть месяцев назад на меня участились нападения. Похоже, этот меткий стрелок до этого времени сдерживал большую часть наёмников, а я это действительно воспринимала как должное.

Становилось понятным, почему фигура мужчины мне изначально показалась знакомой, а черты лица — нет. Кожаный шнурок в волосах был настолько тонок, что он мог воздействовать лишь на лицо. И Плешь… Он же вступился за Эльфа, думая, что я помогаю старому подчинённому. Вот почему он безропотно подчинился, а затем также молчаливо сгрузил тело избитого Тьенна в телегу и даже не попытался меня проводить.

— А я ведь чувствовала, что с тобой что-то не так… Проверяла даже комнату на артефакты, — произнесла неожиданно зло.

— А я знал, что ты почувствуешь, и потому остановился на шнурке для волос, — ответил зеленоглазый гад.

— Зачем? — прикрыла веки, восстанавливая дыхание. — Миродержец, зачем ты пытался меня обмануть, Эльф?! Я себе такого про тебя надумала! Да я уже готова была тебя убить!

Мужчина покачал головой.

— Я долго работал на тебя, Грейс, и понял, что ты не обратишь на меня внимания, если уж не сделала это сразу. Ты замечательный управленец, справедливый судья и первоклассный боец, но подчинённые всегда для тебя остаются лишь подчинёнными.

Я несогласно качнула головой. Мне было неохота в который раз объяснять, почему я не могу сойтись ни с кем из своих ребят.

— Знаю-знаю. — Эльф поднял руки. — Ты считаешь, что тебя тут же подомнут и отберут бизнес, дело житейское. Я потому и ушёл из банды на доставшиеся в наследство земли. Я действительно аристократ, Тьенн Лойс, хотя и до недавних пор род считался обедневшим. Сейчас, очищая родные земли от нежити, я зарабатываю продажей шкур и помогаю тем, кто хочет вернуться, отстраивать дома.

Мужчина отвернулся к окну, за которым плескался туман. Лунный свет серебрил спальню Лойса, но его волосы при этом оставались всё такими же — золотыми, как мёд, собранный из горных трав. Я встала с кровати, подошла к окну и рывком открыла рамы, впуская в комнату влажный ночной воздух.

Вид из спальни Тьенна открывался потрясающий. Мерцающие в клубящейся мгле газовые фонари, тёмная, как жидкое чёрное золото, извивающаяся лента реки, многочисленные черепичные крыши, горбатый Мрачный мост с каменными стражами-горгульями, чересполосица света и тьмы. Лорнак. Потрясающий Лорнак. Неповторимый Лорнак. Единственный город, в который всегда хочется вернуться из любого плавания. Круглые жёлтые глаза многочисленных автомёбиусов, железное кружево заборов, запах сырой земли и мокрого кирпича.

Я зябко обхватила себя руками.

Неужели я в который раз обманулась? Ведь не хотела же верить Тьенну с самого начала. Чувствовала, что что-то с ним не так, и всё равно повелась как последняя дура. Что теперь делать?

— И что? Обманывая меня и втираясь в доверие, ты хотел посмеяться надо мной? С помощью какого-то мелкого артефакта смог обвести вокруг пальца саму Грейс Проклятый Кинжал? — спросила, чувствуя першение в горле.

— Нет. — Блондин медленно и, жмурясь от неприятных ощущений, сел в кровати. — Представляясь Тьенном, я хотел, чтобы ты не ассоциировала меня с жалким неудачником Эльфом.

— Почему неудачником? — Я тут же вскинула голову. Услышать такой ответ было странно. — Я помню, это ты предложил построить клетки для ловли морских бесов.

Лойс медлил с ответом.

— Потому что, несмотря на все мои попытки, ты так и не увидела в Эльфе мужчину.

Я фыркнула. Что-что, а во всех, с кем мне приходилось общаться, я как раз в первую очередь оценивала самые что ни на есть мужские — физические — данные. Рост, размах плеч, объем мускулатуры, скорость реакции, владение холодным оружием и многое-многое другое. Будучи женщиной в преступном мире в первую очередь ищешь слабые места возможного противника. А вот что касается интимной связи, то и тут Эльф глубоко заблуждался. У меня было не так много любовников, но все они внешне один другого страшнее. Даже Кай Ксавье при всём своём незаурядном уме оказался изуродован шрамами так, как и не снилось большинству пиратов. Если уж говорить прямо, то мужчин с такой внешностью, как у Тьенна, у меня ещё не было. Конечно, я обращала внимание на мало-мальски симпатичных мужчин в банде, но сама старалась держаться от них подальше, прекрасно понимая, что они в первую очередь попробуют очаровать и уложить в койку шефа преступного мира, чтобы добиться себе стремительного повышения по «карьерной лестнице». Это претило.

Морозный ветер подул мне в лицо, возвращая в реальность, и я отошла от окна.

— И почему же ты сегодня напился, Эльф? — произнесла, думая, что меняю тему и садясь на край кровати. Как оказалось, тема не сменилась ни капли.

— Потому что в Тьенне ты разглядела лишь ночного фея. Однако и он оказался дрянным, раз успел приесться всего за пару встреч. Грейс, тебя не было так долго…

Мужчина сидел, спиной прислонившись к изголовью кровати. Перламутровый лунный свет подчёркивал его идеальные, словно отлитые из гипса, скулы, высокий упрямый нос, летящие вразлёт брови. Серо-зелёные глаза смотрели на меня неотрывно, и я чувствовала, как тону в этой вязкой зыбучей топи. Медовые волосы обрамляли лицо.

— Однако ночным феям платят за услуги, а я тебе не плачу ни синнита, — произнесла, поигрывая бровями.

Не знаю, что именно услышал в моих словах Тьенн, но внезапно он улыбнулся и притянул меня к себе. Поцеловал. Нежно, глубоко, осторожно. Он вдумчиво целовал меня, лаская языком нёбо и зарываясь пальцами в мои волосы. Спустя вечность он всё-таки оторвался от моих губ и сказал с тихими, будоражащими хриплыми нотами:

— Тогда я требую свою оплату натурой.

Я рассмеялась.

— Неужели в таком состоянии ты способен думать о сексе?

— У меня всё в порядке со стоянием, — ответил мужчина, кладя мою ладонь на завязки своих брюк.

На этот раз Тьенн действовал медленно, растягивая удовольствие и не сводя с меня жаждущего взгляда. И чем дольше он на меня смотрел, тем больше в памяти всплывали наши редкие встречи и разговоры с Эльфом. Миродержец, как я могла не замечать его всё это время?

Тьенн смаковал и ловил губами каждый мой вздох. Комнату наполнили наши общие чувственные стоны и звуки неожиданно начавшегося моросящего дождя. Томительные ласки, гуляющий по моей шее влажный язык, длинные шершавые пальцы, что ощупывали мою грудь, словно впервые её касались… Тьенн действовал с той запредельной нежностью, которую я никогда и никому не позволяла по отношению к себе. Но сегодня ему почему-то разрешила.