Отец моей подруги - Ева Мелоди

– Вообще-то твой лечащий врач. Меня зовут Павел Виноградов, будем знакомы. Но ладно, тебе простительно. В мой прошлый визит ты в полубессознательном состоянии была.

– Ой… ясно, – чувствую себя еще более растерянной. – Я встала собаку покормить… и зашла сюда случайно.

– Да ладно, не оправдывайся. Хорошо в этом кресле смотришься. Ох и Архипов, ох и ходок. На детский сад потянуло… – последнюю фразу мужчина добавляет совсем тихо, даже скорее бормочет под нос. У меня от этих слов начинают гореть мочки ушей – такое происходит, когда я буквально умираю со стыда. Сейчас как раз такой случай…

– Что, простите? – лепечу в робкой надежде что все же не так расслышала.

– Да ничего, мысли вслух, – усмехается доктор. – Ты извини, но у меня помимо тебя, Яна, еще пациенты есть, и они меня ждут, так что давай пропустим мою ремарку, не обессудь за нее. Я ничего против спонтанных и бурных романов не имею.

– Не понимаю, о чем вы…

– Ну и хорошо. Пойдем в твою комнату, мне нужно тебя осмотреть, легкие послушать. Надо тебе будет потом флюрографию сделать, чтобы пневмонию исключить.

Покорно бреду за доктором в комнату, раздеваюсь, он мне командует дышите-не дышите, прикладывая к спине и груди холодный стетоскоп, а я не могу переключиться и выбросить из головы то, пробормотал Виноградов в кабинете. Он меня явно любовницей Олега считает.

– Открой рот. Такс, хорошо, – я выполняю его команду. – Но горло еще продолжать полоскать.

– Что? Чем полоскать? – задаю глупый вопрос.

– Я так понимаю, Олег плохо меня слушал, – хмурится Павел.

– Олег очень заботлив…

– Сейчас еще раз лечение распишу. Понятно, что у этого старого кобеля другое на уме. Но долечиться надо обязательно, – бурчит себе под нос Павел, а я краснею.

– Но между нами нет никаких отношений если вы что-то подумали, – лепечу смущенно. В общем-то я не обязана отчитываться перед этим мужчиной. Вот только умом я это понимаю, но смириться и включить равнодушие к чужому мнению не получается… Мне важно объяснить…

– Девушка, успокойтесь, – фыркает Виноградов. – Любовные похождения Олега меня не интересуют. Как и ваши объяснения. Это ваше с ним личное дело. Мне важно только убедиться, что вашему здоровью ничего не угрожает. Сейчас лечение вам распишу, а дальше сами с Олегом разбирайтесь.

– Скажите, это вы меня раздеть велели? – спрашиваю сама не знаю зачем.

– Это так важно? – хитро прищуривается Павел.

– Да нет… я просто так спросила.

– Ну конечно я тебя раздел. Тебя лихорадило, ты потела. Мокрая была и ледяная. Здоровье надо беречь, Яна. Не относиться к нему так бездумно. Олег очень испугался…

– Спасибо вам… обоим. Что спасли меня.

– Ну спасли может и громкое слово… но – пожалуйста. Выздоравливай. Тебе значительно лучше, кризис миновал, – Павел убирает стетоскоп в свой портфель.

– Значит я могу идти домой? – вырывается у меня восклицание полное надежды.

– Ты же не в больнице, – смеется Виноградов, глядя на меня, и снова этот хитрый блестящий взгляд. – Я не могу тебя «выписать».

– Я хочу домой.

– Это тебе с Олегом решать.

– Я не хочу ничего решать! Скажите ему пожалуйста, что меня надо выписать… то есть отпустить… домой.

– Хорошо, скажу, – улыбаясь кивает Павел. – Вы там решите и дайте мне знать. Потому что мне тебя еще раз через три дня осмотреть надо.

– Я приеду куда скажете!

– Нет, тебе пока нельзя на улицу. Чего ты рвешься? Долечись, раз уж Олег так заботлив и решил взять на себя роль благородного принца.

– Не брал он никакую роль, – опускаю голову и разглядываю носки высоких пушистых тапочек, которые тоже в пакетах «от Архипова» нашла.

– Ну как скажешь. Выздоравливай. Провожать меня не надо, ключи есть. Через три дня навещу.

– Спасибо…

Виноградов уходит, а я возвращаюсь в свою комнату и падаю без сил на постель. Как же мне не нравится вся эта ситуация… Ох, надо позвонить маме… вот только что я ей скажу…

После разговора с мамой у меня еще больше испортилось настроение, чувствую себя распоследней лгуньей, придумывая на ходу историю о том, как мне пришлось остаться у больной подруги, чтобы ухаживать за ней. Тем более, сразу и мне и маме в голову приходит Дарья. Объясняю с что с лучшей подружкой все хорошо, а заболевшая – из дома моды Воронцовой. О том, что меня уволили тоже умалчиваю – нет настроения об этом говорить. Ну вот и чувствую себя полной лгуньей. Еще и про Дарью вспомнив, не нахожу себе места. Что она скажет, узнав, что я второй день обитаю в квартире ее родителей? Живу с ее отцом… уж точно ничего хорошего. Не представляю, как сказать ей… поэтому пишу близкой подруге малодушное СМС, что заболела и лежу в постели. Дарья тут же отвечает:

«Держись, Василькова, я приеду»

Приходится изворачиваться, строча СМС, как уж на сковородке, чтобы избежать этого визита. Мне ужасно тошно.

Когда слышу хлопок входной двери, ноги сами несут меня в коридор. Не встречать хозяина, нет, хотя, наверное, со стороны это может именно так показаться. Мне прежде всего хочется в этот раз донести со всей твердостью до Олега, что меня надо отпустить домой. Но стоит его увидеть, такого огромного, мощного и брутального, как все слова застывают в горле.

– Привет, Яна, – заговаривает Архипов первым. – Тебе совсем не обязательно приветствовать меня в коридоре, – говоря это Олег совсем не улыбается, выглядит скорее мрачным. Проблемы на работе? Думаю, спрашивать об этом не стоит. Не мое это дело…

– Знаю, что не обязательно, – отвечаю, собрав волю в кулак. Я просто очень хочу домой. Мне лучше, честное слово! Я больше не нуждаюсь в присмотре, а к врачу могу отдельно приехать на прием, куда скажете…

– Давай завтра? На ночь не хочу отпускать, – спокойно произносит Олег.

Так радуюсь, что он не стал спорить и согласился, что киваю. Одну ночь потерпеть можно.

– Был врач… Павел, – произношу смущенно.

– Знаю, я с ним говорил. Поэтому и готов отпустить. Идешь на поправку.

– Вот только, наверное, Маркизу надо искать другую няньку. Я вряд ли смогу эту неделю приходить…

Не потому что снова боюсь заболеть, о нет. У меня просто нет больше моральных сил и выдержки сталкиваться с Олегом!

– Черт, я про него забыл, – хмурится Олег.

– С ним кстати сейчас надо выйти. Хотите я?

– Нет. Сам выйду. А ты разбери пока пакеты, – кивает на два целлофановых монстра, стоящих возле двери.

– Что там?

– Не пугайся так, – усмехается Архипов. – Всего лишь продукты. Можешь если тебе лучше что-нибудь простое на ужин нам сделать. Например, нажарить картошки. Если конечно умеешь.