Понравиться леди - Сьюзен Джонсон

— Усвоить? Что именно? — осведомилась Кэтрин с приторной улыбочкой, заметив, что Аргайлл то и дело отвлекается от разговора.

— Мы с графиней обсуждали разницу между любовью и забавой, — учтиво ответил Куинсберри.

— И между цинизмом и романтикой, — беспечно добавила Роксана. — Похоже, Джеймс не совсем эту разницу понимает.

— Любовь… как странно. — Тонкие светлые брови Кэтрин слегка приподнялись. — Вы верите в любовь, Аргайлл?

Их браки вряд ли можно было назвать любовными союзами, и хотя бы в этом у них было что-то общее.

— Я начинаю всерьез интересоваться этим предметом, — пробормотал он с чарующей улыбкой, адресованной Роксане. — А вы, графиня? Верите в любовь?

За столом воцарилась внезапная тишина, словно все разом навострили уши. Аргайлл был известен своей практичностью и отсутствием моральных принципов, а новость о Роксане и ее ночном посетителе задала работу злым языкам всего города.

— Разумеется. Каждая страстная женщина верит в любовь, — спокойно ответила Роксана и добавила в ответ на злобный взгляд поджавшей губы Кэтрин: — Беда моя и Джейми в том, что мы никак не можем найти свою половинку.

— Какие мужчины вас привлекают? — громко спросил Аргайлл, словно находился наедине с ней. Неизменно самоуверенный, он игнорировал и ее влечение к Робби, и жадный интерес гостей.

— Такие, которые могут меня рассмешить, — пояснила Роксана.

— Придется начинать оттачивать свое остроумие.

— Не знала, что вам нравятся мужчины с чувством юмора, — прошипела Кэтрин, глаза которой были холоднее льда.

— Теперь, когда я стала независимой вдовой, веселье я ценю больше избыточного пыла.

— В самом деле? — вмешался Куинсберри, издевательски улыбаясь. — А ведь Карры известны своими крайностями!

— Вы так считаете? — безмятежно улыбнулась Роксана, невозмутимо глядя на врага. — А вот я всегда находила их невероятно утонченными.

— Вы одержимы Каррами, Куинсберри! — резко бросил Аргайлл. — Прошу вас преодолеть столь непристойную тревогу по их поводу. Это всего лишь знатная семья. Не дьявольское отродье.

— Они могут выставить на поле битвы свою личную армию, и численность ее не меньше, чем у Кэмпбеллов, — процедил Куинсберри.

– = Могут. Но не выставят. Они, как благоразумные люди, постараются вернуть свои владения по суду. Поэтому предлагаю вам первым делом удостовериться в компетентности ваших адвокатов. Насколько я помню, Карры еще не проиграли ни одного дела.

— Государственная измена — серьезное обвинение, — напомнил хмурый как туча Куинсберри.

— Вам еще предстоит это доказать.

В деле закрепления прав на собственность Карров Куинсберри вовсе не намеревался полагаться на закон, но вслух бесстрастно заметил:

— Я должен опираться на шотландское правосудие, как и вы, Джон, в стремлении заключить союзный договор.

На деле же оба прекрасно понимали: подкуп и тайный сговор — вот самые надежные средства для достижения цели.

Взгляд Аргайлла стал равнодушным.

— В таком случае мы оба можем ожидать успеха, раз уж используются столь высокие принципы.

Какие лицемерные слова для людей, считающих правосудие лишь средством достижения власти и именно по этой причине выбранных английским двором. Однако как только их работа будет завершена, английские министры будут решать, стоит ли раздавать обещанные награды.

Игра была грязной. Абсолютно бесчестной.