Постучи в мою дверь - Маша Моран

Неужели, у них с Габором и вправду будет ребенок? Красивый, умный и храбрый малыш, похожий на своего папу. Олеся прижала свободную руку к своему животу, как будто могла этим жестом могла сберечь еще не рожденного сына. Или дочку.

Морозный Дед довел их до широкого подземелья, помогая выбраться через проход в статуе ворона.

Принцесса вскрикнула, и Олеся поспешила за ней, гадая, что могло ее так напугать. Весь пол был усеян телами мертвых демонов. Отрубленные лапы и головы, вывалившиеся из пастей языки.

Морозный Дед хмыкнул и погладил свой топор. Не оставалось сомнений, кто их всех убил.

— Дальше вы сами. А я наведу тут порядок.

Олеся взглянула на него:

— Вы еще придете?

Он улыбнулся:

— Я всегда рядом.

— Но мы еще увидимся?

Он указал на ее живот:

— Я приду к ним однажды. Чтобы исполнить их заветные желания.

Олеся погладила живот, все еще не находя в себе сил не прикасаться к нему:

— Спасибо.

Дед кивнул:

— Возвращайтесь. Дьекельни ждет хороших новостей. Сейчас крепости нужна хозяйка. И пышное торжество. Как никогда.

Олеся покрепче обхватила ладонь Генриетты и повела утратившую память и, похоже, разум, принцессу за тобой.

— Это был твой дедушка? — Шепот Генриетты отскакивал от холодных стен, которые больше не казались ни страшными, ни пугающими.

Неожиданно для самой себя Олеся улыбнулась. А ведь совсем недавно она сама была, как принцесса. Ничего не понимала и не осознавала.

А теперь вот объясняет, что к чему в этом удивительном, почти сказочном мире.

— Это Морозный Дед. Хранитель всей Бергандии. Он награждает детей, которые хорошо себя вели весь год, — приносит им подарки.

— Ух ты! А я хорошо себя вела? Ты не знаешь?

Олеся не смогла сдержаться:

— Не совсем.

Генриетта заметно приуныла.

— Значит, у меня подарка не будет.

— Я думаю, ты свой подарок уже получила.

— Да? А какой? Я ничего не помню. Даже… свое имя. Как меня зовут?

— Генриетта. Тебя зовут Генриетта. И ты принцесса.

— Правда?

Генриетта начала шумно радоваться и удивляться, охать, а потом гадать, что нужно делать принцессе. А Олеся подумала, что не так уж она и соврала ей. Морозный Дед действительно сделал ей подарок — возможность начать жизнь заново.

За считанные минуты они выбрались из тайного прохода. В зале, откуда их похитил жуткий демон, пахло кровью. Окровавленное тело Фиданки все так же лежало на полу, пугая своим видом.

Генриетта закричала, и Олеся поспешила вывести ее отсюда. Но уже у самой двери она заметила книжку, одиноко лежащую в кресле… Сказки. Сказки, которые они читали с Габором. На глаза снова навернулись слезы.

Захотелось разрыдаться.

Она вытолкнула принцессу из зала и приказала:

— Подожди меня здесь.

Та намертво вцепилась в ее руку, не желая отпускать:

— Ты не оставишь меня? Не бросишь?

— Я только заберу кое-что.

Она вырвалась из хватки принцессы и бросилась к креслу. Схватила потрепанную книжку и прижала к груди, как самое величайшее сокровище.

Стоило вернуться к Генриетте, как та тотчас повисла у нее на шее.

— Я думала, ты оставишь меня здесь.

Олеся погадила дрожащую девушку по голове:

— Не бойся. Все хорошо. Теперь уже нечего бояться. Габор… Наш господарь позаботился, чтобы теперь мы все были в безопасности.

Вот так вдвоем они двинулись вперед, находя в замке окровавленные тела то рыцарей и стражников, то бездыханных, но все равно пугающих демонов.

— Госпожа Маргит! — Олеся вздрогнула, совсем отвыкнув от этого имени.

К ней спешил высокий воин, которого она пару раз замечала возле Габора.

— Слава Небесам, с вами все хорошо. Вы не пострадали?

Оказывается, жизнь не закончилась. Огромная крепость пыталась стряхнуть с себя покрывало смерти и восстать, чтобы жить заново.

И теперь она — часть всего этого. Госпожа Маргит.

— Нет. Со мной и Ее Высочеством все хорошо. Господарь Габор успел вовремя.

Стражник с облегчением выдохнул:

— Мы отведем вас к остальным, пока будем проверять крепость. Но… кажется все демоны… Не знаю, как это объяснить, но они сорвались и куда-то побежали… — Он вдруг запнулся. — А где господарь? Он… жив?

Наверное, когда-то ей пришлось бы ответить на этот вопрос. Но не сейчас. Она просто не знала, что сказать. И не потому что не успела придумать, или ее слова могли как-то повредить Габору. Нет. Она… боялась, что он не вернется. Все произошедшее в башне казалось дурным сном. Слишком ярким фильмом, который невозможно вот так просто выбросить из головы. Жизнь идет дальше. Вокруг что-то происходит. И, кажется, из-за поворота вот-вот должен выступить Габор. Подойти к ней своей стремительной походкой. Отрывисто отдать приказ. Выслушать всех, нахмурив брови и сжав губы так, что вокруг рта появится жесткая складка.

Но ничего это не происходит, и снова хочется плакать. Все от нее чего-то ждут, и, наверное, пора становиться госпожой.

Габор сказал, что вернется. И Морозный Дед согласился исполнить ее желание.

Он обязательно придет. Обязательно. Нужно лишь продержаться три дня. Она ждала его всю жизнь. А тут всего три дня.

Олеся задрала повыше подбородок и распрямила плечи:

— Конечно, он жив! — Она больше пыталась убедить себя, чем их. Заставить разум поверить. — Он сказал… что вернется. К празднику. Кажется, отправился преследовать демонов…

Высокий воин облегченно выдохнул.

— Идемте с нами. Придется посидеть в тайном укрытии, пока мы все проверим.

Олеся кивнула и потянула за собой Генриетту. Та восторженно хлопала ресницами, не скрываясь разглядывая стражника.

— А как вас звать? — Она с непосредственностью ребенка погладила металлический наплечник с гравировкой в виде дракона.

Он бросил растерянный взгляд на принцессу, а потом на Олесю.

Олеся пожала плечами и улыбнулась:

— Ее высочество сильно ударилась головой и, похоже… теперь ничего не помнит.

Стражник понимающе кивнул и поклонился:

— Вазул, Ваше Высочество.

— Какое красивое имя…

Принцесса мечтательно улыбнулась и покраснела. Снова вцепилась в Олесю, смущенно отводя взгляд от уставившегося на нее воина.