Куплю тебя за миллион - Айрин Лакс

Ухаживания… Что это вообще такое?!

Шанс уломать ту, которая не даёт?! Мне даст и без ухаживаний!

Пока я прокручиваю в голове мысли, от каждой из которой то кипяток, то яд по венам разносится, Марианна делает какие-то свои выводы и заявляет решительно.

— Вопрос об ухаживаниях отпал за ненадобностью. Значит, тебе нужно только лишить меня невинности. Что ж… Я готова!

Марианна быстро снимает с себя шёлковую пижаму, швыряет в меня свои трусики.

Шмякнувшись по лицу, ткань трусиков передаёт мне сладковатый-нежный аромат её кожи. Проблема тем временем ложится на кровать.

Марианна сгибает ноги в коленях и раздвигает их.

Только у импотента бы при виде этих длинных раздвинутых ног не встал! У меня член вообще торчит концом в небо.

Потом… моя проблема, тянущая на миллион, крепко зажмуривает глаза и говорит дрожащим голосом.

— Приступай!

Приступай.

Вот так взял и залез сверху, трахнул. Чего сложного? Ничег. Тем более, агрегат трусы рвёт на части адским стояком.

Марианна, конечно, в очередной раз выбрасывает свои фокусы. Я уже должен был к ним привыкнуть. Но оказывается, не привык. Переоценил свою стойкость перед этой девчонкой.

И хочется взять, и в то же время меня нечто держит. Крючок не спущен до конца, и я усердно отметаю в сторону мысль, что мне самому хотелось бы Марианну взять иначе — чтобы текла и умоляла, стонала и металась…

— Это что за цирк, мелкая?

— Я для тебя ноги раздвинула. Как ты того и хотел! Бери скорее то, ради чего ты меня купил.

— Допустим, трахну, — медленно расстёгиваю пуговицы на рубашке.

Наблюдаю за реакцией Марианны. Она так и лежит с крепко зажмуренными глазами и хоть ноги раздвинула, но лежит зажатая, донельзя, как деревянная.

— Отымею тебя, — обещаю грязно.

Марианна сжимается ещё больше.

— Выебу, — обещаю совсем севшим голосом.

Марианна перестаёт дышать, крепко сгребает пальцами простынь в кулачок.

— Не тяни резину! — шмыгает носом.

Реветь собирается, что ли?!

— Резинку я как раз и натяну. На член. Мне, знаешь ли, не нужны проблемы в виде отпрысков… Трахну тебя.

Пуговицы расстёгнуты.

Дальше что? Запонки же имеются. Я медлю. Не приступаю к главному.

— Да уж поскорее! — говорит с обидой. — А потом я…

— Потом ты «что»? — хватаюсь за соломинку.

Жду ответа. Но Марианна молчит.

— Я тебе вопрос задал. Отвечай!

— Ты получишь мою девственность, и я отсюда уйду. Забуду этот мерзкий гадюшник и тебя — заодно!

— Как ты уйдёшь, интересно?! С голым задом? До первой встречной машины на трассе? — голос набирает обороты. Ещё немного, и буду кричать. — Как ты потом жить собираешься?! У тебя нет ничего! Ни дома, ни копейки денег. Ни даже документов. Или ты об этом забыла?!

— Голой я не уйду. В этом доме есть добрые люди. Но ты и твой папаша не из их числа. А что я буду делать дальше, тебя не касается! Поэтому делай своё грязное дело! Да побыстрее! — требует Марианна.

— Предлагаешь целку прямо сейчас сорвать?

— Немедленно!

Как же она бесит меня. Валит пар из ушей от бешенства, но в трусах член столбом стоит!

— А ты хоть поняла, что я тебе в борделе говорил?! Я все твои дырки хочу! — говорю как можно грубее. — И в рот, и в задницу.

От моих слов Марианна дёргается как от удара током. Я начинаю задыхаться.

От бешенства. От возбуждения. От злости. От тревоги.

Ведь от неё всего можно ожидать!

Абсолютно.

Может таких глупостей натворить, что даже у меня не хватит ресурсов предотвратить катастрофу…

Отчего же меня трясёт сильнее. Адский стояк в трусах! Кровь приливает бешеным потоком.

— Ну?! Так что ты решила? Прямо сейчас мне свою девственность подаришь? Всюду! Надеюсь, Лёня тебя в рот не ебал? — говорю с ядовитой злостью.

По венам кипяток струится и вены на висках едва не лопаются от учащённого сердцебиения. Стоит только упомянуть имя этого гондона, как возникает желание убивать.

— Только ты и такие как ты… е… е… — Марианна краснеет, спотыкается об мат. — В общем, это примитивное сношение только для таких бесчувственных чурбанов, как ты! Все остальные занимаются любовью!

— Покажи мне мужика, которому захочется страдать этой хернёй, а не тупо потрахаться. Результат всегда один!

— Так приступай скорее, чего ты языком треплешь! Результат же всегда один! — повышает на меня голос.

Малявка!

Бесит. Что за гонор…

Нормального разговора у нас никогда не получится.

Меня до сих пор полощет едкой горечью из-за этого пидара Лёни. Из-за непослушания Марианны, её упрямства и глупости.

Как можно было вляпаться так глубоко, по самые маленькие ушки, и утащить следом меня?!

На дно.

На самое днище, блять!

— Жду! — подстёгивает. — Или твой половой орган ушёл на досрочную пенсию?!

— Ты сама напросилась. Дам тебе то, что с таким пылом требуешь!

Вытрахаю всюду и выкину, как помойную кошку.

Это будет самый дорогой секс в моей жизни!

Яростно дёргаю пряжку ремня, который словно нарочно не хочет вылезать из креплений.

— Надеюсь, меня не стошнит от омерзения! — говорит Марианна едва слышно, прикусив губу. — Как едва не стошнило от облапываний Дениса…

Пальцы замирают без движения. Марианна говорила очень тихо, явно не для моих ушей. Но я услышал.

— Что?! Повтори!

Марианна открывает глаза и смотрит на меня в упор, крепко губы сжимает, чтобы не болтать. Ха… У неё смолчать никогда не получится. И точно, через секунду выдаёт:

— То! — яростно бросает на меня взгляд. — Будто не знаешь, что творится под твоим носом! Охраннику дали полный карт-бланш на воспитательные меры! Он мог делать со мной всё, что угодно, и остаться безнаказанным. Потому что твой папаша разрешил ему измываться и грозить изнасилованием. Или не только грозить?! Чтобы вы, миллиардеры, спящие в золотых или чёрт знает ещё каких цветов спальнях, лопнули от своей безнаказанности!

Мой отец никогда не бросает пустые угрозы.

Зная его крутой, дурной нрав, я понял, что угрозы реальны. Понял и ради сохранности Марианны, согласился на условия отца. Он поклялся, что девчонку не тронут…

Неужели соврал?!

— Меня не было. Целый день. Пришлось уехать. Кто, как и где тебя трогал?! Скажи?!