Сорок истин - Ана Ховская

Кирилл растянул самодовольную улыбку и отвернулся.

— Шантажист чертов! — прошипела она ему в спину.

Тот лишь оглянулся на ходу и лукаво подмигнул.

***

«А вот хренушки, устрою я тебе сегодня спокойный обед, и вечером не поздоровится! Не любишь, когда тебе мозги выносят? Так я тебе это устрою! Заигрался, мальчишка!»— мстительно подумала Ульяна, садясь за рабочее место.

И снова на глаза попались ирисы. Ульяна прищурилась и вытянула голову в сторону Велиной: «А может, у тебя и появится соперник!»

Вскоре и время обеда подошло. На телефон пришло уведомление от ватсап.

«Обед отменяется. Срочная встреча», — прочитала Ульяна от тирана, и едва не подпрыгнула в кресле от радости. Однако следом пришло второе сообщение: «И не надейся: ужин в силе!» Она так и растеклась по столу от досады: «Неужели я так предсказуема? Ну все, пора назначать свидание!»

Ульяна быстро внесла телефон Геннадия в контакты и сразу увидела его фото на аватарке. Мужчина лет тридцати пяти не обладал выдающейся внешностью. Простое лицо, бесхитростный взгляд. Фигуры не разглядеть — фото до плеч, как в паспорте. Она сразу почувствовала, что этот точно не соперник Барховскому, но по крайней мере не хам.

«Да и какая разница, я собираюсь просто отвлечься, а не в женихи его рассматриваю», — фыркнула Ульяна и вышла в коридор, чтобы сделать звонок.

Встреча была назначена на среду. Геннадий собирался встретить ее после работы.

***

Вечером Ульяна вышла из офиса и снова увидела Влада.

— Прошу вас, Ульяна Олеговна, — любезно пригласил в салон автомобиля тот.

Ульяна покосилась на темные стекла заднего сиденья и спросила:

— А Кирилл Александрович внутри?

— Нет.

— Он не приедет? — со смесью надежды и огорчения спросила она, а поймав себя на этих двойственных ощущениях, разочарованно прикусила щеку изнутри.

— Шеф не докладывает о своих планах. Садитесь, а то пробки…

— Влад, я поеду на метро. Так и быстрее будет, — кутаясь в шарф, ответила Ульяна.

— Мне велено вас доставить в целости и сохранности, — отказался тот, переминаясь на месте.

— Так езжайте по своим делам, отдыхайте. А то Барховский эксплуатирует вас по полной программе…

Влад вдруг подступил ближе и настойчиво проговорил:

— Ульяна Олеговна, садитесь в машину без лишних умозаключений.

«Вот это да, прямо цепной пес, — с сарказмом усмехнулась Ульяна. — Ладно уж, а то его уволят еще… Интересно, а послезавтра он тоже будет меня ждать? А как же мое свидание?»

***

Ульяна вошла в квартиру, бросила в угол пакет с ботинками, которые ей передал Влад, и прислонилась спиной к двери. Так и простояла, наверное, полчаса в размышлениях о том, что происходит в ее жизни. Вроде бы все налаживалось, так, как она и хотела: отличная работа, много высокооплачиваемых заказов, никакой арендной платы, но сдобрено это было нехорошим предчувствием попадания в кабалу. И тут Ульяна не могла трезво оценить, что больше выводило ее из себя: усиливающаяся тяга к Барховскому, потребность быть желанной таким мужчиной или неспособность отказать себе в физическом удовольствии с ним.

Она осознавала только одну истину: виноват всегда тот, кто страдает. Он допускает в свою жизнь обиды, злость, ненависть. Он позволяет себя обижать, а потом ищет виноватых, чтобы хоть как-то оправдать свою слабость. И всегда помня об этом, Ульяна не позволяла с собой такому происходить. Только она сбилась с курса, в какой-то момент позволив Барховскому забраться в душу, прорости там сорняком, высасывающим весь здравый смысл, и посеять тоску и чувство собственной неполноценности. А без него так было спокойно…

***

На часах было 20:59, когда в дверь тихо постучали.

Ульяна смотрела очередную серию «Мести». Сначала ей показалось, что послышалось, но стук повторился.

Она прошла к двери и взглянула в глазок. Это был Барховский. Терпеливо выдохнув и размяв плечи, будто готовясь к атаке, Ульяна собралась с силами и открыла дверь.

Барховский стоял напротив, опираясь одним плечом на косяк, и спокойно смотрел на нее. Он выглядел уставшим, от него не сквозило несокрушимым обаянием, безграничной самоуверенностью. Не хмурился, лицо его было расслабленным, будто перестал играть в великого тирана или лихого охотника, и просто был мужчиной, который искал укромного уголка, чтобы отдохнуть от суеты жизни.

Больше всего Ульяну поразил взгляд: без привычной жесткости или обжигающего нахальства — открытый, усталый, мягко скользящий по ее лицу. Она невольно опустила плечи.

— Не ждала? — тихо спросил Барховский.

— Нет, — так же тихо ответила она и растерянно моргнула.

Все мысли о том, чтобы устроить мужчине разнос, выветрились. Он протянул небольшой пакет с маркой «Ю-Мэ» и сделал шаг к ней.

Ульяна приняла пакет, отступила и позволила ему свободно пройти. Он снял пальто, туфли, мягко взял пакет из ее рук и тепло улыбнулся:

— Пойдем уплетать суши? Я ужасно голодный.

От такой улыбки и голоса у нее сжалось сердце, и чтобы скрыть смятение, она быстро прошла к кухонному островку.

— Я накрою…

Кирилл поставил пакет на высокий стул, а сам ушел в ванную. Сполоснув руки и умыв лицо, он некоторое время просто стоял у раковины и смотрел, как течет вода.

День выдался непростым, но сейчас, как глоток свежего воздуха, он чувствовал себя в нужном месте, где ему не вынесут мозг. По крайней мере, не за то, что он паршиво воспитал дочь и та не хочет видеть собственную мать, или что оказался эгоистичным сукиным сыном, когда разгромил бизнес нынешнего мужа матери Беллы. Ничего личного — просто бизнес.

Малышев сработал так, как и ожидал от него Кирилл: помог Полонину выиграть дело против ООО «Лабиус». И вчера Тверской районный суд вынес постановление о лишении фирмы лицензии на производство химических реагентов для лабораторных исследований, умышленно изготовляемых из некачественного сырья и с нарушением условий его хранения. Миллионные контракты окажутся неисполненными. Неустойки разорят владельца. А им был сын чиновника среднего звена и, по слухам, очень мстительного. Отец не простит адвокатам «А-БИС» позора любимого чада и использует все свои рычаги, чтобы утопить Игоря Зоза, который лично контролировал это дело.

Кирилл уже принял сожаления того самого чиновника, что тот, желая сэкономить, направил сына к конкурентам «ЮрТезис», и выразил свои, что не убедил его остаться.

Но Полонин проиграл бы, если бы не документы, раздобытые Кириллом и подсунутые Малышеву, свидетельствующие о заведомо известном руководству ООО «Лабиус» нарушении технологии производства. Да, он прибег к грязным методам, но волновой эффект от развала защиты Зоза подавил малейшие угрызения совести из-за своей нечистоплотности.