Хвостатая для мажора - Анна Нест

Я была настоящим наказанием для своего названного отца, за что много раз получала ремня. Да и мать никогда меня не баловала лаской и вниманием... Ей не требовалась любовь дочери, только лишние руки в хозяйстве. Но я ее понимала. Отчасти. Как бы там ни было, я все равно благодарила мать за то, что она приютила меня – осиротевшую светленькую девочку в белой льняной сорочке, прикрывающей длинный хвост.

Теперь девочка выросла и не хотела прятать свою сущность под длинными юбками... И это очень не нравилось моему отчиму. Он отводил меня в сарай после каждой выходки и учил ремнем слушаться родителей. Но он тоже меня любил. По-своему… Я это видела. Не любил бы – давно бы выгнал из деревни. Ведь это из-за меня соседи распускали сплетни, не давая ему проходу: «Хех, твоя Мариночка с быком нашим гуляла, что дочка у тебя хвостатая?..»

Пересуды меня не печалили, наоборот – радовали. Ведь каждый, кто смеялся над хвостиком странной девы, не оставался безнаказанным. Странной, «распущенной» – слава обо мне шла такая, так как деревенские парни, увидев меня на речке или в лесу, где я пасла наших коров, навечно теряли покой. Да вот только деревенские мне не нравились – все они были грубыми, неумытыми и осыпали меня сальными шуточками. А я мечтала об образованном и любящем городском мужчине, который позовет меня замуж, а затем увезет с собой. Тогда мы сможем обвенчаться – и после этого я потеряю хвост и стану любящей женой и матерью его детей.

Я впервые увидел Артура, когда в очередной раз пришла в короткой юбке из лесного сарая, где отчим учил меня ремешком, и с беспечной улыбкой потирала саднящую попку. Встреча при таких обстоятельствах была весьма символичной... Но я не могла знать об этом заранее.

Артур подъехал к нашему дому на спортивном автомобиле. Он здорово привлек внимание местных жителей, в том числе и моих родителей. Когда родители вышли и с любопытством посмотрели на красивого брюнета в темных джинсах и белой майке, такого же спортивного, как и его автомобиль, Артур представился отчиму, рассказав ему, что недавно купил ферму, примыкающую к нашей, ну и просто желает познакомиться со своими соседями.

Он совсем не походил на людей, к которым я привыкла… Артур был красив и приветлив. Он выглядел дорого, стильно и имел особенный запах. Артуру было тридцать шесть. Он хорошо одевался, а его машина вывела даже мою маму из ее обычной нерешительности. Она охотно говорила, улыбалась и поддержала приглашение отца остаться на обед, возникший на столе сразу после нашего возвращения из пыльного сарайчика.

– Это наша дочь, Эрика, – сказал отчим, указывая на меня.

Я не знала, как быть – сделать реверанс или протянуть Артуру руку в знак приветствия. И в замешательстве попыталась сделать и то, и другое одновременно. Мне было восемнадцать – сложный возраст, когда дева борется с «подростковыми» манерами, чтобы стать взрослой женщиной. Я честно пыталась сказать что-то милое, но выходило бессвязно – и я краснела.

Мой румянец заставил Артура с интересом улыбнуться. Мать не увидела этого и попыталась меня оправдать, понимая, что косноязычной дочкой особо не похвастаешься.

– Извините мою дочь, – сказала мама. – Мой муж только привел Эрику из старого сарая, где он наказывал ее за непотребный внешний вид. И я думаю, она все еще не отошла от взбучки. Вы же понимаете, что девушкам нельзя давать спуску в таком возрасте. Наш ремешок и дня не висит без дела.