Клуб разбитых сердец - Катрин Корр

2013 год

Сквозь слезы я наблюдаю за тем, как наша экономка Глафира поспешно, но как всегда с особой аккуратностью, складывает все мои вещи в чемоданы разных размеров. Она бормочет что-то себе под нос и не смотрит на меня, словно даже один взгляд способен нанести ей непоправимый вред. Или лишить долгожданной премии. Полки в шкафу уже пусты, а на полу разбросаны коробки, в которых я храню свою обувь. Мои туфли, сапоги, сандалии – всё бездушно и неряшливо сброшено в самый большой чемодан и это, пожалуй, единственное, о чем педантичная Глафира не позаботилась.

– Аврора, переодевайтесь. За вами вот-вот приедет водитель.

– Это какая-то ошибка… – шепчу я сквозь слезы. – Пожалуйста, поверьте мне. Хоть кто-нибудь…

– Это не мое дело.

– Но как же?! Вы знаете меня с рождения! Вы работаете в нашем доме уже семнадцать лет!

– Вот именно, Аврора, – наконец, поворачивает она ко мне голову. – И все эти годы я работаю на вашего отца. Мне не нужно думать. Велено собрать все ваши вещи – и я это безоговорочно делаю.

– Но ведь вы не такая бесчувственная, какой пытаетесь всё время казаться… Пожалуйста, поговорите с ним.

– По этому поводу мне нечего сказать вашему отцу.

– Как же нечего?! Вы ведь видели, как всё было…

– Я не понимаю, о чем вы, Аврора. Пожалуйста, поторопитесь.

– Всё вы прекрасно понимаете! Пожалуйста! – молю я, едва сдерживая рыдания. Режущая боль обжигает мою грудь. – Вы же помогли мне прийти в себя… Вы же знаете, что я никогда не позволила бы себе… Боже! Если бы не вы, я бы умерла тогда!

– Не преувеличивайте. И хватит, Аврора! – твердым голосом перебивает она. – Даже, если бы мне было, что сказать вашему отцу, я не думаю, что Павел Сергеевич стал бы слушать меня.

Стон отчаяния вырывается из моего горла. Как бы сильно мне не хотелось верить в чудо, которое в моем случае сконцентрировано на разговоре двух взрослых людей, боюсь, что Глафира всё же права. Даже, если она вступится за меня, ничего не изменится. Мне ли не знать.

– Посмотрите, что он делает со мной? – с трудом говорю я, опустив голову на свои ладони. – Вы ведь всю мою жизнь видели… С самого моего рождения я для него – как собаке пятая нога. Пусть так, ладно… Я уже свыклась наверное с этим, но гнать меня из дома за то, что я рассказала ему правду… Я ведь не солгала и вы это знаете. Мое сердце давно разбито, а грязный поступок человека, в которого я позволила себе по глупости влюбиться, уничтожил даже самую слабую надежду на то, что когда-нибудь эти кусочки вновь соберутся в единое целое. Прошу вас, пожалуйста, скажите ему, что я не такая, какой меня… – Всхлипываю. – Он совершенно не знает, какая я… Куда мне идти? Что мне теперь делать?

– Аврора, Павел Сергеевич не оставит вас без средств к существованию. Он же ваш отец, – бесчувственным голосом говорит Глафира и застегивает молнию на первом собранном до конца чемодане. Я на нее не обижаюсь. Она всегда была слишком холодной и отстраненной. Но только не в ту злосчастную ночь. – Не нужно так драматизировать. Этот скандал может негативно сказаться на его карьере, вы же не глупая девушка и понимаете это. Требуется время, чтобы всё улеглось.

– Но я… Я ведь его дочь! Он не верит мне, он верит всем, кроме меня! А он должен защищать меня! Должен!

– Не преувеличивайте, – как будто и не слышит она мои слова. – Даже, находясь от него за несколько тысяч километров, вы будете жить в шоколаде и ни в чем себе не отказывать. В вашей жизни ничего не изменится, разве что геолокация.

– Я не о деньгах говорю.

– Раз так, то следует думать именно о них, учитывая, что вам, Аврора, всего семнадцать лет.

– Мне просто нужно, чтобы он поверил мне…

– Через три месяца вы окончите школу и будете поступать в университет, – не слыша меня, продолжает Глафира. – Там и совершеннолетие. Уверена, ваш отец возьмет на себя все расходы, связанные с учебой и проживанием в другом городе.

– Как он мог не поверить мне…

– Всё у вас будет хорошо, Аврора. Только не зацикливайтесь на этой ситуации. Скандал обязательно забудется. Ведь всё плохое, рано или поздно, исчезает из памяти.