Галя будет в понедельник - Иван Андреев

ВИТЯ. Конечно, я тебя понимаю! Угасший костер любви, нужно разжигать с уголька…

ВИТЯ

Капец у них больные отношения. Но так-то пофиг, мне бы в душ уже и спать…

МАША. Блаблабла, любовь моя, блабла, муж мой не педик, блаблабла, любовь, люблю, любила, все мы в любви, любовью займемся…

ВИТЯ. Короче, всё же понятно, Машка, забей, всё разрулится. Давай спать ложись…

Короче, кое-как её уложил. Где сам-то спать буду? весь диван в бабах… Плевать, я в душ. Стою под струями воды, залипаю. Думаю, только бы успеть прибраться до Галиного возвращения. А там будь что будет. Нужно попробовать уснуть. Черт возьми… как же мы накосячили так… я ведь просто хотел заценить «Мстителей» под сосисочки, передернуть на порнушку и тихонько лечь спать. Ну почему всё пошло не так…

СВЕТА

Просыпаюсь я рядом с Витей. Не сразу поняла, что я у него в квартире, на его диване. Он лежит на спине. Тусклый свет из окна совсем слабый, но я всё вижу. Я всё вижу. Голова раскалывается, во рту сушняк и горечь. И кажется… да, на мне нет трусиков. Вот блин! Неужели это, наконец, случилось, а я ничего не помню! Ну как так-то! Проклятье! Может этого больше никогда не повторится, а я ничерта не помню… блиииинский! А вдруг Витя не спит еще? О, я же вижу, что он не спит… Блин, Машка тоже тут. А на кого это у него реакция, на меня или на Машку? Думаю, нельзя терять времени, нужно брать ситуацию в свои руки. В буквальном смысле.

ВИТЯ. Светка… что ты делаешь?

СВЕТА. Ну… Очевидно же.

ВИТЯ. Давай спать, хорошо?

ВИТЯ

Я же всё-таки живой человек. Да, я устал, и стресс, но… блин, пацаны, я лежал между двух полуголых девиц. Ну кто об этом не мечтал? Пусть это Светка и Машка, но в них ведь тоже приятные моменты есть. Светка голой попой прям вплотную ко мне прикасалась. А Машка видать мужа во сне увидала, руку мне на грудь положила, сиськами ко мне прижалась… я-то может и железный, но не весь. Ну, в смысле, там-то как раз сейчас железо. Природу ведь не удержать. Я лежал, потел, не знал, как заснуть, как усмирить его. Надо, думаю, в ванную сходить, затвор передёрнуть и спать спокойно. Но так не хотелось вставать… грешен, пацаны, не хотел уходить. Когда я еще полежу между двух голых девчуль. Но изменять я не собирался, ясен пень. Поэтому Светка меня прям испугала, когда повернулась ко мне и схватила рукой мой член.

ВИТЯ. Светка, блин, ты чо творишь?

СВЕТКА. Да я с децл…

ВИТЯ. Света, ты же мне как брат! Я тебя уважаю и всё такое, но давай не будем нарушать… ну, типа, интимную дистанцию.

Короче, это было капец как тяжело. Тяжело было сказать ей, чтобы она меня не трогала. Но нельзя так. Я Галчонка люблю. Будете смеяться, но не могу я так. Только Галчонок — родная моя женщина. Нельзя её предавать, не прощу себе никогда. Обманывать её не смогу. Сам всё сказал бы, во всём признался бы. И всё, разрушилась бы жизнь моя. И себе, и ей бы сделал больно. А чего ради? Три минутки бы покорчились, пообжимались бы и всё. И конец прежней жизни. Не стоит оно того. Тяжело честному человеку жить. Изменить даже не могу. А в итоге вон что: не изменял, а жизнь рушится.

МАША

Я сестру свою знаю. Если Галя вот так молчит, значит, её вообще не интересует, что ей говорят. Она просто не слышит. Мы в три горла что-то объясняем, пытаемся убедить её в том, что всё было не так, но она… не то, чтобы не верит, ей…

ГАЛЯ. Мне всё равно, Витя. Бомжи, голые бабы, беспорядок… Всё это, увы, для нас с тобой уже не имеет никакого значения. Хотя, когда я увидела вас вместе на диване, вздохнула с облегчением. Я подумала, что уйти будет легко. Когда сегодня утром я проснулась в чужой постели, понимала, что мне очень тяжело будет сказать тебе всю правду. Но я твёрдо решила, что хочу теперь всегда просыпаться в той постели и чувствовать, что она не чужая. И я там не чужая. И тот мужчина уже не чужой.

МАША. Ой… так не было никаких командировок?

ГАЛЯ. Сегодня я провела ночь у него. Мы поговорили с ним. И я поняла, что жестоко продолжать обманывать тебя, Витя. И себя мучить я больше не хочу. Нет смысла тянуть время. Нас с тобой, Витя, кроме времени, оказывается, ничего больше и не связывает. Мы привыкли друг к другу, вот и всё. Но нужно двигаться дальше, чтобы жизнь не казалась такой тягостной. Мы ведь не обязаны ничем друг другу. Понимаешь, Витя… я не твоя мама. Я сама хочу заботы, понимаешь? А что любовь… была и любовь, да сплыла. Я его люблю. Давно уже люблю. Прости, что обманывала тебя. Больше не буду. Витя… я на понедельник газельку заказала. Приеду за своими вещами. Мне он поможет. Я хочу, чтобы ты встретил его спокойно. Я хочу, чтобы мы сохранили с тобой добрые отношения. Сделай это для меня, пожалуйста. Я ведь не многого прошу. А на счёт развода… тоже бы лучше не тянуть. Скажешь что-нибудь?

МАША. Галька…

СВЕТА. Витька…

Я думала, что мы поговорим с тобой наедине, а не вот так вот… но что поделаешь, ты неисправим — за ночь квартиру в притон превратил. Но мне всё равно уже. Не нужно больше выдумывать ничего. Мне, Витя, всё равно. Светик… позаботься о нём. Жаль будет, если он галстуком себя задушит или вилкой в глаз попадёт. До понедельника, Витя.

СВЕТА

Витя молчит. Он будто сразу всё понял. И взгляд его состарился. Такими глазами «Мстителей» не смотрят. Ох, только бы не погиб в нём подросток, которого я так люблю.

СВЕТА. Витя… хочешь, я побуду с тобой? Или мне лучше уйти? Ты только намекни, не говори…

МАША. Ну, ребята… я пойду. На работу пора. Если мой зайдёт, Вить, ты ему объясни всё… хотя… наверное, он уже простил меня. Извини, если что.