В ожидании Годо - Сэмюэл Беккет

П. – Знаете ли вы, кто меня всему этому научил? (Пауза. Тыча пальцем в сторону Лакки.) Он!

В. – (смотря в небо) Когда же наступит ночь?

П. – Без него мои чувства и мысли касались бы только низменных вещей, касающихся моей профессии… впрочем, неважно. Красота, милосердие, высшая истина – все это было мне недоступно. И тогда я взял себе Кнука.

В. – (невольно, оторвавшись от созерцания неба.) Кнука?

П. – Вот уже скоро шестьдесят лет, как это длится… (мысленно считает)…да, скоро шестьдесят. (Гордо выпрямляясь) Мне столько не дашь, не правда ли? (Владимир смотрит на Лакки.) Я рядом с ним совсем молодой человек, а? (Пауза. Лакки.) Шляпу! (Лакки ставит на землю корзину, снимает шляпу. Густые седые волосы обрамляют его лицо. Он берет шляпу подмышку и поднимает корзину.) А сейчас, смотрите. (Поццо снимает свою шляпу[2]. Он совершенно лысый. Надевает шляпу.) Видели?

В. – Что такое Кнук?

П. – Вы не здешние. В каком веке вы живёте? Раньше люди держали шутов, теперь кнуков. Те, кто может себе это позволить.

В. – И вы его теперь выгоняете? Такого старого, такого верного слугу?

Э. – Дерьмо!

Поццо становиться всё более и более нервным.

В. – После того, как вы высосали из него всю суть, вы бросаете его, как… (ищет слово)…как банановую корку. Признайтесь, что…

П. – (Стонет, пряча голову в ладони.) Я не могу больше… больше выносить… что он делает… не понимаете… ужасно… он должен уйти… (вздевает руки к небу)… я схожу с ума… (обессилено роняет голову на руки) Я больше так не могу… не могу…

Молчание. Все смотрят на Поццо. Лакки подрагивает.

В. – Он больше не может.

Э. – Это ужасно.

В. – Он сходит с ума.

Э. – Омерзительно.

В. – (Лакки.) Как вы осмелились? Как не стыдно! Такого хорошего хозяина! Так заставлять страдать! После стольких лет! Как же так!

П. – (всхлипывая) Раньше… он был хороший… помогал мне… развлекал меня… делал мне лучше… теперь… он меня убивает…

Э. – (Владимиру.) Он хочет его заменить?

В. – Как?

Э. – Я не понял, но что, хочет его заменить или он больше никого не хочет рядом?

В. – Не думаю.

Э. – Как?

В. – Не знаю.

Э. – Надо спросить.

П. – (спокойно) Господа, не знаю, что со мной сталось. Прошу у вас извинений. Забудьте все. (Постепенно овладевает собой.) Не помню точно, что я говорил, но можете быть уверены, что в этом не было ни капли правды. (Выпрямляется, бьет себя в грудь.) Разве у меня вид страдающего человека? Ну же! (Роется в карманах.) Куда я девал свою трубку?

В. – Очаровательный вечер.

Э. – Незабываемый.

В. – И он ещё не окончен.

Э. – Вроде бы нет.

В. – Он только начинается.

Э. – Ужасно.

В. – Как в кино.

Э. – В цирке.

В. – В мюзик-холле.

Э. – В цирке.

П. – Куда же я засунул свою трубку!

Э. – Смешной! Потерял свою пыхтелку! (Громко смеется.)

В. – Я сейчас. (Направляется к кулисе.)

Э. – По коридору, налево.

В. – Займи за мной место. (Выходит.)

П. – Я потерял свой чубук!

Э. – (надрываясь от хохота) Умру со смеху!

П. – (поднимая голову) Вы случайно не видели… (Замечает отсутствие Владимира. Разочарованно.) О! Он ушёл!.. Не попрощавшись! Так не принято! Вы должны были его остановить!

Э. – Он сам остановился.

П. – О! (Пауза.) Тогда ладно.

Э. – (вставая) Идите сюда.

П. – Зачем это?

Э. – Сейчас увидите.

П. – Вы хотите, чтобы я встал?

Э. – Сюда… сюда… быстрее.

Поццо поднимается и идет к Эстрагону.

Э. – Смотрите!

П. – Ну и ну!

Э. – Кончено.

Владимир возвращается, мрачный. Толкает Лакки, опрокидывает ударом ноги стул, ходит нервно взад и вперед.

П. – Он недоволен?

Э. – (Владимиру.) Ты пропустил нечто замечательное. Жаль.

Владимир останавливается, поднимает стул, снова начинает своё хождение, но уже более спокойно.

П. – Он успокаивается. (Смотрит вокруг.) Впрочем, все успокаивается, я чувствую. Нисходят тишина и спокойствие. (Поднимает руку) Пан спит.

В. – (останавливаясь) Когда же наконец стемнеет?

Все трое смотрят на небо.

П. – Вы не хотите уйти раньше?

Э. – Дело в том, что… Сами понимаете…

П. – Всё нормально, всё нормально. Если бы у меня была назначена встреча с этим Года… Годе… Годо… ну, вы знаете о ком я, я бы ждал до поздней ночи, прежде чем уйти. (Смотрит на стул.) Мне бы очень хотелось снова сесть, только не знаю, как.

Э. – Я могу вам помочь?

П. – Может, если вы меня попросите…

Э. – Что?

П. – Если вы меня попросите сесть.

Э. – Это вам поможет?

П. – Кажется, да.

Э. – Давайте. Садитесь пожалуйста, сударь.

П. – Нет-нет, не стоит. (Пауза. Тихо.) Понастойчивей.

Э. – Да ну же, зачем вам стоять, вы можете простудиться.

П. – Вы так думаете?

Э. – Абсолютно точно.

П. – Пожалуй, вы правы. (Садится.) Спасибо, дорогой. Ну вот я опять сижу. (Эстрагон садится. Поццо смотрит на часы.) Но мне пора идти, если я не хочу опоздать.