Улыбка судьбы. Медсестра - Евгений Латий

Они встретились тепло, как старые друзья. На стене за спиной Дюкло висел портрет создателя Мегрэ Жоржа Сименона. Писатель, видимо, был снят

незадолго перед смертью и смотрел на ускользающий уже от него мир с доброй, но грустной улыбкой.

Молодая секретарша, вежливая и сияющая,принесла кофе, печенье и по рюмочке коньяка.

— Ну давай выкладывай, что за надобность привела тебя ко мне? — сразу же перешел к делу Люсьен.

Он выглядел моложаво, и сорока пяти ему Виктор бы не дал. Легкая седина на висках, уверенный взгляд, блуждающая улыбка на губах. Дюкло держал себя в форме, любил велосипед, гоняя на нем по сотне километров в неделю. Он излучал обаяние и оптимизм, которые наверняка подкупали клиентов, приходивших к нему со своими бедами.

Рене вкратце пересказал суть своей просьбы.

— Стоп! — вдруг вспомнил шеф сыскного бюро. — Ведь эта Алин твоя соседка?!

Виктор кивнул. Дюкло читал об этой истории в газетах.

— А она хорошенькая! — разглядывая ее фотографию в газете, заметил Дюкло.

— Тут ты прав.

— Уверен, что ты знаешь и того, кто ее похитил.

— Филипп Лакомб, сын покойного хозяина «Гранд этуаль». Нет никаких сомнений. Это он состряпал клевету в лионской «Суаре». Симоне его опознал, Филипп приезжал с Вадимом Барановым, собкором из Москвы.

— Знаю такого. Коли у тебя все козыри на руках, зачем мы тебе? — удивился Дюкло.

— У твоих ребят большой опыт по части таких дел, а один я не справлюсь.

Люсьен допил своей коньяк и кофе, помолчал, глядя на друга:

— Обычно мы берем от трех до пяти тысяч долларов за такую работу, в зависимости от сроков и трудности задач. Часть их ты уже исполнил. По счастливой случайности несколько дней ,назад мы передали одному нашему клиенту досье на Филиппа Лакомба, таков был заказ, нам заплатили, так что и эта задача решена. Копия этого досье имеется в нашем архиве...

— Кто заказывал? — не удержавшись, перебил его Виктор. — Я понимаю, такие вещи не подлежат разглашению, но тут возможна какая-то связь...

— Не думаю. — Люсьен выдержал паузу. — Заказчица — молодая дама. Насколько я понял, она воспылала ревностью. Дама, видимо, собирается его шантажировать. Там есть чего, опасаться. Одного человека на неделю тебе хватит?

— Пока да.

— Тогда..— Люсьен вытащил из нагрудного кармана калькулятор, быстро помножил несколько цифр и пояснил: — Как старому другу, считаю все без интересов фирмы, учитывая лишь заработок моего сотрудника. Тебе это обойдется в пятьсот долларов, или две тысячи семьсот франков. Ну как, потянешь?

-Да.

— Тогда по рукам! Заплатишь наличными или выпишешь чек?

— Выпишу чек.

Через две минуты они пожали друг-другу руки.

— Кого же тебе дать в напарники?

— А может быть, того парня, кто собирал досье на Лакомба? — предложил Рене. — Он в материале, многое знает!

— Это неплохой вариант! Тогда посиди, я тебя познакомлю!

Он вышел, а Виктор пригубил коньяк, ощутив легкое жжение на языке и благоуханный аромат напитка, Ему повезло. Он предполагал, что придется заплатить как минимум полторы тысячи долларов, и это было бы еще по-божески, а тут почти символическая сумма. Люсьен явно ему потрафил. Все-таки старая дружба не забывается.

Открылась дверь, и в кабинет вошла хрупкая, молодая дама, невысокая, на вид около тридцати, с прической каре — прямые, черные волосы. Она чем-то напоминала Мирей Матье, возможно, скуластым личиком, такими же полными, яркими губами и большими темными глазами. Видимо, потому и прическу носила как знаменитая певица. Сходство портил лишь чуть крупноватый и длинный нос. Строгий костюм, белая блузка и никаких украшений. Даже обручального кольца нет, но, скорее всего, замужем успела побывать.

— Познакомься, Виктор, одна из лучших наших сотрудниц Катрин Ларош, с который ты и будешь работать, — представил ее Дюкло. — Она и готовила досье на Филиппа Лакомба.

— А что, опять работать с этим мерзким типом? —поморщилась она.

— Считаешь, бывают приятные преступники? — усмехнулся Люсьен.

— Да, шеф! Есть отморозки, гнусные злодеи, интеллектуалы, тупые быки, но есть и трогательные экземпляры, натуры артистические, вдохновенные...

— Катрин пять лет проработала в криминальной полиции, — вставил Люсьен.

— И с последними приятней работать, чем с таким выродком, как Лакомб. Он переродился во что-то нечеловеческое.

— Но Виктор прав, ты в материале, а твой Лакомб похитил девушку и в его интересах ее уничтожить, но тут я согласен со своим другом.

— Речь идет о похищении этой русской? — уточнила Катрин.

Виктор кивнул.

Они попрощались с Дюкло и отправились в ближайшее кафе, чтобы обсудить тактику действий.

— Вы знаете, что Филипп Лакомб содержит втайне от властей под видом салона публичный дом? — с ходу выложила ему Ларош, едва они расположились за столиком в кафе и заказали по бокалу пива.

— Скажем так: я догадывался, — кивнул Виктор. — Вы знаете, где он находится?

— Конечно. Но проникнуть туда практически невозможно. Мне дверь вообще не открыли, разговаривал мужчина на ломаном французском, твердил как попугай одну и ту же фразу, что открывать он не имеет права. Я набралась наглости и представилась хозяйкой, знала, кому квартира принадлежит, но и тут он не сплоховал, сказал, чтобы я обращалась к Филиппу Лакомбу. Вот и вся одиссея с попыткой проникнуть внутрь. А все клиенты приезжают только с Лакомбом. Он сам и есть потайной шифр замка. Возит в бордель избранных, а каждый расплачивается на свой лад: кто деньгами, кто протекцией, связями и прочее. Сутенерство лишь небольшая часть его бизнеса и совсем не главная. Но когда надо подписать выгодный контракт, умаслить заказчика, тут и срабатывает его десерт с русскими девушками...

— Откуда вы знаете, что там русские девушки? — заинтересовался Виктор.

— Поняв, что попасть не удастся, я познакомилась с одним из тех, кого Филипп туда возил. — Катрин закурила.

— Может быть, виски? — предложил Виктор, заметив, с какой жадностью она бросила взгляд на посетителя, который нес к угловому столику стакан с темно-коричневым напитком.

— Да, надо согреться! — Ларош зябко повела плечами.

Рене заказал два виски и попросил к ним несколько бутербродов с ветчиной, но Катрин от них категорически отказалась.

— Чтобы не потерять шарм и изящество при моем скромном росте приходится о фигуре заботиться, — кокетливо улыбнувшись, пояснила она. — А виски я люблю!

Она начала рассказывать, как добыла эту информацию, и Виктор заметил, что ей хотелось этим даже похвастаться.