Трагедии - Еврипид

Где я царя найду Тесея, жены?

Скажите мне — он во дворце теперь?

Корифей

Он из дворца сейчас сюда выходит.

Из средней двери показывается Тесей без свиты.

Вестник

Тесей, тебе и гражданам твоим,

И в Аттике, и из Трезена вести

Несу. Они должны вас потрясти.

Тесей

1160 Какие же? Или одно несчастье

Готовится обоим городам?

Вестник

Нет Ипполита больше...

Крик ужаса в хоре.

Хоть и видит

Он солнце, но минуты сочтены.

Тесей

Как умер он? От мести ли супруга,

Чей дом он, как отцовский, осквернил?

Вестник

Его разбили собственные кони, —

Проклятие разбило, что к отцу

Ты обратил, седых морей державцу.

Тесей

О, небо! Да, я точно им рожден,

1170 Внимавшим мне из моря Посидоном.

Но как погиб, скажи мне, этот муж,

Поправший честь и пораженный правдой?

Вестник

Близ берега, где волны набегают

И плещутся морские, лошадей

Мы чистили и плакали — узнали

Мы от людей, что Ипполита, царь,

В изгнанье ты отсюда усылаешь

И здесь уже не жить ему. Пришел

И сам он следом. С нашей песней грустной

Он и свои соединяет слезы.

1180 Без счета их, ровесников, туда

За ним пришло. Тогда, оставив плакать,

Он нам сказал: «Не надо унывать,

Словам отца повиноваться надо.

Живей, рабы, живее запрягайте:

Трезена нет уж боле для меня».

И загорелось дело: приказать

Он не успел — уж лошади готовы.

Тут ловко он вскочил на передок

И с ободка схватил проворно вожжи,

Но кобылиц сдержал и, к небесам

1190 Воздевши руки, стал тогда молиться:

«О Зевс, с клеймом злодея жизни вовсе

Не надо мне. Но дай когда-нибудь,

Останусь я в живых иль не останусь,

Чтобы отец мой понял, как он дурно

Со мною поступил». Стрекало он

Затем приняв, кобыл поочередно

Касается. Мы ж около вожжей

У самой побежали колесницы,

Чтоб проводить его. А путь ему

Лежал, Тесей, на Аргос, той дорогой,

Которая ведет и на Коринф.

Но вот, когда мы выехали в поле

Пустынное, с которого холмы

1200 К Саронскому спускаются заливу,[153]

Какой-то гул подземный, точно гром,

Послышался оттуда отдаленный,

Вселяя страх, и кобылицы вмиг

Насторожились, вытянувши шеи,

А мы вокруг пугливо озирались...

И вот глаза открыли там, где берег

Прибоем волн скалистый убелен,

Огромную волну. Она вздымалась

Горою прямо дивной, постепенно

Застлав от нас Скирона побережье,

И дальний Истм, и даже Эпидавра

1210 От глаз она закрыла скалы. Вот

Еще она раздулась и, сверкая,

Надвинулась и на берег метнулась,

И из нее явилось, на манер

Быка, чудовище. Ущелья следом

Окрестные наполнил дикий рев...

И снова, и ужасней даже будто

Бык заревел. Как выдержать глаза,

Не знаю я, то зрелище сумели?

Мгновенно страх объемлет кобылиц...

Тут опытный возничий, своему

1220 Искусству верный — вожжи намотавши,

Всем корпусом откинулся — гребец

Заносит так весло. Но кобылицы,

Сталь закусив зубами, понесли...

И ни рука возничего, ни дышло

И ни ярмо их бешеных скачков

Остановить уж не могли. Попытку

Последнюю он сделал на песок

Прибрежный их направить. Вдруг у самой

Чудовище явилось колесницы,

1230 И четверня шарахнулась в смятенье

Назад, на скалы. Скачка началась

Безумная. Куда метнутся кони,

Туда и зверь — он больше не ревел,

Лишь надвигался он все ближе, ближе...

Вот наконец отвесная стена...

Прижата колесница. Колесо

Трещит, — и вдребезги... и опрокинут

Царь вместе с колесницей. Это был

Какой-то взрыв. Смешались, закружились

Осей обломки и колес, а царь

Несчастный в узах повлачился тесных

Своих вожжей, — о камни головой

Он бился, и от тела оставались

На остриях камней куски живые.

Тут не своим он голосом кричит:

1240 «Постойте ж вы, постойте, кобылицы!

Не я ли вас у яслей возрастил?

Постойте же и не губите — это

Проклятие отца. О, неужель

Невинному никто и не поможет?»

Отказа бы и не было. Да были

Мы далеко. Уж я не знаю, как

Он путы сбил, но мы едва живого

Его нашли на поле. А от зверя

И кобылиц давно простыл и след.

В ущелиях ли, где ль они исчезли,

Ума не приложу.

Хоть я, конечно,

В твоих чертогах царских только конюх,

1250 Но я бы не поверил никогда

Про сына твоего дурному слову,

Пускай бы, сколько есть на свете жен,

Хоть все повесились и писем выше,

Чем Ида,[154] мне наоставляли гору.

Я знаю только, царь, что Ипполит

Невинен и хороший человек.

Корифей

Увы! Увы! Опять удар, и меткий!

Да, от судьбы, как видно, не уйти.

Тесей

(после некоторого размышления)

Мне пострадавший все же ненавистен,

И сладостны мне были вести мук.

Но я родил его, и узы крови

Священные я помню, потому —

1260 Ни радости, ни горю здесь не место.

Вестник

Но как же быть теперь? Оставить там,

Чтоб из твоей нам, царь, не выйти воли?

Коль смею я советовать, не будь

Ты так жесток, владыка, к мукам сына.

Тесей

Сюда его несите... Заглянуть

В глаза ему хочу и волей бога

И этой карой страшной уличить

Хочу его во лжи и злодеянье.

Вестник уходит налево; Тесей остается на сцене в раздумье.

Хор

О