Трагедии - Еврипид

Но эллины... вернулись ли и как?

Орест

Один вопрос, и тысяча ответов.

Ифигения

Пока ты жив, вестей добыть горю.

Орест

530 Но разделяй свои вопросы, жрица.[409]

Ифигения

Там вещий был Калхант, вернулся он?

Орест

В Микенах слух прошел, что будто умер.

Ифигения

Хвала богам![410] Ну, а Лаэртов сын?

Орест

Все странствует, но жив, судя по слухам.

Ифигения

О, пусть бы век Итаки не видал!

Орест

Нет, не кляни! И так неладно дома...

Ифигения

Фетиды сын еще живет, скажи?

Орест

Нет, для других справлял он брак в Авлиде.

Ифигения

Коварный брак и памятный для жертв...

Орест

540 Но кто же ты? Тебе близка Эллада.

Ифигения

Ребенком я для греков умерла.

Орест

Гречанка ты, и этот жар понятен.

Ифигения

(тихо)

А тот стратег, блаженным наречен...

Орест

Какой? Наш вождь не отличался счастьем.

Ифигения

Атреев сын и царь Агамемнон.

Орест

Такого я не знал... Вообще довольно...

Ифигения

О, не таись! Обрадуй вестью, гость!..

Орест

Погиб... С собой другого увлекая...

Ифигения

Погиб? Но как? О, горе, горе мне!

Орест

550 Ты слезы льешь? Иль был тебе он близок?

Ифигения

Я прежний блеск оплакала его.

Орест

Женою он зарезан... Вот в чем ужас...

Ифигения

Вам слезы, вам: и жертва и палач!

Орест

Но больше уст, жена, я не открою.

Ифигения

Один вопрос... Атридова жена?..

Орест

Схоронена, убитая рожденным...

Ифигения

Семья убийц! Чего же сын хотел?

Орест

За смерть отца он мести добивался.

Ифигения

Увы! Увы!

Был праведен, но и ужасен суд...

Орест

560 И праведный судья богами брошен.

Ифигения

(робко)

Агамемнон имел еще детей...

Орест

Да, в мире он оставил дочь Электру.

Пауза.

Ифигения

А о другой... зарезанной... молчат?

Орест

Что ж говорить? Ведь солнце ей не светит.

Ифигения

О горькие! И жрец и жертва-дочь.

Орест

Из-за кого погибла? Из-за твари.

Ифигения

А сын отца зарезанного жив?

Орест

Да... Он везде и он нигде, несчастный.

Ифигения

Сон, ты солгал... Прости — ты был ничто...

Орест

570 И демоны, которые за мудрость

Прославлены, порою лживей снов.

Смятение царит в небесном мире

И здесь царит... И тяжело глядеть,

Как человек, рассудка не лишенный,

Вещаниям поверит и за то

В глазах людей неослепленных гибнет...

Корифей

Увы! Увы! Родившие меня

Уж умерли или живут — кто скажет?

Ифигения

Послушайте же, гости, знаю речь

Полезную для вас я, — хоть, признаться,

Придумала ее я для себя...

580 Но уж чего же лучше, если дело

Всем по сердцу приходится?

(Оресту.)

Возьмешься ль

Ты, если я спасу тебя, друзьям

Письмо свезти аргосским? Написал

Мне пленник эти строки, сострадая...

Он понимал,[411] что если умирает,

То волею богини, по закону.

Но до сих пор не удавалось мне

590 Спасти посла, с письмом направив в Аргос.[412]

Ты с виду, гость, высокого рожденья...

Ты знаешь край, ты с теми же знаком,

Что я, людьми... Ну, а награда, гость,

Немалая — спасенье за дощечку...

А спутник твой, как требует закон,

Царящий здесь, с тобой расстаться должен

И на алтарь покорной жертвой лечь.

Орест

Твои слова охотно, чужестранка,

Согласием венчаю, но его

(указывая на Пилада)

Оставить вам на жертву чересчур

Мне тяжело бы было.

На триере

Средь моря был я капитан; а он —

600 Он — пассажир, который только делит

Мои труды. И головою друга

За эту жизнь корыстно заплатить

Мне, женщина, не позволяет совесть...[413]

Мы сделаем иначе: ты отдашь

Ему письмо; не беспокойся, в Аргос

Он передаст табличку, и твои

Уладятся дела. А я останусь

Для алтаря... Позорней дела нет,

Как в море бед тонуть, оставив друга,

Спасаться самому. А для меня

Так близок он... И солнце мне не краше...

Ифигения

Твой дух высок... И в жилах у тебя

610 Струится кровь от благородной крови.

Поистине ты друг. Когда б и тот,

Которого судьба мне сохранила,

Таким же был!

И я ведь не одна

Здесь на земле, скитальцы, только брата

Не суждено мне видеть. Как решил

Ты, гость, тому и быть: с моим посланьем

Пошлем его, а ты умрешь, пока

Желание в тебе так живо, эллин...

Орест

Но где же жрец и дерзкий мой палач?

Ифигения

Я — жрица, гость, — я призываю Деву.

Орест

Печален долг и незавиден твой.

Ифигения

620