Теория невероятностей - Виктория Ледерман

Матвей припустил к остановке. Гопники и не думали отставать – они понеслись следом, теперь уже молча, и это пугало больше, чем все их ругательства и угрозы. Матвей слышал позади себя прерывистое дыхание и тяжелый топот. Он спиной ощущал волны злобы, исходившие от преследователей. Страшно было даже представить, что с ним станет, если его догонят.

На остановке не оказалось ни души. От отчаяния Матвей влетел в заднюю дверь отъезжающего автобуса. Через пару секунд в салон заскочили все три гопника. Автобус закрыл двери и тронулся с места.

Матвей протянул кондуктору школьный проездной, который всегда лежал в одном из карманов куртки, взял билет и сел впереди, поближе к водителю. Затем оглянулся украдкой. Гопники развалились на заднем сиденье и громко болтали между собой. Молодая девушка-кондуктор поднялась с места и направилась к ним.

Матвей глубоко вздохнул. Как удачно получилось! Ехать в автобусе все же безопаснее, чем оставаться на безлюдной остановке. Только что-то народу маловато, не больше десяти человек. Матвей взглянул на номер маршрута на стекле и похолодел. Этот автобус шел по Загородному шоссе на окраину, через лес, дачи и пустыри в отдаленный поселок, куда мало кто ездил по вечерам.

Пользуясь тем, что гопники заняты кондуктором, Матвей заглянул в кабину водителя.

– Скажите, вы сегодня обратно поедете?

– Чего? – не понял водитель. – Куда обратно?

– Ну обратно, на эту остановку. Вернетесь?

– Нет, это последний круг. Потом я в парк.

Матвей закусил губу от досады. Что же так не везет-то весь день? А, ну да, Марс в Весах. Неприятности по прогнозу доморощенного астролога тети Вали.

– Послушайте, выпустите меня незаметно, пока мы из города не выехали, – попросил он, понизив голос.

– Чего? – опять удивился водитель, притормаживая на следующей остановке. – В каком смысле «незаметно»?

– Ну, по-быстрому, чтобы никто не увидел.

– Что ты мне голову морочишь? Вот остановка, выходи.

– Я не могу. Меня караулят хулиганы. Они там, сзади. Вы между остановками откройте переднюю дверь, я и выскочу. Чтобы они здесь остались. Ну пожалуйста! Если мы уедем за город…

Матвей вздрогнул, почувствовав на своем плече чужую руку. Хриплый склонился к нему и дружески похлопал по плечу.

– Васятка, братик, ну чего ты как неродной? Идем уже к нам. А ты рули, дядя, рули, не отвлекайся.

Матвей рывком сбросил его руку с плеча:

– Какой я тебе Васятка? Отстань от меня!

Потом снова повернулся к водителю и взмолился:

– Я их не знаю! Они меня преследуют, честное слово. Ножом угрожают!

Грек снова обхватил его за плечи и сказал примирительно:

– Вась, кончай дурить. Не смешно уже. Пойдем к пацанам.

– Помогите! – на весь салон завопил Матвей, вырываясь. Двое пассажиров подняли головы, но вступаться не спешили.

– Вот что, молодежь, – рассердился водитель. – Идите-ка играйтесь в другом месте. Будете шуметь – высажу всех четверых.

– Но я правду говорю! – воскликнул Матвей.

Водитель отвернулся и взялся за руль. Автобус закрыл двери и тронулся с места. Грек широко ухмыльнулся. Матвей растерянно посмотрел на равнодушный затылок водителя, на молодую тоненькую кондукторшу, которая при всем желании не смогла бы ему помочь, и вцепился руками в металлический поручень так, что побелели костяшки пальцев.

– Если не отстанешь, я буду орать, пока не приедет полиция, – сказал он, глядя исподлобья на своего мучителя.

Железные пальцы крепко ухватили его сзади за шею. Грек больно уперся своим лбом в лоб Матвея.

– Да хоть охрипни! Ты еще не понял? Дергайся, не дергайся – тебе хана, малек. Не надо было лезть куда не просят.

Это было сказано таким страшным тоном, что Матвей сразу поверил. По спине поползли мурашки, а кожа на шее запылала огнем от чужого прикосновения. Гопник разжал пальцы, выпрямился и вразвалочку вернулся к своим, на заднее сиденье. Матвей прижался щекой к прохладному поручню.

Автобус резво катил по освещенным улицам города. Гопники больше не подходили – они увлеченно резались в карты. Казалось, о Матвее совершенно забыли. Но он не сомневался: стоит лишь сделать одно движение к выходу, как снова начнется погоня.

Держась за поручень, Матвей время от времени бросал косые взгляды в конец салона. Как же, успокоились они! Просто ждут удобного момента. Сволочи! Ну ничего, он поедет в автобусный парк, а там что-нибудь придумает. Правда, водитель может выгнать всех на конечной остановке. И тогда Матвею точно каюк.

Пейзаж за окном сменился. Исчезли огни, вывески, витрины. Прямоугольники автобусных окон почернели, и в них теперь отражались тусклые лампы салона и безжизненные фигуры пассажиров.

Автобус проехал очередную пустую остановку и вдруг резко притормозил у торчащего неподалеку ларька со светящейся вывеской. Почему-то у каждого слова в названии погасли первые буквы: «газинчик – дукты и питки». Водитель открыл переднюю дверь и вышел, на ходу вынимая деньги из нагрудного кармана жилетки. Матвей, не меняя позы, проводил его взглядом. Сердце лихорадочно заколотилось. Вот он, путь к спасению, прямо перед ним. Открыта только передняя дверь. Лишь бы успеть выскочить!

Матвей стрельнул взглядом в сторону преследователей. Вроде бы заняты картами, на него не смотрят.

Водитель вернулся к автобусу с бутылкой минералки в руке. Матвей собрался в пружину. Сейчас или никогда. Водитель поднялся и прошел в кабину. Матвей приготовился. Остались секунды до того, как закроется дверь… Пора!