Мальчик, который залез в Луну - Дэвид Алмонд

Небо постепенно темнело. Над городом полыхали громадные красно-золотые полосы. В окнах небоскрёба горел свет. Альфред повёл их по дорожке к стоявшим рядком гаражам. Отпер свой, достал оттуда выдвижную алюминиевую лестницу. В лестнице было три секции, и все они поблёскивали, точно начищенные.

— Лестница богов! — воскликнул Бенджи. — Откуда такая роскошь?

— Купил во «Всякой всячине», — ответил Альфред. — За пятьдесят четыре фунта и девяносто девять пенсов. — Он взвалил лестницу на плечо и спросил: — Каков наш план?

— План? — возмутился Бенджи. — Что может быть скучнее плана? Как можно что-то планировать, когда результат неизвестен? Как планировать невозможное, неизъяснимое, невыразимое?

— Никак! — воскликнула Молли.

Альфред вздохнул:

— Скажите хотя бы, с чего начнём?

— Такой вопрос гораздо уместнее, — шёпотом ответил Бенджи. — Но сначала посмотрите туда!

Они посмотрели туда, куда он указывал. На горизонте показался серебристый край Луны. На её фоне уже чернели шпиль церкви и заводская труба. И ещё на фоне этого сияющего ночного светила сновали, танцевали, кружили не желавшие засыпа́ть скворцы.

— Нельзя терять ни минуты! — вскричал Бенджи. — Тащим лестницу на крышу!

Альфред покачал головой:

— Она слишком длинная, в лифт не влезет. А пешком слишком долго…

— Слишком длинная! Слишком долго! — засмеялся Бенджи. — Ты хочешь чего-нибудь достичь в этой жизни, Альфред? — Он прижал ладони ко рту рупором и воззвал: — Друзья! Друзья и соседи!.. — В третий раз у него закричать не получилось, он прохрипел: — Я теряю голос, сестра… Столько разговоров, рассказов после долгих лет молчания в бумажном пакете. Я для этой роли не подхожу, нужен зычный голос.

Молли похлопала его по спине.

— Не грусти! — Она хорошенько откашлялась и подняла лицо к небу. — Друзья и соседи! — позвала она. — ДРУЗЬЯ И СОСЕДИ! НАМ НУЖНА ВАША ПОМОЩЬ!

Никакого отклика. Может, рёв и гул города напрочь заглушают её голос? Может, друзья и соседи поглощены поеданием сосисок или болтовнёй из телевизора? Может, они дрыхнут без задних ног — вырубились после тяжёлого рабочего дня? Может, её голос срикошетил от гладких стен небоскрёба и покатился эхом вверх, в бесконечное ночное небо?

Молли снова заорала:

— ДРУЗЬЯ И СОСЕДИ! ДРУЗЬЯ И СОСЕДИ!

Тишина. Нет ответа. Никто даже в окошко не выглянул.

— Надо покричать всем вместе, — предложил Пол.

— Мысль простая, — сказал Бенджи. — Но верная.

Они закричали вместе: Бенджи хриплым голосом, Пол — тоненьким детским, Молли — зычным, им вторили голоса Альфреда и Франчески.

— ДРУЗЬЯ И СОСЕДИ.

— ДРУЗЬЯ И СОСЕДИ.

— ДРУЗЬЯ И СОСЕДИ!

Наконец появилось лицо в окне на четвёртом этаже, потом на седьмом. А снизу всё кричали и кричали.

Возникли ещё лица. Окна приоткрылись. Луна продолжала всходить, поднимаясь над горизонтом огромным ярким куполом.

— Я Молли! — кричала Молли. — Я сестра-близнец Мейбл, художницы и вашей соседки, которая живёт на верхнем этаже, но нынче путешествует по Нилу! Это мои родные и друзья. Мы затеяли великую, неслыханную экспедицию! Нам нужна ваша помощь! У Альфреда есть лестница, её надо поднять на крышу!

— Но мы-то что можем сделать? — донёсся голос с высоты.

— ВЫСУНЬТЕ РУКИ ИЗ ОКОН! — крикнула Молли. — БУДЕМ ПОДНИМАТЬ.

Сотни бледных рук высунулись из окон и, сияя в лунном свете, простёрлись в ночное небо.

— Передайте им лестницу, — скомандовала Молли.

Альфред выдвинул все три секции и, держа лестницу вертикально, подошёл к дому. Руки ухватились за перекладины.

— ПОДНИМАЙТЕ! — скомандовала Молли, и руки начали перехватывать перекладину за перекладиной, и лестница поплыла — всё вверх и вверх, окно за окном, этаж за этажом, к небу.

— В лифт! — опомнился Бенджи.