Этот Вильям! - Ричмал Кромптон

— Ну? — строго прошептал Роберт, увидев Вильяма вечером.

— Я повел его, Роберт, честно, но он исчез. Я искал-искал, но не смог найти и вернулся домой.

— Ладно, но если он появится здесь снова, — сказал Роберт, — ему несдобровать, так что смотри.

Двумя днями позже Вильям сидел в сарае на перевернутом ящике, подперев подбородок ладонями и глядя на Джамбла. Бумажный пакет с едой для собаки лежал рядом. Сегодня Вильям владел Джамблом. Сбор «объедков» доставлял массу хлопот и требовал постоянного напряжения. Кусочек хлеба он сунул в карман за завтраком, кусочек мяса он сунул в карман за обедом, слоеный пирожок стащил из кладовой, а кость выудил из мусорного бака. Джинджер гонял по полям, по лугам со своим луком, а Вильям наслаждался обществом Джамбла. Завтра Вильям будет стрелять из лука, а Джинджер вступит во владение Джамблом.

Целое утро Вильям учил Джамбла разным сложным трюкам и привязывался к собаке все больше и больше. Он с неохотой передавал его Джинджеру, но очень уж ему хотелось пострелять из лука. Хорошо было бы положить конец этому партнерству, чтобы Джамбл был только с ним. Он думал о своем луке, запертом в книжном шкафу; он размышлял, строил планы, пытался что-то придумать, но не мог. Он не заметил, как у входа в сарай появился человек и встал, опершись о дверной косяк и глядя на Вильяма. Это был высокий худощавый мужчина в свободном твидовом костюме. Он смотрел на Вильяма и Джамбла с мягкой улыбкой и слегка прищурившись. Джамбл первым увидел его и подбежал к нему, помахивая хвостом. Вильям поднял глаза и нахмурился. Незнакомец приподнял шляпу.

— Добрый день, — вежливо произнес он. — Ты помнишь, о чем только что думал?

Вильям посмотрел на него с некоторым интересом — в своем ли тот уме? Сумасшедшие казались ему людьми забавными.

— Да.

— Тогда, если ты станешь думать об этом опять, с точно таким же видом, я дам тебе все, что захочешь. Это опрометчивое обещание, но я его выполню.

Вильям сразу же согласился. Он даже забыл о присутствии этого странного человека, а тот вынул из кармана небольшой блокнот и начал делать набросок лица мальчика, погруженного в раздумье.

— Папа!

Человек вздохнул и спрятал блокнот.

— Как-нибудь ты попозируешь мне еще разок, хорошо? А я сдержу обещание.

В дверном проеме появилась девочка, грациозная, темноглазая, прелестно одетая. Увидев тех, кто был в сарае, она закричала:

— Папа! Это Джамбл! Это Джамбл! Ах ты противный мальчишка, ты украл его!

Джамбл подбежал к ней, радостно-возбужденно лая, потом вернулся к Вильяму, чтобы заверить его в своей вечной преданности.

— Да, это Джамбл. Его так назвали, — объяснил мужчина Вильяму, — потому что он помесь разных пород. А это Нинетта, моя дочь, а я мистер Джероу, мы сняли коттедж Лаванда на два месяца. Мы бродяги. Нигде не живем больше двух месяцев. Итак, ты о нас знаешь все. Джамбл, кажется, выбрал тебя. Нинетта, милая, ты полностью вытеснена из сердца Джамбла. Этот джентльмен всецело им завладел.

— Я не украл, — возмутился Вильям. — Он сам прибежал. И пошел за мной. Он мне и не нужен был — по крайней мере, вначале, по крайней мере, не очень. Наверное, — тут Вильям почувствовал, что его охватил страх, — наверное, вы хотите его забрать?

— Можешь оставить его у себя ненадолго, да, папа? Папа хочет купить мне шпица, хорошенькую маленькую беленькую собачку. Когда потерялся Джамбл, я решила, что лучше завести шпица. Джамбл грубый, он не считается по-настоящему хорошей собакой. Он не породистый.

— Значит, пока можно не отдавать его? — спросил Вильям охрипшим от волнения голосом.

— О, да. Мне больше подойдет собака поспокойнее. Хочешь посмотреть наш дом? Он недалеко отсюда.

Вильям, несколько озадаченный, но в значительной степени успокоенный, пошел за нею. Мистер Джероу медленно шел сзади. Оказалось, что мисс Нинетта Джероу какая-то особенная девочка. Ей одиннадцать лет, а она побывала уже во всех европейских столицах и везде знакомилась с лучшими произведениями живописи и музыки. Она видела все спектакли в Лондоне. Она знала все новомодные танцы.

— Тебе нравится Париж? — спросила она Вильяма.

— Я там не был, — флегматично ответил Вильям, незаметно оглядываясь — идет ли за ними Джамбл.

Она тряхнула темной кудрявой головкой — такая у нее была манера.

— Смешной ты. Mais vous parlez Francais, n’est ce pas? ^[2]

Вильям воздержался от ответа. Он свистнул Джамбла, который гонялся в придорожной канаве за воображаемым кроликом.

— Ты танцуешь джаз? — спросила она.

— Не знаю, — сдержанно ответил Вильям. — Не пробовал. Но думаю, что смог бы.

Она сделала несколько легких грациозных шажков стройными в черных шелковых чулках ножками.

— Вот так. Я научу тебя. Мы будем танцевать под граммофон.

Вильям шел молча.

Она неожиданно остановилась под деревом и подняла свое оживленное хорошенькое личико.

— Можешь поцеловать меня, если хочешь, — сказала она.

Вильям невозмутимо смотрел на нее.

— Я не хочу, спасибо, — вежливо сказал он.

— О, ты и взаправду очень смешной! — сказала она с серебристым смехом. — И ты такой грубиян и неряха. Ты как Джамбл. Тебе нравится Джамбл?

— Да, — сказал Вильям. Голос его неожиданно дрогнул. Джамбл больше ему не принадлежал.

— Можешь взять его насовсем, — вдруг сказала она. — А теперь поцелуй меня!

Он чмокнул ее в щеку с видом человека, решившего исполнить свой долг, а в душе у него была такая радость — ведь теперь Джамбл был его.

— Хочется посмотреть, как ты танцуешь, — засмеялась она. — Вот будет забавно!

Опять она сделала несколько легких шажков.

— Ты видел Pavlov^[3], а?

— Не знаю.

— Как это — не знаешь?

— Не знаю, — раздраженно сказал Вильям. — Может, я и видел его, но не знал, что это он.

Она помчалась назад, к отцу, опять серебристо смеясь.

— Он такой смешной, папа, он не умеет танцевать джаз и никогда не видел Pavlov, и не говорит по-французски, и я отдала ему Джамбла, и он не хотел поцеловать меня!

Мистер Джероу посмотрел на Вильяма с улыбкой и шутливо сказал:

— Смотри, парень. Она начнет тебя воспитывать. Я ее знаю. Я тебя предупредил.

Когда они подошли к входу в коттедж Лаванда, он обратился к Вильяму:

— А сейчас посиди и подумай с минуту. Свое обещание я сдержу.