Огненный шторм - Дэвид Класс

Еду по песчаной колее на чудовище-вездеходе. Весит, наверное, три тысячи фунтов. Двигатель — зверь. Здоровенные шины. Да уж, не чета тому древнему мотоциклу с коляской, который мне продали байкеры из банды Хейса.

Это ультрасовременная четырехколесная зверюга, мощная, стильная, шикарная. Гладкий асфальт ей ни к чему. Вид у нее такой, словно она по чему угодно проедет. И ходовые качества соответственные.

Даркон едет рядом. Я в шлеме. В перчатках. В наколенниках. Он — в рубахе и в шортах, и длинные каштановые волосы развеваются по ветру. Дурак. Пижон.

Нас хлещет ветром. Бомбардирует гравием. Песок отражает солнце. Дорога вьется вокруг горы.

Даркон снимает с руля правую руку. Подает мне знак. Показывает вниз на крутой каменистый склон. Он что, предлагает ехать туда? Берет на слабо? Задумал двойное самоубийство?

Он очень резко сворачивает с дороги. Я втягиваю побольше воздуху и еду по каменистому склону следом за ним.

Бумпада-бумпада-бумпада. Едва не кувыркаюсь через руль вездехода. Переключаю на более низкую передачу. Отклоняюсь назад. Джек, только не жми на тормоз, а не то тебе конец. Назад хода нет. Если я попробую развернуться, эта зверюга перевернется.

Выход один. Носом вниз — и только держись…

Вездеход подпрыгивает на камнях и вспахивает песок. Причем скорости не теряет. Мчусь по горному склону — и вдруг он исчезает.

Утес превращается в трамплин, и мой трехтысячефунтовый вездеход взмывает в воздух. Здрасте пожалуйста. Лечу на спине ревущего стального стегозавра.

Сейчас я точно погибну. Время замирает. Чувствую, что кто-то рядом. Вижу, как на руль ложатся призрачные руки. Старые, но сильные. Меня направляют. Предупреждают. Хриплый голос отца: «Близко, Джек. Совсем близко».

— Что близко-то? — пытаюсь я спросить. — Смерть? Помоги мне отсюда выбраться!

— Берегись, — произносит он, растворяясь в воздухе так же быстро, как появился. — Берегись… Дра-ку-лы… гор-гуль-и… Бе-ре-гись…

Все, исчез. Все произошло за долю секунды. Я по-прежнему лечу по воздуху на вездеходе. Не кувырнулся вперед и управления не потерял. Спасибо, папа.

Далеко подо мной мерцает уединенная бухта. С моря ее не видно. У причала стоят траулеры. Штук, наверное, десять-пятнадцать, каждый размером с «Лизабетту». И странный маленький домик с куполом зеленого стекла.

Корпоративный санаторий для гномов? Мини-лаборатория, высокотехнологичный сортир, могила Дракулы? Определенно стоит разведать…

Если получится. Долго держаться в воздухе вместе с тремя тысячами фунтов стали не так-то просто.

ХРЯСЬ! Приземляюсь. Большие узловатые шины скользят и буксуют, цепляясь за гравий на склоне. Двигатель ревет и воет, словно простуженная горгулья.

Играю с рулем в перетягивание каната. Едва не опрокидываю вездеход. Каким-то образом умудряюсь справиться с управлением.

Даркон смотрит на меня. Вид у него приятно удивленный — ну надо же, не разбился. И мы катим дальше, мчимся по склону бок о бок, не сворачивая и не уступая друг другу ни дюйма.

Доезжаем до подножия — по-прежнему ноздря в ноздрю. Тормозим у стеклянного купола. Снимаю шлем. Я потный. Перепуганный. Дрожащий. Красный.

— Отлично водишь, — замечает Даркон. — Много ездил на вездеходах?

— Первый раз, — отвечаю.

— Шутишь!

— Я шучу только с друзьями.

— Можешь гордиться, — сообщает он. — Многие опытные гонщики разбивались, когда пытались проделать этот трюк, а у тебя все прошло как по маслу.

— Чужая смерть меня никогда не радует.

Даркон слезает со своей зверюги, я тоже спешиваюсь.

— Идем, — говорит он. — Постарайся на несколько минут забыть о своих предубеждениях. Я посвящу тебя в тайны моего бизнеса.