Дикий лес - Колин Мэлой

Они услышали зловещее эхо еще задолго до того, как по узким туннелям норы добрались до комнаты для допросов. Септимусу уже не было нужды вести всех за собой: разбойники сумели бы отыскать своего короля по его мучительным стонам. Минуя опустевшую главную залу, где на полу валялся опрокинутый закопченный котел, они вошли в комнату с высоким потолком и остановились как вкопанные, увидев перед собой висящего вниз головой короля. Он был подвешен за щиколотки. На голове у него был холщовый мешок, перевязанный кожаным шнуром. Ангус подбежал к Брендану и стремительно сдернул мешок с его головы.

— Мой король! — вскрикнул он. Остальные разбойники поспешили к ним. Брендан с трудом приоткрыл заплывший глаз и попытался осмотреться. На его нижней губе запеклась кровь, а волосы были мокрыми от пота.

— Привет, ребята, — выдавил он надтреснуто. — Не поможете спуститься?

Через мгновение они уже развязывали веревки: Септимус взобрался по канату наверх и перегрыз его, а Кертис с остальными осторожно опустили короля на каменистую землю. Руки его были связаны самым простым узлом, так что еще миг — и король разбойников уже сидел на полу, потирая покрасневшие запястья.

— Что случилось? — спросил наконец Шеймас.

— Ну, они меня немного помяли, — ответил Брендан, вновь обретя голос. — Пытались выяснить расположение лагеря, чертовы дворняги. — Он мельком обвел взглядом беглецов, и тут заметил Дмитрия. — А этот что здесь делает?!

Дмитрий поднял лапы в воздух:

— Эй, я теперь с вами!

Брендан в сомнении прищурился, испытующе глядя на него.

— Ну и? — спросил Шеймас. — Ты им что-нибудь сказал?

Король бросил на него убийственный взгляд. Кертис заметил, как на его шее от напряжения запульсировала вена. Ровным голосом, делая ударение на каждом слове, Брендан спросил:

— А сам ты как думаешь?

Шеймас лукаво улыбнулся и протянул руку своему вожаку:

— Как хорошо, что ты вернулся, Брендан.

Тот улыбнулся в ответ, ухватился за протянутую руку и встал, слегка поморщившись от боли.

— Собаки меня неплохо попинали, — прошипел он, покачиваясь. — Но я все-таки могу идти. Ну, где эта ведьма? Уж я с ней разберусь…

— Они все ушли, — объяснил Ангус. — Ни с того, ни с сего. Тут никого не осталось.

Брендан оглядел комнату и кивнул:

— Я так и подумал. Они ведь со мной не закончили, точно говорю, вдруг просто оставили висеть. Вниз головой, будто я какой-нибудь опоссум.

— Как вы думаете, куда они отправились? — осмелился спросить Кертис. — Думаете, они собираются сделать то, что собираются? Ну, с Маком?

Король уставился на мальчика. Слегка прихрамывая, он медленно подошел к нему, пока они не оказались друг от друга на расстоянии всего нескольких дюймов. Он был на голову выше мальчика, светлокожий и веснушчатый. Татуировка на лбу выцвела от солнца и пота, под левым глазом уже начал отчетливо проступать огромный лиловый синяк. Кертис почувствовал его кислое дыхание и не смел поднять голову.

— Ты, — сказал Брендан, — Внешний. Ну, теперь, раз мы все здесь и свободны… — Он наклонился вперед и, сжав руки в кулаки, схватил Кертиса за лацканы мундира. — Я тебе выскажу все, что думаю. — Брендан еще крепче сжал кулаки, и Кертис почувствовал, как его ноги отрываются от земли. Подтянув лицо мальчика к своему, король разбойников вперил в него гневный взгляд. — По-хорошему, я должен оторвать тебе все конечности, — прошептал он, — за все, что ты натворил. Глупый мальчишка! Куда ты сунул свой нос, Внешний?

От беспомощности Кертис захныкал:

— Я же не знал! — попытался защититься он. Ткань, скомканная в кулаках Брендана, давила ему на горло. — Я думал, она добрая. Я просто не знал.

— Кончай! — На помощь мальчику пришел Кормак. Он положил руку на плечо Брендана. — Мальчишка наш. Он друг.

Брендан ослабил хватку, и ноги Кертиса коснулись пола.

Кормак продолжал:

— Он рисковал жизнью, чтобы спасти нас, Брендан. Он один из нас.

Брендан отпустил лацканы мундира мальчика и резким движением расправил их. Правый глаз его, налитый кровью, был широко распахнут. Кормак отвел разбойника подальше от Кертиса.

— Один из нас? — обратился Брендан ко всем.

Все четыре разбойника хором кивнули. В приглушенном свете факела их лица мерцали, словно суровая сталь.