Спаситель и сын. Сезон 3 - Мари-Од Мюрай

Мадам Фукар всё надрывалась у окна, не обращая никакого внимания на то, что происходит у нее за спиной.

– Они умерли. Давай я покажу тебе, как завязать шнурки.

– А почему они умехли?

– Потому что прожили жизнь до конца. Смотри, сначала делаешь петельку, как мышиное ушко, потом – другое ушко…

– У меня ношки – один желёный, а дхугой кхашный.

– Я вижу. Очень красиво.

– Вот-вот, в этом – вся моя дочь! – раздался громкий голос у них над головами. – Одевается утром в спортивные штаны с летним платьем, напяливает разные носки. А возразишь – скандал.

Спаситель встал. Мадам Фукар извинилась – звонок был «неотложный». Он молча пригласил обеих в кабинет.

– Сто будем деять? – спросила девчушка.

– Ты поиграй пока вот тут. – Спаситель показал ей столик с карандашами и коробки с игрушками.

– Да у меня с собой ее айпад! – Мадам Фукар хлопнула себя по лбу.

– Ее айпад? Зачем?

– Займем ее, пока будем разговаривать, – ответила мадам Фукар, удивляясь непонятливости психолога.

– Ее не надо занимать, она будет играть, – сказал Спаситель.

Но мама девочки уже не слушала, у нее снова звякнул телефон.

– О! Это мама, – поморщилась она. – Я же просила… Сейчас… пошлю ей эсэмэску.

Выстукивая текст, мадам Фукар опустилась на край кушетки – не глядя, так что чуть не села мимо. Потом пробормотала: «Что он там опять?..» и, еле взглянув на психолога, буркнула:

– Только отвечу на письмо. Это важно. Одну минуточку…

– Я недавно читал, – громким голосом перебил ее Спаситель, – что в среднем люди проверяют свою электронную почту тридцать семь раз за час, то есть каждые полторы минуты.

– Да что вы! – изумилась мадам Фукар. – Хотя… может, и так. Когда я на работе. Как вы сказали: тридцать семь раз за час?

Она принялась набирать эсэмэску.

– Что вы делаете?

– Скидываю инфу отцу Майлис, он оценит. Лионель в этом смысле маньяк, еще больше, чем я… Каждые полторы… Да вы говорите, не смущайтесь, я управляюсь разом с массой вещей.

– Я не вещь.

Она оторвала глаза от экрана.

– Что? Ну конечно.

Брынь. Пришел ответ от папы Майлис. Мадам Фукар просияла:

– Он твитнул инфу дальше!

– Мадам Фукар, вы пришли поговорить о своей дочери или о своей одержимости электронными технологиями?

Телефон промурлыкал приятную мелодию, мадам Фукар застонала. Это опять ее мать. Спаситель оставил ее наедине со смартфоном и повернулся к Майлис, которая опять развязала шнурки.

– Посмотри-ка, тут у меня есть все домашние животные. – Он вытащил из коробки корову, овечку, свинью, расставил их на столе и промычал, проблеял, хрюкнул. – Поищи, там есть еще лошадка. И собака – гав-гав!

Майлис, не шевелясь, смотрела на него, как будто изучала редкий случай умственной отсталости.

– А вот я отыскал коровьего сыночка, теленка. Он побежал к своей маме. Тагадам-тагадам! Мама! Мама! – пискнул Спаситель за теленка. – Посмотри на меня! А мама отвечает: «Погоди, я разговариваю с папой по телефону. Алло, ты где?»

От удивления у Майлис округлились глаза. Корова говорит по телефону! А дальше еще интереснее: теленок видит, что маме не до него, и назло ей надевает в школу что попало – один ботинок и один сандалик, соломенную шляпу и плавки.

– А сто коёва говоит?

– Корова говорит: «Ох уж этот теленок, опять он скандалит!»

– А он пусть гововой об стенку! – распорядилась девочка.

Она схватила теленка, подбежала к стене и стала тыкать его головой.

– Ах, бедный мой малыш, тебе больно? – В роли коровы-нормандки Спаситель был бесподобен.

– Нет, – замахала руками малышка. – Мама нисего не видит, она всё ессё говоит по теефону.

Смартфон мадам Фукар снова звякнул. Но она убрала его в карман. Спаситель, сидевший по-турецки на полу, повернул к ней голову:

– Так ваша дочка, говорите, бьется головой об стенку?

– Недавно набила себе здоровенную шишку. Я рассказала это доктору Дюбуа-Герену, нашему семейному врачу, и он мне посоветовал обратиться к вам.

– Всё? Больсе не игхаем? – закричала Майлис.

– Играем, конечно. Во что ты хочешь поиграть?

– В абаку, – ответила девочка. – Абака – это будес ты.

– Абака?

– Ну да. Абака – гав-гав!

– Ах, собака! Гав-гав! Ррр!

– Она кусаеса?

– Нет, это добрая абака… то есть добрая собака, – поправился Спаситель.

Но девочка решила убедиться сама – она положила руку ему на голову и погладила, как настоящую собаку. Но тут же отдернула руку и спрятала за спину:

– Будут г’исты! – Потом подумала и рассудительно сказала: – Собака чёйная. У нее чёйный папа и чёйная мама. Но я ее любью.

– А хочешь, я кое-что тебе скажу? – спросил Спаситель, поднимаясь с пола. – Большая чёрная собака ужасно рада с тобой подружиться.

Он пересел в рабочее кресло и только открыл рот, как зазвонил его домашний телефон.

– Вот видите, вы тоже! – заметила мадам Фукар.

– К моему телефону подключен автоответчик, – спокойно сказал Спаситель. – У вас прекрасная дочка, мадам Фукар, поздравляю. Но ей четыре года, и с ней нужно играть, а не сажать ее за планшет, нужно рассказывать ей сказки, а не крутить мультики, нужно расчесывать ей волосы, даже если ей это не нравится, и нужно говорить ей «нет», когда она хочет надеть на себя что попало. Конечно, все это не сделается в один день, но если твердо решить, то начать можно прямо сегодня. Как вы думаете?

Мадам Фукар сжимала в кармане смартфон. Она родила дочь в тридцать один год и плохо понимала, что с ней делать, – ее жизнь была и без того переполнена. Работа по шестьдесят часов в неделю, рассказывала она Спасителю, дома вдвоем с другом за столом – каждый уткнувшись в свой смартфон. То был союз двух перегруженных работой одиночек, и все шло хорошо, пока не появилась Майлис – сбой в системе. Неуправляемая «вещь».

– Ну давай зе игхать! – Майлис капризно топнула босой ножкой.

– Нет! Сейчас я разговариваю с мамой, – ответил Спаситель. – А ты пока построй ферму на столе.

Майлис послушно села за столик и высыпала на него игрушки из коробки. Сначала она молчала, потом стала шептать себе под нос названия животных, которых доставала: собака, лошадь, курица. И наконец, принялась тихонько говорить за них.

Она играла, а ее мать, соскочив с вечно летящего на всех парах неведомо куда поезда, сидела и смотрела на нее.