Веселый двоечник - Валентин Постников

Но когда мы разделись и пошли по залам с картинами, то понял, как ошибался.

— Перед вами картина великого русского художника Ивана Ивановича Шишкина, — начала рассказывать Лариса Петровна. — Кто из вас знает, ребята, как называется это полотно?

— Знаю, знаю! — закричал я. — Эта картина называется «Мишка косолапый»! Правильно?

— Нет, Рыжиков, неправильно, — помотала головой учительница. — Так называется шоколадная конфета, на обёртке которой напечатано изображение этой картины.

— А как же сама картина называется? — удивился Федька.

— «Утро в сосновом лесу», — ответила Лариса Петровна.

— По-моему, она выдумывает, — прошептал мне на ухо Петька. — Я сто раз ел эти конфеты и точно помню, что они называются «Мишка косолапый».

— Точно! — подтвердил Кукушкин. — Это мои любимые конфеты. Там внутри вафельки вкусные. Хрустящие такие, с кремом.

Мы перешли в другой зал.

— Ребята, — продолжила учительница, — в этом зале вы можете увидеть знаменитую картину Ильи Ефимовича Репина «Садко».

— «Садко» очень люблю, — прошептал мне на ухо Мишка Карасиков. — Такие вкусные шоколадные конфеты с орешками внутри.

— А вот тут, ребята, расположены произведения великого русского живописца Ивана Билибина «Конёк-горбунок», «Жар-птица», «Лукоморье» и «Кот учёный».

Мы стояли возле картин, аж рты раскрыв от удивления.

— Вам знакомы эти картины? — спросила Лариса Петровна.

— Конечно! — выкрикнул Петька. — Мы все эти картины, то есть конфеты ели. И «Лукоморье» ели, и «Жар-птицу» и «Конька-горбунка»!

— Какая из этих картин вам больше нравится? — поинтересовалась учительница.

— Мне «Жар-птица», — выкрикнула Люська Гаспарян.

— А мне «Конёк-горбунок», — облизнулся Федька Кукушкин. — Они ещё вкуснее.

— Я «Лукоморье» люблю! — закричала Настя. — Они в сто раз лучше других конфет!

— Вкуснее «Белочки»? — удивился Петька. — Ты что?

Мальчики и девочки так раскричались, что совсем забыли, что в музее нужно вести себя тихо.

— Тише, ребята! Тише! — Лариса Петровна приложила палец к губам.

— Я вас вовсе не про конфеты спрашивала, а про картины. Какая картина вам больше нравится?

— «Садко», — твёрдо заявил я.

— А чем именно она тебе нравится?

— Туда орешки добавляют.

— Куда? В картину? — не поняла учительница.

— Да нет, в конфеты, — пояснил я.

— Опять вы про конфеты! — рассердилась Лариса Петровна. — Это же искусство, а не кондитерская фабрика, ребята. В следующем зале мы увидим работы Айвазовского, — строго сказала она. — Вы слышали про его знаменитый «Девятый вал»?

— Нет, — за всех ответила Светка Федулова. — А что это — конфета или шоколад?

— Это картина, Федулова! — строго сказала учительница. — Её написал великий русский художник-маринист Иван Константинович Айвазовский.

Познакомившись с творчеством Айвазовского, мы перешли в другой зал. Там тоже было очень много разных картин. И вдруг я увидел что-то знакомое.

— Это же картина художника Крамского! — гордо сообщил я. — Называется — «Незнакомка».

— Молодец, Семён! — похвалила меня учительница. — Полотно действительно создано великим русским живописцем Иваном Николаевичем Крамским, только называется оно «Неизвестная».

— Ух ты… — обступили меня со всех сторон ребята. — Откуда ты знаешь про эту картину?

— Папа иногда покупает коробки конфет «Незнакомка», — скромно ответил я. — Он говорит, что эта «Неизвестная» на нашу маму похожа. Там на коробке написано — художник Крамской, вот я и запомнил.

— Ну и как, конфеты вкусные? — спросил Петька.

— Не то слово! — обрадовался я. — Объедение!

Мы ещё долго бродили по музею, а потом оделись и поехали домой.

— Ну что, ребята, — спросила Лариса Петровна. — Работы какого художника вам понравились больше всего?

— Нам Шишкин понравился, — ответили ребята хором.

— Да? А почему? — поинтересовалась учительница.

— Потому что у него самые вкусные картины!

Пирожок

Тут на днях со мной такая история приключилась, что я решил вам про неё рассказать.

Я потерял ключ от входной двери. И почему это вечно со мной происходит? Уже раз двадцать этот треклятый ключ терял. Волшебный он, что ли? Сам собой у меня из кармана выскакивает, словно заколдованный.

Когда мы с ребятами по дереву лазили, ещё понятно. Мы же в обезьян играли и висели вверх тормашками, словно макаки, обхватив ветки ногами. Ключ, наверное, тогда и выпал из кармана. И хотя я его потом целый час под деревом искал, так и не нашёл.

Но вчера я по деревьям не лазил, нигде не висел. По забору не ходил и даже с крыши не прыгал. Как он мог потеряться? Ума не приложу.

— Ты, Семён, наверное, хочешь, чтобы к нам в квартиру воры забрались, — в очередной раз упрекнула меня мама.

— Они следят за мальчиками вроде тебя и ждут, когда у них из кармана ключ от квартиры вывалится, — строго выговаривал мне папа. — А потом отпирают дверь этим ключом и грабят квартиру.

— Как это грабят? — не понял я.

— А так — забираются в квартиру, пока мы с мамой на работе, а ты в школе, и выносят всё самое ценное.

— И игрушки тоже? — испугался я.

— Конечно, — кивнул папа. — И игрушки, и коллекцию марок, и фломастеры, и велосипед, всё выносят.

— А что же делать? — перепугался я ещё больше.

— Что тут поделаешь?! — вздохнул папа. — Отныне будешь ключи носить на шее, на верёвочке.

Целую неделю я носил ключи на шее. Однако они всё равно каким-то непонятным образом потерялись. Может быть, во время потасовки с соседом по парте? Мы подрались с ним на перемене. Но если бы верёвка порвалась, ключи должны были бы мне в штаны упасть. А там их не оказалось. В общем, всё странно и загадочно!

Вечером мне мама объявила:

— У нас все запасные ключи закончились. Остался один последний — от верхнего замка. От нижнего больше нет ни одного, ты их все потерял.

— А вы заприте дверь только на верхний замок, — осенило меня.

— Хорошо, — согласился папа. — Запру дверь только на верхний ключ. Я же последним из дома ухожу.