Вожак и его друзья - Сергей Сухинов

Настал сентябрь. Начались занятия и АРТ погрузились в обычную школьную жизнь. В лес они ходили редко, и только по грибы. Этим «бабьим летом», после обильных дождей, густо пошли опята. Особенно много их было по берегам болота, но ребята, не сговариваясь, старались даже не приближаться к бывшему пионерскому лагерю.

Однажды вечером в квартире Константиновых раздался звонок. Ольга Дмитриевна подозвала сына, и произнесла только одно слов: «Мастер». Сердце Антона сжалось – этого звонка он ждал, но жаждал-то совсем другого…

Довольно бодрым голосом Игорь Бекетов рассказал, что жизнь в детском городке «Двуречье» постепенно налаживается. Ребята постепенно привыкают к новой, цивилизованной жизни. Никто особенно не жалуется, но многие, особенно малыши, с грустью вспоминают прежнюю лесную коммуну. Шарик, как и следовало ожидать, быстро сбежал. Где он и с кем, неизвестно. А вот все Меньшие чувствуют себя хорошо. В детский городок раз в неделю приезжает ветеринар. Он уже вылечил лапку собаке Прошке и полностью вывел блох у всех кошек. А поросята, Том и Джерри от сытной еды (им доставались большинство объедков с местной столовой) заметно разжирели и вряд ли смогут выполнять на сцене прежние трюки. Придется придумать для них новые роли.

– А как ваш культурный центр? – спросил Антон.

– Да он уже почти достроен. Скоро начинается отделка и оснащение театра детей и зверей. Мы решили, что он будет по-прежнему называться «Жизнь прекрасна!» Но спектакль придется переделывать основательно – сам понимаешь, почему. Так что премьеру мы покажем только к Новому году, не раньше. Есть еще одна проблема…

– Какая?

– При встрече расскажу, – уклончиво ответил Мастер.

Антону страшно хотелось спросить про Таю, но он не решался. За два месяца его подруга так и не удосужилась ни разу позвонить. А все его попытки связаться с юной певицей заканчивались ничем. Как он не позвонит в детский городок, Таи всегда почему-то нет на месте. В конце концов он сообразил, что девочка попросту не хочет с ним общаться, и прекратил напрасные попытки. Обидно, конечно, но что тут поделаешь? От мамы он однажды услышал мудрую поговорку: «Чего хочет женщина, того хочет Бог». А если женщина чего-то не хочет, то этого не хочет и Господь, так что ли? Или наоборот, этого хочет Сатана? Поди тут, разберись.

Следующие же слова Мастера заставили его забыть о посторонних мыслях:

– Тошка, завтра вся наша бывшая коммуна приедет в ваши места. Сначала мы пойдем на благодарственный молебен в Дмитровский храм, встретимся с нашим покровителем и наставником отцом Даниилом, исповедуемся… А часам к трем придем сами знаете куда. Приходите и вы трое – если захотите, конечно. Ну, пока!

Антон задумчиво опустил трубку. Все было ясно. Завтра исполняется ровно два месяца после трагических июльских событий. Им всем есть о чем вспомнить… Придется, конечно, сбежать с последних уроков, да это чепуха, не впервой.

Поразмыслив, Антон решил для начала позвонить Полине. Но домашний телефон Серебряковых ответил бесконечными длинными гудками. Звонок по мобильнику также словно бы уперся в стену.

Вообще-то так продолжалось с конца августа, с той поры, когда семья Серебряковых вернулась в Москву. Почему так случилось, Антон никак понять не мог. Не утерпев, он как-то спросил об этом отца, и тот нехотя ответил: «Конечно, Олег Валентинович и его дочь – хорошие люди, спору нет. Но хорошие по-своему. Пойми, сынок, наши семьи нынче принадлежат к разным сословиям. Мы с матерью – инженеры, это считается средним классом, хотя по доходам мы ближе к беднякам. А Серебряков – миллионер, глава крупного холдинга. Как нам дружить-то? Олегу Валентиновичу неудобно приглашать нас в свой роскошный особняк, а нам его с дочерью – в нашу тесную квартирку в старом «хрущевском» доме. Мой совет – забудь про Полину! Да и не в том ты возрасте, чтобы всерьез думать о девчонках. Лучше учись как следует, а то уже с самого начала четверти нахватал троек почти по всем предметам, оболтус!»

Принимать такое объяснение Антон, решительно не пожелал. Тая тоже однажды выдала: «На что я тебе такая?» Мол, у тебя семья, дом, машина, гараж, дача ну и все такое, ты учишься в школе, а я – бродяжка без кола и двора… Чепуха все это! Неправильно, чтобы люди были разделены между собой на какие-то там сословные пласты, ну словно тесто в слоеном пироге!..

Но факт есть факт: увы, ни Полина, ни Тая больше не желали с ним общаться. А ведь обеим девчонкам он явно понравился, и ничего плохого им не сделал! Неужто отец прав, и с этим слоеным пирогом из людей разного сорта придется раз и навсегда смириться? Вот в Америке так люди живут вот уже лет двести, и ничего, привыкли к тому, что есть принцы, а есть нищие. Все америкашки смирно сидят на своих ветках, словно вороны под дождем, никто не пикает и ножками не дрыгает. Ну просто тоска зеленая… А вот Мастера на ветку не посадишь! Игорь обожает свободу, презирает все условности и, несмотря на все передряги, любит приговаривать: «жизнь прекрасна!» Кто же прав?

Следующий день выдался тихим, умиротворенным, как часто случается в конце бабьего лета. Небо стало пронзительно-синим, глубоким и чистым – таким, каким оно бывает только в самые крепкие зимние морозы. Едва сойдя с автобуса, ребята увидели, как над поблекшей цветочной поляной ветер носит тонкие серебристые нити.

– Это паутина, – объяснил Родик. – Обычно она парит над землей только в начале октября, перед первыми заморозками. Братцы, неужто зима уже на носу?

Тёма щелкнул его по затылку:

– Не каркай, ворона! Еще напророчишь ранний снег, чтоб ему… А мы еще на Истре толком не успели порыбачить, и за орехами в лес ни разу не сходили. Верно, Тошка?

– Верно, – отозвался Антон, глядя сощуренными глазами на солнце. Летом такое без темных очков и представить невозможно, а сейчас уже ничего, смотреть вполне можно. – Парни, давайте в следующее воскресенье махнем в Москву, на ВДНХ? Сходим в панорамный кинотеатр, покатаемся на русских горках, покрутимся на колесе обозрения, поиграем в пейнтбол, ну и вообще покайфуем. Ведь сейчас идут последние теплые денечки!

– У тебя что, денежки завелись? – сразу оживился Родик. – Небось, родичи ко дню рождения подбросили? Хотя нет, оно же у тебя десятого июня… Эх, до чего жаль, что день рождения только раз в году! Я подарки люблю получать, особенно баксами. Жаль, что мне стукнет тринадцать только в декабре! Парни, а может, вы мне сейчас денежки подарите, а? В декабре они ни к чему, новогодних подарков от предков вполне хватает. А сейчас страсть как хочется чего-нибудь купить! Годится?

Тёма мотнул головой.

– Не-а, не годится. Тебе только что-нибудь дай, назавтра опять придешь канючить. Лис, хватит трепаться. Думаешь, у тебя одного нервы на взводе?

Родик мигом сник. Так уж у него случалось: в любой стрессовой ситуации он начинал беспрерывно болтать. Неважно, на какую тему, лишь бы не думать о том, что ему вскоре предстоит пережить.