Этим летом я - не я - Джин Литтл

Семейство Грэнтам стояло неподалеку, но никто из них не слышал, о чем говорили девочки. А Джоси была еще слишком мала, чтобы что-нибудь понять. Все, кроме Бетани, улыбались, даже миссис Грэнтам. Зато у Бетани был такой вид, будто она проглотила лимон и он застрял у нее в горле.

Сэм казалось, что ее тело превратилось в трясущееся желе, она никак не могла успокоиться. Однако этого никто не замечал. Тогда девочка засунула руки поглубже в карманы и прилепила на лицо широкую, фальшивую улыбку.

— Мы еще как следует не познакомились, — сказала мать семейства. — Я — Мэри, школьная подруга твоей матери. Ты можешь звать меня тетя Мэри. Так нам будет легче найти общий язык. Вот это — Бетани, с которой ты будешь жить в одной комнате. Это — Кеннет. Это — Джоси, ей семь лет. Дома остался еще один мальчик. Ему пять лет, и зовут его Томас. Мы его не взяли с собой, в машине было бы тесно. Кроме того, он не любит долгие поездки.

Сэм сразу поняла, что Томас — отрада материнского сердца, и ей стало жаль Джоси, очень нескладного ребенка с острыми плечами и большими, недавно сменившимися передними зубами. Кеннет показался ей симпатичным, его улыбка, пожалуй, была искренней. Бетани все еще выглядела так, будто хотела стереть Сэм с лица земли.

— Привет, — довольно жестко сказала Сэм, отводя взгляд, стараясь не встретиться ни с кем из них глазами.

— У тебя есть брат, Алекс? — спросила Мэри Грэнтам.

Сэм не сразу сообразила, что вопрос адресуется ей. Затем она быстро покопалась в памяти, пытаясь вспомнить, что рассказывала Алекс о своей семье. Единственный ребенок. Да, да. Как и она сама.

— Нет, — ответила она. — Только я, мама и отчим, Терри.

— Терри? Помнится, Зелда называла его Перри, — сказала тетя Мэри. — Вечно я путаю имена.

— Потому что ты никого не слушаешь, — резко сказала Бетани. Это было так грубо… Бабушка никогда не позволяла Сэм говорить таким насмешливым тоном. Да ей и самой не хотелось так разговаривать с бабушкой. Бетани ненавидит маму? Или грубит по какой-то другой причине?.. Сэм задумчиво уставилась на Бетани. Та вспыхнула и метнула взгляд на маму. — Или может, ты просто оглохла? — добавила она.

Мэри Грэнтам посмотрела на дочь с болью в глазах, но, несмотря на это, не только не рассердилась, а даже рассмеялась.

— Очень может быть, — сказала она.

— Его зовут Перри, — поспешила исправиться Сэм. — Я просто неразборчиво произнесла.

Все отправились на автостоянку, и, к счастью, больше никто не задавал Сэм никаких вопросов.

Как только двери автофургона открылись, Бетани нырнула на переднее сиденье, как на свое законное место.

— Надо было предложить Алекс сесть впереди, — заметила Мэри Грэнтам, но, поскольку Бетани не удостоила ее ответом, женщина лишь пожала плечами и сказала: — Алекс, ты посидишь сзади с Кеннетом и Джоси?

— Конечно, — ответила Сэм сладчайшим голосом и вслед за Джоси забралась на заднее сиденье.

Кеннет сел рядом и, наклонившись, прошипел в ухо Сэм:

— Не обращай на нее внимания. Она сейчас в противном подростковом возрасте и хочет, чтобы все обращали на нее внимание.

Сэм одарила мальчика быстрой улыбкой.

И только когда двери фургончика задвинулись, она впервые после приземления самолета глубоко вздохнула.

Кеннет громко спросил:

— Твое полное имя — Александра?

— Алексис, — пробормотала Сэм, уставившись в окно и надеясь, что не ошиблась.

— Очень милое имя, — сказала тетя Мэри, поворачивая ключ зажигания.

Сэм отчаянно боялась всяческих расспросов и, стараясь их избежать, решила взять инициативу в свои руки.

— А сколько у вас лошадей?

И вдруг Бетани будто подменили.

— Четырнадцать, — сказала она, повернувшись, и ее лицо засияло от удовольствия. — Если считать малышей. У нас два жеребенка, девочка по имени Одуванчик и мальчик — Шоколадная Мечта. Но зовут его Мусс, потому что он гладенький. А ты умеешь ездить верхом?

— У нас никогда не было на это денег… Но теперь, думаю, научусь. Не могу дождаться, когда…

Вся теплота из глаз Бетани куда-то испарилась, и она замолчала, будто захлопнулся стальной капкан.

— Мамочка ведет уроки для начинающих, — сказала она, даже не пытаясь скрыть свое презрение. — Завтра ты можешь начать вместе с другими малышами.

Сэм не ответила. Мэри Грэнтам нахмурилась, но тоже промолчала.

— Они не малыши, — с жаром сказала Джоси. — В классе для начинающих — моя лучшая подруга Майлс, а до прошлого года там был и наш Кеннет.

Спокойно, но так, чтобы слышали все, в разговор вступил Кеннет:

— Бетти так грубит, потому что ей придется спать с тобой в одной комнате и она не сможет пригласить к себе с ночевкой своих подруг. Два года назад она сама была в детском классе. А в прошлом месяце Бетти свалилась с Циркача.

— И не свалилась, — покраснев, крикнула Бетани. — А просто поторопилась. Я не виновата. Циркачом трудно управлять. Спроси у мамочки.