Послушай мое сердце - Бьянка Питцорно

Две новенькие тоже были второгодницами. В прошлом году их видели в коридоре с 4 «В». Видимо, теперь их определили к ним в класс «Г», потому что он самый маленький из четвертых и у них всегда есть пустые парты.

Несколько Кроликов приветливо улыбнулись. Но девочки не смогли войти в класс, потому что учительница остановила их на пороге:

— А вы что тут делаете?

— Нам в канцелярии сказали идти в 4 «Г».

— Глупости. Вы перепутали класс.

Девочка повыше робко повторила:

— Но в канцелярии сказали «Г»!

Тут синьора Сфорца совсем взбесилась:

— Не смей мне перечить, грубиянка! Если я сказала, что вы перепутали, значит, так и есть!

— Но…

— Никаких «но»! Ты, что, слов не понимаешь? Сразу видно, второгодница!

Остальные девочки внимательно слушали, а Приска уже вся извертелась за партой. Учительница позвала служителя, который заглянул в свои бумажки и сказал:

— Все правильно. Эти две девочки записаны в 4 «Г».

— Но это невозможно! — кричала учительница, — пойдите уточните в канцелярии. Мне обещали…

— Извините! — вскочила Марчелла Озио, которая сидела на первой парте в ряду Кроликов, ближе всего к двери. — Простите, синьора Сфорца, может, вы спросите, как их зовут, и проверите, записаны ли они в журнале?

Девочек звали Гудзон Аделаиде и Реповик Иоланда. И их имена были в журнале. Учительница побледнела.

— Так. А почему же у вас тогда нету розовых бантов в голубой горошек? — злобно спросила она.

— В галантерее их не осталось… — пробормотала Гудзон Аделаиде.

— Надо было раньше думать, — отрезала учительница.

Девочки пожали плечами.

— Отлично. Сделайте мне одолжение: отправляйтесь домой, и чтоб духу вашего здесь не было, пока не достанете форменный бант! Вон!

Иоланда и Аделаиде понуро пошли к лестнице. Приска вертелась за партой, как угорь на сковородке.

— Послушай, как бьется мое сердце! — прошептала она, схватив Элизу за руку и прижав ее к груди. — Оно вот-вот разорвется.

БУМ-БУМ-БУМ.

— Не пугай меня! — взмолилась Элиза. Она прекрасно знала, что добром это не кончится — Приска не выносила несправедливости.

И действительно, Приска уже встала и решительно направилась к двери.

— Ты куда, Пунтони? В туалет еще рано выходить. К тому же, надо спросить разрешения.

— Я иду не в туалет, я иду домой, — еле сдерживаясь, проговорила Приска. — Вернусь, когда достану розовый бант.

— Что тебе в голову взбрело? Остановись! Ты что, не слышала, что я сказала твоей маме?

Белые полные руки оказались неожиданно сильными. Они схватили Приску за плечи и водрузили за парту. Учительница велела Марчелле закрыть дверь.

— А теперь начнем урок! — сказала учительница, как ни в чем не бывало сияя пунцовой улыбкой.