Салли и похититель грёз - Ши Эрншоу

– Скажите, – говорит она, хлопая ресницами, – вы случайно не знакомы с человеком по имени Уильям Шекспир?

Джек удивлённо приподнимает надбровные дуги:

– К сожалению, нет.

Руби испускает долгий, полный горечи вздох и поджимает пухлые губки.

– Из-под его пера выходят самые прекрасные сонеты на свете! Я уверена: он моя единственная настоящая любовь. Но как я ни пыталась его найти, всё тщетно.

Джек молча глядит на меня. В его библиотеке много книг, написанных Шекспиром. Это прекрасные, часто трагические истории, и все они довольно старые. Не сомневаюсь, что он уже давно умер. Я незаметно качаю головой, не желая, чтобы Джек ненароком разбил Руби сердце, рассказав об этом.

– Если мы с ним встретимся, – произносит он со сдержанной улыбкой, – то непременно направим к вам.

– Спасибо. – Уголки губ Руби ползут вверх, хотя глаза ещё полны печали. – Надеюсь, вам обоим понравится у нас. Сегодня отличный день для прогулки по городу. Обязательно загляните в лавку «У Ромео» – там продают самые вкусные карамельные слезинки, что вы когда-либо пробовали.

Я понятия не имею, что это за угощение, зато точно знаю, что магазинчик назван в честь Ромео из пьесы Шекспира «Ромео и Джульетта» – ещё одно напоминание о мужчине, в которого Руби страстно влюблена, хоть ни разу его и не встречала.

Она делает быстрый реверанс, затем поворачивается и идёт по мощёной улице. Я наблюдаю, как местная правительница то и дело останавливается, чтобы перекинуться парой слов с хозяевами кафе и магазинов или пожать руки проходящим мимо жителям города – истинная королева, достойная править всем этим великолепием, украшенным разноцветной глазурью и резными сердечками.

Уверена, я совсем не так смотрюсь во время прогулки по городу Хеллоуина. Угловатая тряпичная кукла с торчащими нитками и разошедшимися швами, из которых сыплются сухие листья. Я совсем не похожа на неё. Острый клинок сомнения вонзается в моё сердце. Может быть, я ещё более не готова к роли королевы, чем предполагала.

Но Джек мягко берёт меня за руку, и я вижу восторг в его глазах – это заставляет тревожные мысли отступить.

Мы находим нужную тропинку, огибаем гостиницу «Любовное гнёздышко» и идём к дюжине небольших коттеджей, которые, словно невинные поцелуи, укрылись в высокой траве среди сосен. Джек вставляет ключ в замок домика с номером пять, расположенного чуть в стороне от остальных.

– Интересно, кто ещё здесь останавливается? – с любопытством спрашиваю я Джека.

– Да кто угодно, полагаю, – отвечает он. – Наверняка сюда часто заглядывают гости из других городов-праздников. Те, у кого выдались свободные выходные или отпуск.

Мы заходим внутрь, и нас встречает аромат ванильно-жасминовых свечей и лепестков роз, рассыпанных по деревянному полу. Джек ставит наш чемодан рядом с кроватью.

– А почему никто не гостит в городе Хеллоуина? – удивляюсь я, подходя к окну с кружевной шторой, чтобы ещё раз взглянуть на город Дня всех влюблённых.

– У нас нет гостиницы, – пожимает Джек плечами и вдруг задумчиво замирает. – Хотя, возможно, стоит её построить. Туризм может быть полезен для города.

Я опускаю штору, а Джек пересекает комнату и берёт мои ладони в свои.

– Здесь столько всего интересного, – говорит он, – не будем терять ни минуты.

Оставив чемодан в нашем домике, мы отправляемся исследовать город.

* * *

День проходит в вихре конфет с фундуком и карамельной посыпкой, малины, покрытой белым шоколадом, и маленьких шоколадных сердечек с милыми посланиями: «Люблю», «Милашка», «Жажду объятий». Мы ели их горстями, хорошо, что наши щёки не могут покраснеть от сахара. Бесцельно прогуливаясь по мощёным улочкам, мы набрели на фабрику, где делают эти сердечки. Их складывают в маленькие розовые коробочки, которые доставляют в мир людей накануне Дня всех влюблённых.

– Здесь даже воздух пахнет сладко, – говорю я и отправляю в рот вишнёвый трюфель, с наслаждением ощущая, как шоколад начинает таять на языке.

Джек подхватывает меня на руки и кружит.

– Знал, что тебе здесь понравится!

Как здорово, наверное, жить здесь и дни напролёт лакомиться нежнейшими пирожными, карамельками и сливово-имбирными слойками. После обеда – чай с лимонными кексами, после ужина – мятные трюфели и кофе с вишнёвым сиропом. От одной мысли об этом перед глазами всё плывёт. Эта сладкая истома будет приходить ко мне в самых радостных снах. Жизнь здесь, в городе Дня всех влюблённых, несомненно, была бы очень приятной и безоблачной.

В дверях небольшой кондитерской – витрина забита подносами с песочным печеньем – невысокая дама забирает коробку с меренгами у седого усатого господина. Рядом стоит отделанная кружевом коляска, в которой истошно вопят сразу три младенца. У каждого из них на голове по вихру тёмных волос, кожа цвета инжира и ярко-розовые губки, а пухлые пальчики, как и их слюнявчики, покрыты крошками сахарной пудры. Я наклоняюсь и осторожно дотрагиваюсь до щёчки одного из малышей, он тут же хватает мой палец и начинает улыбаться, показывая беззубые дёсны.

Два других младенца тоже замолкают и удивлённо глядят на меня круглыми глазками. У всех троих на лицах такое выражение, будто они впервые рассматривают ночное небо.

– Отличная работа, – довольно кивает их мать. – Обычно этих разбойников можно утихомирить только с помощью сладостей, но вы их точно заинтересовали.

Она убирает коробку с меренгами в корзинку для покупок.

– Они купидоны? – Я не могу удержаться от вопроса. Мне ужасно интересно, почему этих малышей уложили в коляску, когда другие летают по городу с крошечными луками в руках.

– Станут, когда у них вырастут крылья, – отвечает дама и наклоняется, чтобы поправить белую сорочку с рюшами одного из младенцев. – Самого сладкого вам дня, – с улыбкой желает она нам и собирается уходить.

Стоит малышу отпустить мой палец, как он издаёт беспокойный писк, а потом начинает кричать. Но его мать невозмутимо толкает коляску перед собой, напевая своим купидончикам нежную колыбельную.

Интересно, станем ли мы с Джеком когда-нибудь родителями? Услышим ли в своём доме детский смех?

Мальчики-скелеты, скатывающиеся по перилам винтовой лестницы; девочки – тряпичные куколки, у которых то и дело распускаются нитки, так что приходится без конца пришивать им пальчики на ногах или руках. Счастливая мрачная семейка!

Джек срывает розу