Пешком над облаками - Георгий Садовников

— И следовательно, зеркало является самой настоящей машиной времени! — радостно подхватил прорицатель.

— Я могу подсчитать точно, на какое время вы погрузились в свое прошлое, деловито пообещал Толик Слонов.

— Я-то думал, что такие удивительные события происходят только в книжках с картинками, — произнес спаниель, покачав головой.

— Не верьте им! Юнга их всех обвел вокруг пальца! — суетливо сказал Пыпин изобретателю.

Но толстяк еще раз посмотрел в зеркало и потрясенно пробормотал:

— Да, это и вправду машина времени… Батюшки, как я неустанно хорошею! О, мой лик стал еще лучше, чем был одну миллиардную секунды тому назад! Чудеса! А я столько лет бился над таким агрегатом, и все было напрасно… Надеюсь, вы не передумали? — обратился он ко мне. — Учтите, вы обещали отдать машину времени за мой мыслелет.

И толстяк крепко прижал зеркальце к своей груди.

— Я бы ни за что не обменял машину времени на какой-то мыслелет, — опять суетливо вмешался Пыпин.

Но я заверил настороженного изобретателя в неизменности нашего уговора, и мы тут же обменялись машинами. Я оставил толстяку свое зеркальце, а он, сияя от удачной сделки, выкатил из прихожей дома космический аппарат.

Мыслелет походил на типичное межзвездное судно будущего и отличался от него разве что комнатными размерами. Его приводила в движение энергия мысли, и потому он не нуждался в запасах горючего, которое будет занимать на космических кораблях очень много места.

Я предложил назвать наш корабль «Перепелкино-3». Почти весь экипаж отнесся к моему предложению с одобрением. И только Пыпин, из-за присущей ему привычки перечить всем и во всем, проголосовал против.

Я подобрал под ногами осколок известняка, вывел на борту мыслелета его гордое имя, и наш маленький отважный отряд погрузился в корабль.

Мы уже приготовились к старту, и тут изобретатель, вместо добрых напутственных слов смущенно хихикнул и произнес:

— Сказать по правде, мыслелет не взлетит. Я изобрел его просто так, для обмена. И сколько ни пробовал, он ни с места. Только, чур, назад не возвращаем, — и спрятал зеркальце за спину.

Хорошо, что я уже в это время сел в кресло пилота и по привычке начал думать.

«Голубчик, — подумал я, обращаясь к мыслелету, — трогай! Иначе погибнут тысячи миров. Пропадет наша родная Вселенная!»

И мыслелет легко вспорхнул в космос. Под нами мелькнуло изумленное лицо изобретателя. И планета исчезла из виду. А загадочный летательный аппарат, получив излученный мной мощный заряд мысли, уносил нас все дальше и дальше к окраинам Вселенной.

Это был невообразимый полет! Я еле успевал мыслить. За иллюминаторами проносились скопления галактик. Но нам они казались черными пятнами, потому что их свет никак не мог нас догнать.

И вдруг кто-то невидимый подхватил наш мыслелет и швырнул куда-то в сторону по крутой дуге. Корабль упал на что-то мягкое и замер, потому что мы, потрясенные переменой, на время перестали мыслить. И как выяснилось потом, сделали это вовремя. Иначе бы наш корабль улетел за пределы квартиры, в которой жил мальчик Петя.

Мы вышли из мыслелета и осмотрелись.

Вдалеке, пониже линии горизонта, посреди безбрежного океана паркета крутился яркий волчок, сверкающий всеми красками радуги. Это была наша Вселенная, из которой нас выбросила вон центробежная сила, как только мы приблизились к ее границе.

— Что же выходит? Мы там живем? — забеспокоился Пыпин.

— Да, Пыпин. Это наша родная Вселенная, — тепло отозвался я.

— Такая маленькая? Ну и ну, — ошеломленно пробормотал Пыпин.

— Отчий дом изнутри всегда кажется большим, — напомнил я ему, стараясь избежать ложного пафоса.

С трех других сторон нас окружало тугое, пружинящее под ногами зеленое пространство. Я понял, что наш корабль угодил на тахту, на которой спит мальчик Петя.

А затем мы увидели и его самого. Он сидел на коврике среди других игрушек и пытался разобрать заводной автомобиль. По сравнению с нами Петя казался фантастически огромным. Его лицо с азартно горящими глазами и высунутым от усердия кончиком языка находилось на высоте сотен миллионов километров.

— Эй ты, пацан! — закричал Пыпин. — Ты эти штуки брось! Не трогай Вселенную! Тебе что? Других игрушек мало? Вот их и ломай!

— Кто знает, может, и другие игрушки Вселенные? И этот заводной автомобиль, — заметил я Пыпину.

— Ну да? Ты это… слишком, — не поверил Пыпин, но на всякий случай добавил: — Петьк, ты вот что, положь автомобиль.

Но мальчик его не слышал.

У всех, кроме еще ничего не понявшего Пыпина, дружно упали сердца. У тех, кто понял, что нам не удастся поговорить с родителями Пети, потому что они никогда не заметят нас, не услышат нашего голоса, что для них мы меньше самой крошечной песчинки, а голое наш тоньше писка атомов комара. А нам нужно было срочно предупредить родителей, что Вселенная наша в опасности. И может, угроза сейчас нависла и над другим миром, заключенным в игрушечном автомобиле.

— Не слушает, что взрослые говорят, — пожаловался на мальчика Пыпин.

Но когда мы ему объяснили, что происходит на самом деле, Пыпин вместе с нами впал в отчаяние. Это случилось с ним впервые в жизни.

Лично я всегда впадаю в отчаяние перед тем, как найти неожиданный выход из совершенно безнадежного положения. Так случилось и на этот раз.

— Друзья! Нам необходимо попасть под микроскоп! — воскликнул я неожиданно даже для самого себя. — Мы должны найти молодого талантливого ученого с микроскопом! И когда он увидит нас увеличенными в миллиарды раз, мы расскажем ему о наших тревогах.

— Это вы придумали остроумно, — признал прорицатель. — Но каким образом, хотелось бы знать, мы отыщем и ученого, и микроскоп в таком огромном мире?

— Биолога нам найдет Толик Слонов, — ответил я, подмигнув заговорщицки мальчику.

— Так вот зачем я нужен был экспедиции! — обрадовался Толик. — Я мигом его найду! Вот возьму и окажусь перед линзой микроскопа!

Сказав это, Толик исчез. Не прошло и минуты томительного ожидания, как он снова вырос перед нами, словно появился из-под земли. И вести, которые мальчик принес, оказались самыми обнадеживающими.

По словам нашего разведчика, нам очень повезло. Петин папа был тем самым биологом, которого мы мечтали найти. И здесь же, за стеной, стоял самый современный электронный микроскоп.

Оживившись, повеселев, наш экипаж сел в мыслелет и отправился путешествовать по квартире. Мы пересекли детскую комнату, облетели гостиную и, заглянув в кабинет, сразу увидели микроскоп, стоящий посреди письменного стола — новенький, сверкающий линзами и никелем.

Самого хозяина в кабинете не было. Видно, он все еще вел научно-исследовательскую работу в своем институте.