Пока нормально - Гэри Шмидт

* * *

Знаете, как часто в нашем тупом Мэрисвилле идет зимой снег? Раз в неделю. Иногда два. А знаете, в какой день недели снег идет всегда? В субботу. Каждую субботу, весь январь и даже в феврале. Каждую!

Помните, чем я занимаюсь с утра по субботам?

Вы думаете, доставка заказов отменяется, если на улице холод, и ветер, и метель, и снег под ногами не тает, как на Лонг-Айленде, а становится все глубже и глубже, и мороз стоит такой, что куртка Джо Пепитона совсем не спасает, и мои пальцы начинают примерзать к ручке тележки, так что приходится натягивать на них рукава куртки Джо Пепитона, но на уши-то мне натянуть нечего, и они уже почти отвалились, но тут мистер Лефлер подарил мне свою серую шерстяную шапку, и Лил говорит, что я в ней шикарно выгляжу, хотя, по-моему, я в ней похож на придурка, но я все равно ее ношу, потому что мне вовсе не хочется, чтобы у меня отвалились уши, и к тому же разве я не сказал вам, что Лил нравится, как я в ней выгляжу?

Каждую субботу все проходило одинаково. Я вставал в темноте, потому что небо закрывали густые облака и снег валил вовсю, причем это продолжалось чуть ли не с полуночи, так что он уже лежал толстым слоем и на земле, и на улицах с тротуарами. Лукас и Кристофер еще спали, а я надевал под куртку Джо Пепитона практически все, что мог найти, потом натягивал серую шерстяную шапку, которая так нравилась Лил, завязывал шнурки на кроссовках и выходил из дому, и буквально через три шага мои ноги промокали и замерзали. До того как выпустить меня из магазина, мистер Спайсер всегда наливал мне чашечку горячего шоколада. Утром я выпивал ее и отправлялся в путь с первой партией заказов. В начале января я еще возил тележку, но очень скоро мистер Спайсер сообразил, что мне будет гораздо удобней, если поменять ее на старые санки. И он был прав – с санками дело пошло намного быстрее. Думаете, я вру?

Но вы не поверите, до чего холодный ветер иногда дует в нашем тупом Мэрисвилле.

У миссис Мейсон меня всегда поджидала чашка теплого молока, потому что я, как придурок, сказал ей, что мистер Спайсер не разрешает мне выходить от него без чашки горячего шоколада, и она решила, что будет угощать меня чем-нибудь другим – так она сама мне объяснила. И выбрала подогретое молоко. Скоро я к нему привык.

У мистера Лефлера меня всегда поджидала чашка горячего чая. Скоро я и к нему привык.

У миссис Догерти меня всегда поджидала тарелка манной каши. К ней я не привык. Фронси шепнула, что она ничего, если насыпать в нее побольше коричневого сахару. Мне это не помогло.

У миссис Уиндермир меня всегда поджидала чашка горячего кофе. Черного – она сказала, что это единственный способ пить кофе, если ты хочешь быть бодрым и по-настоящему служить богу вдохновения, а именно это ей и необходимо с тех пор, как она работает над сценической адаптацией – угадайте, чего.

Ага. «Джейн Эйр». Думаете, я вру?

Когда я сказал ей, что «Джейн Эйр» читали только те, кого заставлял учитель литературы, и ни один человек, если он в своем уме, не захочет платить приличные деньги, чтобы сидеть в театре и смотреть на героев этой книги, она отхлебнула кофе и сказала: «Тощий Посыльный, я еще не закончила свою пьесу, а за билетами уже выстроилась очередь».

Можете вы себе представить, чтобы кто-нибудь покупал билеты на «Джейн Эйр»? Например, Джо Пепитон?

Вот и я не могу.

* * *

Всю зиму напролет я боролся с дующим в лицо ветром, таскал за собой свои тупые санки, натягивал на руки рукава куртки Джо Пепитона и каждые полчаса бегал в уборную из-за холода и всего этого теплого питья – шоколада, молока, чая, кофе.

Зато потом, когда я возвращался от миссис Уиндермир, Лил ждала меня в магазине, и мистер Спайсер разогревал для нас куриный суп с лапшой – по своему собственному рецепту, с большой добавкой курицы и лука, – и я снимал мокрые кроссовки и ставил их рядом с батареей, и снимал мокрые носки и клал их на батарею, и вытягивал мокрые ноги так, чтобы они очутились как можно ближе к батарее, и ел куриный суп с лапшой до тех пор, пока не согревался опять. А потом мы шли в библиотеку, где нас ждал мистер Пауэлл и где мы уже начали работать над выразительностью движения.

Между прочим, тут нам здорово пригодилась бы Снежная Цапля, но она теперь тоже пропала – из-за снега.

Думаете, я вру?

Этой зимой в нашем тупом Мэрисвилле выпало так много снега, что город потратил кучу денег на его уборку и песок с солью, которым его посыпали. Когда деньги кончились, городской совет отправился в библиотеку, точно это была не библиотека, а какой-нибудь банк, и прихватил с собой бритву, а на следующий день мистер Пауэлл обнаружил, что Снежную Цаплю вырезали – вот так запросто, взяли да вырезали, и продали кому-то, чтобы раздобыть еще денег на уборку и песок с солью.