Солнечный мальчик - Светлана Гершанова

– Простите. И меня не ругайте, за то, что не сдал в полицию, они бы вам его живо доставили. Главный механик его с крана увидел у закрытой булочной. Не знаю, как уговорил покормить, покормить хотя бы! А потом уж вся полиция на ноги поднялась.

– Хорошо, что не сдали. Они бы не стали церемониться хотя бы за то, что их поставили на ноги. А это лишний стресс, их и так хватило. Но обострения нет, значит, он действительно здоров. Хорошая проверка, хотя неожиданная.

– От вас он сбегал?

– В Городе его три часа не было, потом вернулся. А от нас не сбегал. Из Санаторной зоны не так просто сбежать, а в нашем корпусе дополнительная охрана.

– Что я хотел вас попросить. Пусть он лето поплавает с нами. Оформим юнгой, это же такое приключение для любого мальчишки, а уж для вашего! Почистит картошку у кока, продраит палубу.

– Я должен его увидеть сначала.

– Так увидите, мы девятого июля в Городе, день-два разгрузка, как поставят. А потом я пришлю его к вам со своим главным механиком.

– Договорились. Да, у него девятого июля день рождения. Отметьте, если он ещё будет у вас.

– Непременно, спасибо, что предупредили.

Женя ушла в работу. Пациентов у неё не было. Бегала по теплоходу в белоснежном халатике то на кухню, то в бассейны.

Утром встречала людей в ресторанах, спрашивала:

– Как вам отдыхается? Как вам наши повара?

– Всё отлично! – улыбались ей люди.

Иногда пила чай с доктором, слушала его рассказы об институте, о дальних плаваньях. Наконец, ему было, с кем поговорить.

Сергей был высоко – три палубы вверх. И субординация, ей не полагалось к нему обращаться. Питалась, как положено, с командой, а не с офицерами в кают-компании. Запрещала себе думать о нём, и думала постоянно, особенно ночью, когда дневные дела отступали, и она оставалась одна.

Сергей тоже мучился, что Антон сбежал из-за него. И не мог себе простить эту сцену в Жениной каюте. Куда девалась его хвалёная выдержка?!

Позвонил доктору:

– Как там ваша помощница?

– Чудная девочка, чудная! Старательная, вежливая, приветливая. Где вы её нашли?

– Прекрасно, я рад, что вы сработались.

А сам подумал – да уж нашёл, повезло. Не потерять бы теперь. А теряет, теряет с каждой минутой. Так судно отходит от причала – сначала узкая полоска воды, потом всё шире, шире, и уже открытое море между ним и берегом. Еле дождался вечера и пошёл к её каюте. Постучал нерешительно – что он ей скажет? Вошёл, молча остановился в дверях. И она встала ему навстречу.

Они сидели напротив друг друга. Он держал её тонкие ладошки в своих больших руках.

– Как Антон?

– Хорошо, ему там нравится. Они идут в Город, девятого июля будут там. И сами отвезут его в «Сосенки». Будет дома.

– Ты говорила ему, что хочешь усыновить?

– Нет, хотела раньше с тобой поговорить. Поговорила! Знаешь, он не хочет, чтобы я его усыновляла, наотрез.

– Из-за меня, понимаю. Что ты решила?

– Буду рядом. Детский дом в Городе, это не «Сосенки». Полиция сообщила в пароходство, у тебя были неприятности?

– Не знаю. Из пароходства не звонят. Может, будет разбор полётов, когда вернусь. И Олегу влетит, должен был передать мальчика полиции, а не играть в прятки. Слава Богу, живой! А то встретились бы в тюрьме все трое – я, Олег и Виктор Сергеевич.

– Прости меня! Прости, пожалуйста!

– Ты меня прости. Такое устроил.

– Давно простила. Я не должна была…

– И будешь со мной? У нас всё, как раньше? – обрадовался он.

И такая мальчишеская улыбка осветила его лицо, что она не могла не улыбнуться в ответ.

– Переоденься. Надень своё самое красивое платье, мы идём в ресторан! У тебя есть здесь красивое платье?

– Леся перед отъездом просто заставила купить вечернее. Я уже думала, что оно мне больше в жизни не пригодится.

– Как ты могла такое подумать! Я всегда буду покупать тебе самые красивые платья! Одевайся, я зайду за тобой через полчаса.

Никита возился в своём машинном отделении. Что-то ему послышалось сегодня. Он, как хороший кардиолог, мог уловить малейшие посторонние шумы, неслышные никому другому, в сердце своего судна. Что-то послышалось…

– Главного механика в капитанскую рубку! – прозвучало по громкой связи. Никита тщательно вытер от масла руки и побежал вверх по трапам.

– Садитесь, Никита. Как там наш найдёныш?

– Нормально. Хороший мальчик, досталось ему в жизни. И ещё достанется, один же на свете.

– Я звонил в «Сосенки» главврачу. Может, он разрешит, чтобы Антон поплавал с нами до сентября. С пароходством я договорюсь, зачислим юнгой.

– Было бы здорово! Я думаю, поговорю с женой, может, мы его усыновим?

Капитан молчал потрясённо. Столько лет вместе, а теперь оказывается, что он совсем не знает своего главного механика.

– Да, чтобы не забыть. У него день рождения девятого июля. Мы как раз будем в Городе. Закончим разгрузку, отвезёте его в «Сосенки», так сказать, с дипломатической миссией. Если Марина ваша согласится – скажете об этом главврачу. Будет веский аргумент.

– Девятого июля день рождения? Одиннадцать лет? – подумал он, – у моего сына тоже день рождения был девятого июля одиннадцать лет назад. Только не судьба ему была – дожить.

Ему всегда в этот день было тяжело. Слёзы выступили на глазах.

– Я могу идти, Олег Иванович?

– Да, конечно. Держите меня в курсе.

Антон сидел на корме, на бухте каната, и смотрел вдаль. Никита поглядел на него издали.

Мальчик умеет быть наедине с самим собой, редкое качество для подростка.

Жизнь научила, – подумал он.

Пока вернулся вмашинное отделение, решениеокрепло. Он уже не думал, согласится ли Марина.

В конце концов, он мужик и хозяин в доме. Как скажу, так и будет. И Антону скажу – не останется пути к отступлению!

Антон смотрел на волны от винта. На них можно было смотреть бесконечно. На душе было легко и спокойно, будто волны смывали всю боль, тревогу, обиду.

Мысли о будущем почему-то больше его не мучили. На самом деле будущее зависит от него. Раз не получилось сказки с Женей на том волшебном теплоходе – лето большое, он может подготовиться и сдать осенью за восьмой класс, и даже за девятый.

В библиотеке нет учебников – можно попросить Лесю или Ромку – они возьмут у себя в школе! И он поступит в этот прекрасный институт.

Каждый день будет подниматься по той широкой мраморной лестнице. И навстречу ему будет идти Женя. А потом вернётся в «Сосенки», там его дом.