Ловушка для Буратино - Валерий Роньшин

Достав отмычку, Молодцов сунул ее в замочную скважину. Трик-трак — повернулась отмычка в замке.

Дверь открылась.

— Давайте я тут постою, — предложила Катька. — А если кто пойдет, я вас предупрежу.

— Не надо, — отверг Димка. — Вон лифт рядом. Если кто-нибудь на лифте приедет, мы все равно не успеем выскочить из номера. Рисковать так рисковать. Быстро заходим, быстро делаем обыск и быстро уходим. Вперед!

Ребята и учительница вошли в номер и захлопнули за собой дверь. Нашарив на стене выключатель, Димка зажег свет. Пятьсот десятый номер был не такой роскошный, как у Сонечки. Обыкновенный двухместный номер с двумя кроватями, двумя стульями, столом, шкафом, ванной и туалетом.

Молодцов сразу же обратил внимание на записку, лежащую на столе. Записка была написана от руки и содержала всего три слова: «В воскресенье. Ночью. Целую».

— Вот что значит интуиция! — гордо заявил Димка, показав записку Катьке и Сонечке. — Горохова-Данилова завтра ночью в сейф полезет.

— Ты думаешь? — с сомнением сказала Катька.

— Читай сама — «В воскресенье. Ночью».

— А почему тогда — «Целую»? — спросила Сонечка.

— Для конспирации, Софья Николавна. Если б она просто в сообщении написала: «В воскресенье. Ночью» — было бы подозрительно. А добавила: «Целую» — и никто не придерется — обыкновенная любовная записка. Знаю я эти шпионские штучки. — Молодцов положил записку на место. — Давайте по-быстрому обыщем номер. Может, еще чего-нибудь интересное есть.

Но больше ничего интересного в номере не оказалось. В нем вообще не было ничего, указывающего на то, что тут кто-то живет. В шкафу не висело никакой одежды; в ванной на полке не лежало ни зубной щетки, ни тюбика с пастой.

Они уже собирались уходить, как вдруг…

Как вдруг в коридоре послышались шаги и кто-то остановился у дверей номера.

Димка быстро выключил свет. «Попались!» — молнией мелькнуло у него в голове. То же самое мелькнуло в головах Оладушки-ной и Орешкиной.

Секунда — и в замочной скважине стал поворачиваться ключ.

Ребята с учительницей бросились кто куда. Дима кинулся под кровать. Софья Николаевна полезла в шкаф. А Катька от растерянности не нашла ничего умнее, как запереться в туалете.

Из-за дверей доносилось невнятное бормотание. Замок не отпирался.

— Дима, Дима, — послышался шепот из туалета.

— Что? — откликнулся Молодцов из-под кровати.

— Это номером ошиблись.

По всей видимости, Катька была права. Ключ поворачивался в замке и так и этак, но замок упорно не хотел открываться. Бормотание смолкло.

Димка вылез из-под кровати и, подкравшись к двери, прислушался. Он услышал удаляющиеся шаги.

Молодцов осторожно открыл дверь и выглянул в коридор. Никого.

— Сваливаем! — Димка пулей выскочил из номера.

За ним пулей выскочила бледная Катька, а за Катькой, тоже пулей, выскочила бледная Софья Николаевна.

Захлопнув дверь, они быстро пошли по коридору.

А навстречу им уже шла дежурная по этажу в сопровождении высокого негра.

— Дайте ваш ключ, — сказала дежурная негру, остановившись у 506-го номера. — Сейчас посмотрим, почему у вас дверь не открывается.

— Ноу, нет, — мешая русские и английские слова, ответил негр. — Май номер за углом. О'кей?

— За каким еще углом? — Дежурная показала негру бирку на ключе. — Видите, ваш номер 506-й.

— О, сорри, извините. — Негр приложил к груди широкую ладонь. — Я путать двери… Я немножко… как это по-русски… поддал. Выпил. О'кей? Понимайн?..

— Чего уж тут не понимайн, — ответила дежурная, открывая дверь 506-го номера. — Заходите…

А Софья Николаевна с ребятами тем временем вошли в свой номер. Сонечка и Катька без сил повалились на кровать. А Димка, схватив со стола графин с водой, выпил сразу половину.

— Димочка, оставь попить, — попросила Катька и, присосавшись к горлышку, осушила вторую половину графина.

— Ну вы даете, — сказал Молодцов, когда все немного успокоились. — Софья Николав-на, зачем вы в шкаф-то полезли? Ведь если б кто-нибудь пришел, он первым делом шкаф бы открыл, одежду повесить.

Учительница только рукой махнула.

— Ой, я так перепугалась, что совсем перестала соображать.

Димка посмотрел на Катьку.

— А ты, Катя, зачем в туалете заперлась? Ведь вторым делом он бы в туалет зашел.

— А куда нам было прятаться? — спросила Орешкина.

— Под другую кровать.

— Мы бы с Софьей Николавной там вдвоем не поместились. Но я, кстати, сразу поняла, что это номером ошиблись. Помнишь, я тебе еще сказала? И как-то успокоилась. Даже стихи начала сочинять.

— Во врать-то, — фыркнул Димка.

— Ничего и не вру. Я в туалете стихотворение сочинила.

— Ну прочти.

— Ой, нет, — смутилась Орешкина. — Оно глупое.

— Прочти, Катюша, — поддержала Димку Софья Николаевна. — Вдруг ты у нас второй Пушкин.

— Ну хорошо, — согласилась Катька. — Слушайте.

И она прочла:

Я стихи простые эти Сочинила в туалете!