Драконы Обыкновенной фермы - Дебора Бил

— Но вы меня даже не увидите!

— Я сказал — нет. Итак, сколько, по-вашему, эти предметы могут стоить?

Сколько они стоили, живо интересовало и Колина, поэтому он внимательно выслушал оценку Джуда Модесто и посмотрел, как антиквар выписывает чек в качестве аванса.

«И все равно это мелочь по сравнению с тем, что мы можем получить, — подумал Колин. — Ты слишком мелко мыслишь, Гидеон, слишком мелко!»

— Благодарю вас, сэр, — сказал Гидеон, запихивая чек в бумажник. — Приятно иметь с вами дело. Дайте мне знать, когда завершится оценка и вы выставите их на…

— Гидеон, — внезапно прервал его Рагнар. — Кто-то поднимается по лестнице!

Теперь Колин тоже слышал тяжелые шаги, казалось, нескольких пар ног.

— Никто не станет… — беспечно сказал Гидеон, и тут дверь распахнулась.

Колин не видел вошедших, но он видел лица Гидеона и Рагнара — будто из темноты прямо к туристскому костру вышел волк.

— Что это значит? — вопросил Гидеон.

— П-простите, что без предупреждения. — Джуд Модесто вдруг так перепугался, что даже начал заикаться. — Я лишь хотел представить вам своего лучшего клиента, Эдварда Стиллмана.

— Стиллман! — Гидеон произнес фамилию так, будто это было самое грязное в мире ругательство. — Что ты здесь делаешь, черт побери? Модесто, гнусный предатель!

Рагнар обернулся к антиквару.

— За такое мне следует сломать вам шею.

Модесто взвизгнул и вывалился из кресла, пытаясь отползти. В этом шуме Колин поменял позу, чтобы видеть больше. В дверях стояли трое мужчин. Двое из них — высоченные, мускулистые и обритые наголо — были похожи как близнецы, только один был белым, а другой — чернокожим. Угадать в них телохранителей было несложно. Между ними стоял человек, которого Колин никогда раньше не видел, — невысокий, хорошо сложенный седой мужчина, по всей видимости, Эдвард Стиллман.

Джуд Модесто укрылся за спинами Стиллмана и его громил. По виду Рагнара было понятно, что ему все равно, скольких придется одолеть, прежде чем ему в лапы попадется маленький жирный антиквар. Один из телохранителей угрожающе потянулся к карману, но Стиллман поднял загорелую руку с безукоризненным маникюром.

— Спокойно, спокойно, обойдемся без насилия. Давайте оставим оружие в ножнах. Мистер Модесто тебя не предавал, Гидеон. Я уже довольно давно являюсь главным покупателем твоей коллекции. Именно я настоял, чтобы он позволил мне встретиться с тобой лично. Он ничего не знал о нашем знакомстве в прошлом.

— Знакомстве? Значит, ты называешь попытку украсть у меня жену, ферму и труд всей моей жизни знакомством? Умеешь ты найти подходящие слова, Стиллман. — Гидеон поднялся с кресла. — Идем, Рагнар.

— Не спеши.

Стиллман повел рукой, и один из громил двинулся вперед. Они с Рагнаром стояли нос к носу, сверля друг друга взглядом. Сложения они были примерно одинакового, только телохранитель Стиллмана лет на тридцать моложе на вид. Колин отпрянул.

«Ну и охраннички, — подумал он и подавил истерический смех. — Да я мог бы поджидать здесь Стиллмана с пушкой, а они даже не обыскали офис».

Внезапно Колин понял, как он рискует. Эти парни действительно были телохранителями, а значит, имели при себе оружие. Если он выдаст себя хоть малейшим шорохом, они просто пристрелят его, а разбираться будут потом. Душивший его смех неожиданно сменился тошнотой, его едва не вырвало. Колин яростно сжал зубы.

— А теперь, если все закончили демонстрировать свою крутость, — сказал Стиллман, — может, поговорим о деле? Мистер Модесто, вы нам больше не понадобитесь — подождите меня в машине, пожалуйста. Водитель не выключает двигатель, так что кондиционер в салоне работает.

— Я этого не забуду! — закричал Гидеон вслед Модесто, который суетливо удирал из комнаты, как краб, спешащий за волной.

Колину вдруг пришла в голову другая мысль, еще более тревожная.

«Этот Стиллман — главный покупатель Модесто, он сам так сказал! И он Гидеону враг. А Модесто отдаст кусок скорлупы Стиллману».

Колин похолодел от ужаса. Что он наделал! А если Гидеон узнает? В самом лучшем случае Колина с матерью навсегда вышвырнут с фермы. У него отнимут то, что его по-настоящему занимает.

— Ты меня здесь не удержишь, Стиллман, — прорычал Гидеон. — Ты подлец, и нам не о чем разговаривать. Мы немедленно выйдем отсюда, и твои наемные убийцы не смогут нас остановить.

Стиллман улыбнулся и покачал головой.

— Пожалуйста, Гидеон. Если ты не поговоришь со мной, к вечеру я сгоню к твоей ферме толпу полицейских и агентов ФБР. Ты же не хочешь этого?

— Полиция? Что за вздор!

— Хочешь проверить, держу ли я слово?

В комнате повисла напряженная тишина. Когда после долгого молчания Гидеон заговорил, было такое ощущение, что его ударили под дых.

— О чем… о чем ты хочешь говорить?

— Отлично, я удостоился твоего внимания, — сказал Стиллман. — Присядь. — Гидеон сел. — Моя жизнь сильно изменилась с тех пор, как мы виделись в последний раз, Гидеон. Ты, вероятно, слышал, что моя компания «Мишн софтвер» акционировалась?

Гидеон сверлил его взглядом, но ничего не отвечал.

— Это принесло мне приличные деньги. Даже весьма приличные, если быть точным.

«Мишн софтвер». Эд Стиллман! Колин слышал о нем, этот тип был миллиардером. Но зачем такому человеку, как он, разнюхивать что-то про их ферму?

— Если ты пришел сюда бахвалиться, Стиллман, — мрачно сказал Гидеон, — мог бы отослать пресс-релиз, вместо того чтобы держать нас под прицелом.

Эдвард Стиллман засмеялся.

— Ты все так же любезен. Я не вижу никакого оружия, а ты? Теперь слушай внимательно. Мы с тобой оба знаем, что по всем законам ферма должна принадлежать мне. Она принадлежит моей семье, не твоей. Если бы Октавио был в своем уме, он ясно выразил бы свою волю перед смертью.

Колин снова едва не свалился со своего ящика. Это какое-то безумие! Стиллман и Гидеон — родственники?

— Полный бред, — выпалили Гидеон, лицо его покраснело и перекосилось от ярости.

— Ты даже не из Тинкеров, — сказал Стиллман. — Ты просто женился на девушке из этой семьи. Точнее, украл ее. Потому что Грейс должна была стать моей.

— Не смей говорить о моей жене! — Глаза Гидеона едва не вылезали из орбит. Рагнар положил свою ручищу ему на плечо, чтобы успокоить, а может, и удержать. — Не смей даже имя ее произносить!

Стиллман покачал головой.

— Я надеялся, что ты проявишь большее благоразумие. Если ты так будешь брызгать слюной в суде, ты вряд ли произведешь хорошее впечатление. — Он вздохнул. — Ну да мне все равно. Я не рвусь подружиться с тобой, Голдринг. Я лишь хотел тебе сказать, что собираюсь заполучить эту ферму. Мне хорошо известно, что и кроме бесценной коллекции Октавио там есть на что посмотреть. Мой дядя Октавио был умнейшим, поистине гениальным человеком — мир не оценил масштаб его личности, но я-то знаю ему цену. Он наверняка захотел бы передать ферму и доступ ко всем своим исследованиям мне.