Зов памяти - Михаил Самарский

Искусственный интеллект предложил выбрать руководителя полёта. Единогласно на новую должность был избран Ярослав. Лёха пошутил:

– Теперь у нас есть и свой Президент, и Председатель правительства.

– А ты министр? – рассмеялась Мария.

– Да, – Алексей состроил серьёзную мину. – Я буду министром… министром, – он посмотрел на Марию, – ты как думаешь, министром чего?

– Ну, давай, министром финансов, – предложила супруга.

– Хорошая идея, – согласился Лёха.

– Тем более что у тебя есть целая пачка денег! – съязвила Мария.

– Слушай, Яр, – Алексей хлопнул себя по лбу, – всё хотел тебя спросить: а что там на Земле с деньгами? Ну, там рубли, баксы, фунты и так далее?

– На каждом континенте своя валюта, – ответил Яр. – У нас в Росазии рубли. – Североамериканцы придумали новую валюту – у них теперь «амеры».

– Так что, выходит, доллары уже не актуальны? – насупился Лёха.

– Лет эдак пятьсот точно! – рассмеялся Ярослав.

– Эх, вот он и наступил, момент истины! – Алексей вынул из внутреннего кармана пиджака пачку долларов и, выйдя на трап корабля, начал разбрасывать купюры.

– Ты что делаешь? – изумлённо спросила последовавшая за ним Мария.

– Отойди, Машка, ты не представляешь, как я об этом мечтал! Летите, зелёненькие, летите. Вот тут вам и место, подлые бумажки! Я свободен от вас! Свободен!

– Свободен он, – бурчала жена. – И зачем я тебе о них напомнила?

– Мария, – смеялся Лёха, – неужели тебе жалко эти фантики? Давай уже в новую жизнь без этого… без этого хлама вернёмся.

– Ну ладно! – наконец согласилась Мария. – Дай и мне бумажечек, я тоже побросаю.

– Тоже хочешь стать свободной? – обнял Лёха свою супругу. – На, бросай, пусть летят в тартарары.

После антифинансовой акции молодожёны вернулись обратно. И вдруг раздался голос Гоши.

– Внимание, готовность двадцать минут! – объявил искусственный интеллект. – Через десять минут все выходы-входы будут заблокированы на всё время полёта. Прошу всех занять специальные места рядом с рубкой корабля.

Димка вдруг увидел в иллюминаторе Аврору с тигрятами. Он мигом спустился к выходу и, выбежав из корабля, помчался навстречу тигрице.

– Аврора, – стал он ей махать рукой, – иди сюда, иди, не бойся, мы улетаем!

Тигрица остановилась, рядом с ней замерли малыши.

– Ну, что же ты стоишь? – кричал Димка, стараясь перекричать гул корабля.

На трапе появились Кирилл Андреевич и Ярослав.

– Димка, Димка! – до хрипоты в горле кричал профессор. – Немедленно вернись, сейчас заблокируют вход, и ты останешься здесь один! Вернись сейчас же!

Димка, не оборачиваясь, продолжал умолять Аврору идти за ним:

– Аврорушка, миленькая, иди ко мне! Не бойся! Ну, пожалуйста…

Аврора, словно пожалев мальчишку, вдруг двинулась к нему навстречу. Димка стал задом отступать к входу, тигрица продолжала медленно идти. Кирилл Андреевич и Ярослав, чтобы не напугать зверя, зашли в корабль.

– Давай-давай, родная! – подбадривал Димка тигрицу. – Заходи, не бойся. Ты же приходила к нам в пещеру, никто тебя не обижал. Заходи, здесь все свои. Заходи, заходи…

Дмитрий остановился у входа, а тигрица проследовала мимо него, за ней семенили два «котёнка». Рядом с мамой они ничего не боялись. Раз мама входит в это гудящее чудовище, значит, и им можно. Когда Аврора и тигрята оказались внутри корабля, за ними последовал и Димка. Через мгновение раздался щелчок, что-то клацнуло, проскрипело, и голос Гоши объявил: