Страж феникса - Лоуренс Еп

– Делай всё, на что способен, Страж! – насмешливо заявил Ваттен. – Покажи мне самое худшее. А потом я добавлю твою душу к своему ожерелью. Узнаёшь? – Он оттянул украшение пальцем, подняв повыше. Камни сверкнули, ловя отблески огня из его глазниц. – Должен узнать. Ведь они все твоего племени. В прошлый раз ты меня сильно расстроил, и я нанёс им небольшой визит.

Господин Ху застыл посреди заклинания:

– Мой клан!

Ваттен зацокал языком, поигрывая жёлтыми камнями.

– Да, я истребил всех. Какая жалость! Мне так нравится тигриный янтарь, и где же я найду ещё, когда убью тебя? Детей нанизывать не стал, слишком мелкие. – Ваттен зажал в пальцах самый большой кусок янтаря. – Эта была вожаком стаи. Она рычала громче всех, отдавая мне свою душу.

– Тигрята… – упавшим голосом проговорил господин Ху. – Ты!

Не помня себя от ярости, он взвыл, неспособный облечь свои мысли в слова. Том чувствовал, как у него самого тигриная кровь приливает к голове, а внутри зреет приступ жгучей ненависти. Но он напомнил себе: сейчас не время терять разум.

– Господин Ху, заклинание! – попытался напомнить он.

– Да… – прошипел Страж, силясь совладать с собой.

– А тут у меня… – Ваттен вальяжно растягивал слова. – Как тебе? – Он постучал пальцем по камню небесно-голубого цвета. – Твоя предшественница!

– Ложь! – закричал Том. – Мою бабушку унесла колесница призраков, мы её видели!

Сама мысль о том, что после смерти бабушка оказалась в заточении у чудовища, привела его в ужас.

Ваттен захохотал:

– Рано вы так решили!

А ведь и правда… Когда Том чуть сам не погиб в сражении, колесница призраков прилетала и за ним. Но господин Ху спас ученика прежде, чем его забрала смерть. Мог ли и Ваттен сделать с бабушкой то же самое и оставить её в живых? Мальчишку разрывало между надеждой – вдруг бабушка не умерла? – и ужасом, что она находится в плену у своего заклятого врага.

– Я знал, что она скорее умрёт, чем станет моей добычей… – Ваттен упивался местью. – Так что я снабдил своих воинов всеми возможностями, чтобы заключить её в этот камень. Оттуда она видит всё, но ничего не может сделать. Она станет свидетелем моего триумфа!

– Не смей мучить госпожу Ли!

Исчез утончённый джентльмен, величественный тигр и чародей, посвящённый в Мастерство. Доведённый до белого каления, Страж утратил своё безупречное воспитание и мудрость. Упав на все четыре лапы, он превратился в безумного зверя. Взбугрившиеся мышцы распирали ткань тесной одежды, готовые разорвать её изнутри. Хлестая хвостом и прижав к голове уши, он сощурил глаза и, издав свирепый рык, прыгнул вперёд, вложив в прыжок всю силу лап. Удары его когтей обрушивались с таким неистовством, какого не выдержал бы ни один противник. Но в этом поединке они просто пролетали сквозь соперника, не причиняя никакого вреда.

Ваттен злорадно расхохотался:

– С чего ты решил, что можешь быть Стражем? Дикое примитивное животное!

Кулак Ваттена состоял из дыма, но он поразил господина Ху и свалил его наземь. Взвыв, тигр вскочил на лапы и снова бросился на него с разинутой пастью. Его голова металась из стороны в сторону, но клыки были бессильны: перед ним был один лишь дым. Как только он пронзал фигуру Ваттена, она вновь обретала прежнюю форму. Замахнувшись тыльной стороной ладони, Ваттен легко оттолкнул противника, швырнув его о каменную скалу.

– Что могут тигры знать о магии? Ты поддался на простейшую из уловок. Неужели ты думал, что я замараю свои руки кровью низких созданий вроде вас?

Он сорвал ожерелье со своей шеи. Янтарные бусины превратились в то, чем были на самом деле, – в дым. В руках злодея осталась лишь красная нить. Ваттен бросил её в тигра. Господин Ху начал подниматься, но, только коснувшись его, нить опутала лапы зверя прочными витками и прижала к туловищу. Обездвиженный, Страж беспомощно рухнул на землю.

Глава пятнадцатая

Тигр повалился на землю, мотая головой, силясь перегрызть алые путы.

– Господин Ху!

Том кинулся на помощь Стражу, но Сидни схватил его за руку:

– Нет! Теперь всё зависит от нас.

Это была правда. Ученику оставалось только смотреть, как учитель беспомощно бьётся в неволе. Пустые глазницы демона презрительно смотрели сверху вниз на поверженного тигра.

– Я очень надеюсь, что ты действительно страдаешь так, как это выглядит со стороны.

Вначале зверь издавал только гортанные вопли. Но постепенно к нему стало возвращаться сознание. Он нашёл в себе силы забыть про издевательства Ваттена и воззвал к ученику:

– Мастер Томас, повторите…

– Ты ещё можешь что-то тявкать? Видимо, недостаточно туго я тебя связал.

Призрачная рука сделала пасс над тигром, тот резко выгнулся и захрипел.

– Что повторить? – растерялся Том.

Но Страж лежал неподвижно, широко раскрыв глаза и хватая ртом воздух, не в силах вздохнуть в перетянувших его путах.

– Нельзя обижать дедушку! – запищал феникс.

Ему стало невтерпёж посреди поднявшегося шума, и он высунул наружу головку, растянув петли шнурка. Ваттен ногой развернул задыхающегося тигра так, чтобы ему было видно гору.

– Смотри! Хочу, чтобы ты видел, как я уничтожу мир, и знал, что ты проиграл. Ты оказался самым никчёмным из всех Стражей!

Страж не отводил взгляда от ученика. Он не мог говорить, но всеми силами старался подать какой-то знак. Глазницы монстра сверкнули вспышкой яркого холодного огня. Демон даже не рассматривал в качестве угрозы для себя детей и крысу. Отвернувшись от них, он стал поднимать руки – и Том ощутил, что что-то происходит. Кожу резко стянуло, она растрескалась. Во рту пересохло от небывалой жажды. Мальчик бросил взгляд на каменную чашу, в которой бил родник. Она была пуста.

– Ваттен собирает на себя всю воду! – прохрипел Том. – И вытягивает её из всего.

– И из нас тоже! – Сидни упал на колени. – Ох! Меня поджаривает, как в духовке!

Вода, стекаясь отовсюду, медленно концентрировалась в руках у Ваттена, превращаясь в серебристую алебарду, увенчанную топором с остриём на конце. Древко стало удлиняться. Оно росло и росло, пока не достигло в длину полсотни метров. Монстр управлялся с исполинским оружием легко, как обычным топором. Он поднял его над головой и, примерившись, обрушил на подножие Непрочного Столпа. Магическая сталь выбила глубокую расщелину. Птицы, подняв крик, взвились в небо, чуть не угодив под сорвавшиеся сверху огромные валуны.

Жэв в исступлении вцепилась в