Как курица лапой - Энн Файн

Мне было бы легче сосредоточиться посреди многополосной автострады в час пик. Не представляете, сколько звуков издавал Джо, пока писал. Ручка падала у него на пол десять раз в минуту. Полдюжины «прости» я выслушивал после каждого случайного тычка локтем. И раз в несколько секунд он открывал крышку парты и копался в сваленном там барахле.

Все равно что рядом с гигантской мышью сидеть.

— Ну в чем дело? — спрашиваю наконец.

Он обратил ко мне взволнованное лицо.

— В смысле?

Я спросил по-другому:

— Почему ты не работаешь?

— Работаю. Сам же видишь: работаю!

— Нет. Я не вижу, чтобы ты работал. Зато вижу, как ты скидываешь вещи на пол, елозишь листком туда-сюда и лазаешь в парту пошуршать мусором.

— Это я так работаю.

— Но ты еще ничего не сделал.

Чистая правда. Пока ему удалось только вот что:

Кажется, я немного переборщил. Вид у него был раздавленный.

— А что это вообще?

— Что?

— Ну вот что ты написал?

— Разве непонятно?

Я вглядывался, крутил головой…

— «Эшиш пьл»?

Он так тяжело вздохнул, что я понял: неправильно, ой, неправильно я себя веду. И снова попытался вчитаться.

— «Эшиш пьт…»

— «Если ты…»

Тут я вытаращился.

— Если?

— Вот «С» и «Л», а это «И», — показал он.

— Это тебе кажется.

— Неправда, не ври, — потребовал он. — Очень похоже на «сли».

— А я очень похож на хомяка. Один в один.

Лицо у него стало совсем кислым.

— Потому я и лазал в парту. Там у меня где-то есть листок, где мне выписали слова.

Я заглянул под крышку парты Джо Гарднера.

— Как в такой куче хлама найти листок?

Он покраснел.

— Еще там где-то словарь.

Я запустил палец в кучу и осторожно выудил два мятых листка.

— Вряд ли там есть книжки.

— Может, на дне лежит, утонула.

— Да почему ж ты не уберешься-то тут, господи? Тогда хоть найти что-то можно будет.

Он печально произнес:

— Я пытался. Просто…

Он не договорил. Да мне и не требовалось продолжения, что ж тут объяснять-то. Я видел, сколько миллионов лет ушло у него на то, чтобы родить (вернее, попытаться родить) два слова. Если такой человек, как Джо, начнет делать уборку, то дай бог закончит к тому времени, когда у него борода до земли отрастет.

Я отодвинул пустые листочки своего сочинения.

— Ладно, — сказал я со вздохом. — Давай с этим разбираться.

— Но мы же должны…

Я не стал слушать. Встал и потопал прямиком к учительскому столу за мусорной корзиной. Когда я протянул за ней руку, глаза-бусины нашей мисс Тейт припечатали меня к месту.

— Говард!

— Я одолжу на минутку, — объяснил я.

— Но, Говард, это корзина для всех.

Ненавижу школу за то, что со мной обращаются как с недоумком.

— Да, я понимаю. Но в данный момент нам с Джо она нужнее, потому что он не может начать работу, пока мы не приберемся и не найдем его словарь.

В глазах ее мелькнул странный огонек.

— Пока вы не приберетесь в парте Джо Гарднера?

Думаю, мой взгляд был достаточно говорящим. Он говорил: «Да, дамочка. С вас причитается. Я делаю за вас вашу работу».

Все, я ее нейтрализовал, больше проблем с ней не должно быть. Я потащил трофей на нашу галерку и поставил рядом с партой Джо. Потом указал ему на свой стул.