Новый герой Галактики - Дмитрий Суслин

– Там моя База, – Бочкин смахнул с глаз набежавшую слезу. – Знаешь, Краснобаев, вроде мы не так долго в космосе были, а я уже успел по ней соскучиться. И процедуры надо закончить.

– Ничего, – успокоил генерала Окуркин, – сейчас дома будем. Немного ждать осталось. Я тоже домой хочу! Если честно, то не так уж в космосе и интересно. Одни звезды да планеты. У нас на базе да в сержантской школе куда интереснее.

– До Земли еще тридцать часов пути, – тут же охладил его восторг Базилевс. – И то, если по прямой траектории.

– Вот, что, прапорщик, – сказал тогда Бочкин, – Пойдем лучше готовиться к приезду домой. Упакуем вещи, которые возьмем с собой, приведем в порядок форму. Нельзя выглядеть чучелом, когда сходишь на родную планету.

И генерал с прапорщиком пошли собираться.

Краснобаев остался в кабине управления один.

– Ну что, Базилевс, – обратился он к катеру, ласково поглаживая кнопки и клавиши на пульте управления, – кажется, скоро мы с тобой расстанемся. Не так ли?

– Так точно, – как живой вздохнул катер.

Краснобаев тоже вздохнул:

– А ведь я успел к тебе привязаться, – сказал он. – Неужели вот так вот возьмем и расстанемся навечно?

– А куда нам деваться? – ответил Базилевс. – Так уж получилось. Да и служба вас ждет на Земле.

– Это точно.

Капитан и катер немного помолчали. Потом Краснобаев осторожно спросил:

– И ты в самом деле после приземления на Землю распадешься на атомы?

– Да, так заложено в моей программе. Задание мы выполнили. Теперь мне осталось только доставить вас обратно, и мой долг перед вселенной будет выполнен.

– Нет, не могу я с этим согласиться! – хлопнул кулаком по ручке кресла Иван Иванович. – Не могу! Это ведь неправильно. Ты можешь еще летать и летать. Совершенно новый корабль. Что-то твои техники не досмотрели.

– Не надо так волноваться, капитан, – стал успокаивать Краснобаева Базилевс. – Мои инженеры все сделали правильно. Моя модель сделана специально для вас. В единственном экземпляре. Дело в том, что я принадлежу вам и только вам, но так как вы земной житель, то на вашей планете я не могу существовать. Ради вашей же безопасности. А вдруг я попаду в плохие руки? Мало ли что с вами может произойти? Поэтому и предусмотрена временная раскомплектация.

– Раскомплектация?

– Да.

– Что это значит?

– Это значит, что если понадобится, то я могу воссоздать себя заново. Если это понадобиться галактике. Но это мало вероятно. В ближайшие две тысячи лет, нам вряд ли что угрожает. Так что побыстрее разбирайтесь на Земле со своими проблемами и милости просим в Межгалактическое сообщество.

– Спасибо, ты меня успокоил, – облегченно вздохнул Краснобаев. – А то я уж думал, что ты на утиль пойдешь, как наши МИГи, которые после верной службы вместо музеев отправляются на металлолом и пылятся на свалках. Но моего Мигунка я на произвол судьбы не брошу. Добьюсь ему пенсию, когда понадобится.

И чтобы отвлечься от грустных мыслей капитан и боевой звездный катер занялись определением последнего маршрута.

– Курс на планету Земля, – скомандовал Краснобаев.

– Есть, курс на планету Земля, – ответил Базилевс.

– Надеюсь, нам ничего не помешает, и мы без задержек доберемся до дома.

– Я тоже так думаю, – пробормотал катер. – У нас на пути только Марс. Пролетим мимо него и помашем платочками. Заодно вы на него и посмотрите. Можем даже высадиться. Или вам больше Луна приглянулась?

– Лучше не соблазняй, Базилевс, – махнул рукой Иван Иванович, а сам даже задрожал от этой мысли.

Побывать на Марсе. Это ли не мечта любого человека?

И тут в кабину вернулись Бочкин и Окуркин. Они уже собрались.

– Мы полетим на Марс? – тут же спросил Бочкин, который слышал конец разговора.

– Нет, мы полетим на Землю.

– А кто тут говорил про Марс? – Бочкин подозрительно посмотрел на Краснобаева.

– Вам послышалось, товарищ генерал, – уверил его Иван Иванович.

– Жаль, – вздохнул генерал. – А я бы на Марс заглянул. Это ведь мечта любого землянина.

– А мне не жаль, – сказал Окуркин. – Я домой хочу. Воевать больше не с кем. Что без толку по космосу болтаться? Да и вы, товарищ генерал, не все процедуры прошли. А в них, я слыхал, нельзя перерывов делать.

– Да, процедуры – дело важное. А может, напоследок хотя бы выйдем в космос? Метеориты половим. – грустно спросил Бочкин. – Последний ведь раз. Кто знает, может, мы больше никогда в жизни не будем в космосе? Что ты об этом думаешь, капитан?

Краснобаев и Окуркин задумались. Прапорщик немного побаивался выходить в открытый космос, но его сильно привлекала мысль о том, что в космосе можно набрать немало драгоценностей. Он сразу засомневался.

– Невесомость можно устроить и на борту катера, – вслух подумал Краснобаев.

– Да ну, на корабле! – махнул рукой Бочкин. – Никакого интереса! Никакой романтики.

С последним доводом Краснобаев не смог не согласиться.

– Ладно! – махнул он рукой. – Полетаем напоследок. Хлебнем невесомости.

И через несколько минут, облаченные в скафандры и с огромными сачками, такими крепкими, что ими можно запросто поймать пулю выпущенную из автомата Калашникова, они были в открытом космосе. С Базилевсом их связывал только тонкий трос, который позволял отдаляться от звездолета хоть на километр.

Интересное занятие – ловить бабочек или стрекоз на лугу. Увлекательное и поучительное. Развивает мышцы тела, гибкость суставов, остроту взгляда и быстроту реакции.

Ловить в условиях невесомости мелкие метеориты, занятие не менее увлекательное. А некоторые считают, что интереснее этого вообще ничего не бывает. Ну, с этим я например не могу согласиться. Один мой знакомый считает, что нет ничего интереснее, чем стрельба пробкой из – под шампанского по рюмке, которая стоит на голове у лучшего друга. У всех свои вкусы.

Тем не менее, наши герои так увлеклись охотой на метеориты, что очень скоро забыли обо всем на свете.

На спине у каждого из них был вмонтирован нейтральный двигатель, который позволял свободно передвигаться в условиях невесомости. Так что каждый из них представлял собой миниатюрный звездолет. И они гонялись за метеоритами и друг за другом. Даже генерал забыл, что он взрослый мужчина, летчик, потерял всякую солидность и резвился как маленький. Да и кто тут в миллионах километрах от Земли может его увидеть? А Василий Митрофанович боялся только одного человека на земле. Своего командира маршала Штопорова, ну еще немного жену Настену.

Так они баловались наверно часа два, набрали всякой всячины целый мешок, тут были и золотые самородки, и брильянты величиной с куриное яйцо и кристаллы, переливающие всеми цветами радуги. Они за ними гонялись и ловили их и складывали в мешок, пока вконец не устали. Насладились невесомостью до конца. В последний раз все-таки.