За Темными Лесами - Крис Риддел

«Как хорошо, что я всего лишь живая игрушка», — подумал Прутик.

— Как-то раз они решили взбунтоваться, — продолжала девочка. — Это было еще до моего рождения. Они все собрались и отправились поджигать наш Главный Дуб-Кровосос. Злыднетроги так рассердились, что избили их до полусмерти. Наставили им синяков! И с тех пор они ведут себя тихо, — добавила она, злобно ухмыльнувшись. — Никудышный народец!

Прутик почувствовал, что еще три бусинки вплетены в его косички.

— Но с тех пор, — более спокойным тоном заговорила она, — главные корни всегда охраняются. — Она замолчала на несколько секунд. — Ну вот и все! Повернись-ка, Прутик. Дай-ка я на тебя погляжу!

Прутик повернулся.

— Просто замечательно! — восхитилась она. — А теперь пойдем, деточка. Пора завтракать!

Дни шли за днями, и поскольку в пещере у трогов никогда ничего не менялось, трудно было сказать, сколько времени утекло с тех пор, как мальчик попал сюда. Казалось, Мэг всегда будет подстригать ногти у него на руках и ногах. В последний раз, когда хозяйка делала ему прическу, она заметила, что волосы у него сильно отросли.

Жизнь его была легкой и безмятежной: Мэг и другие девочки баловали его, возились с ним. Но подземный мир угнетал его. Ему не хватало свежего воздуха, дуновения ветра, пения птиц, небесной синевы. Больше всего Прутик скучал по толстолапу.

Самым удивительным в его жизни под землей, под Дремучими Лесами с их опасностями и ужасами, было то, что у него теперь образовалась масса свободного времени для размышлений. Здесь не приходилось добывать еду, отыскивать место для безопасного ночлега. Здесь у него было все необходимое. Оставалось только привести в порядок мысли.

С самого начала, когда он появился у злыднетрогов, Мэг не спускала с него глаз. Вскоре, однако, новая игрушка ей надоела, и она частенько стала уходить одна, надев на мальчика ошейник и посадив его на цепь.

Цепочка, которой мальчика приковывали к кровати, была достаточно длинной, чтобы он мог свободно расхаживать по капсуле, но как только он натягивал цепь до предела, ошейник больно врезался в шею, напоминая, что он пленник.

Но может быть, он наконец найдет тропу, которая приведет его домой, к его семье? Вот обрадуется Спельда, что ее сын вернулся. Даже Тунтум, наверно, улыбнется, хлопнет его по спине и позовет с собой рубить деревья. Все будет иначе! Он станет таким, как все, будет работать с утра до ночи, будет стараться походить на лесных троллей во всем: делать все, как они, думать, как они… И уж никогда больше не сойдет с тропы!

Ошейник душил его. У него мелькнула мысль, а не станет ли он таким же пленником, если вернется к лесным троллям? Сколько бы ни старался он быть таким, как они, ничего не получалось.

А где теперь Птица-Помогарь? Что с ней? «Наверно, ей надоело опекать меня», — горько подумал мальчик. «Ищи свою судьбу за Дремучими Лесами!» — сказала она ему. Прутик усмехнулся.

— За Дремучими Лесами! Скорее не за, а под. Моя судьба в том, чтобы быть игрушкой у избалованного, испорченного ребенка! Ах, Хрумхрымс! — выругался он.

Мальчик услышал какой-то шорох и умолк: здесь опасно разговаривать даже с самим собой!

В следующую секунду Мэг с шумом ворвалась в капсулу. Через руку у нее был переброшен сложенный в несколько слоев лист коричневой бумаги.

— Мне велено готовиться, — взволнованно объявила она.

Разложив бумагу на полу, она принялась рисовать.

Прутик, широко раскрыв глаза от изумления, наблюдал за ней.

— Прутик, душенька, — улыбнулась девочка. — Скоро мне сделают татуировку на спине вот по этому рисунку.

Прутик с еще большим интересом стал разглядывать картинку. На ней была изображена массивная, мускулистая женщина-злыднетрог. Она стояла, широко расставив ноги и уперев руки в бока. Лицо ее имело весьма свирепое выражение.

— Мы все такие, — с гордостью объяснила девочка.

Прутик сложил губы в улыбке. Он указал на картинку, затем на Мэг и потом снова на картину.

— Да, это я, — кивнула она. — Вернее, скоро стану такой.

Прутик указал на себя и склонил голову набок.

— Ах, Прутик, — нежно прошептала она, — я всегда буду любить тебя.

Мальчик, успокоившись, снова сел. В этот момент за дверью раздался тяжелый топот. Чувствуя, что его спокойному существованию приходит конец, мальчик стал машинально жевать кончик своего шейного платка. Это была маманя.

— Мэг! — прогрохотала она. — МЭГ! Девочка подняла глаза.

— Я здесь, — отозвалась она, и тут же весь дверной проем заполнила необъятная фигура женщины-трога.

— Идем со мной! — приказала она. — Немедленно!

— Уже пора? — взволнованно спросила Мэг.

— Пора, — сердито ответила маманя.

Мэг вскочила на кровать.

— Ты слышал, Прутик? Нам пора! Пошли.

— Туда, куда мы идем, с животными нельзя, — предупредила ее маманя.

— Мам, ну пож-а-а-а-а-луйста, — заканючила девочка.

— Я же тебе сказала — нельзя. Потом поиграешь.

— А я все равно его возьму, — упрямо твердила непослушная девочка.

Прутик перевел взгляд с одной на другую: мать хмурилась, а дочь улыбалась.

— Ты хочешь пойти со мной? — спросила его Мэг. Прутик тихо улыбнулся в ответ. Он был рад отправиться куда угодно, лишь бы не сидеть на цепи.

— Вот видишь, — с торжеством воскликнула Мэг. — Я же тебе говорила!

Маманя недовольно фыркнула.

— Ты считаешь это животное разумным существом.

— Мам, ну пож-а-а-а-а-луйста, — снова заныла девочка.

— Ну ладно, уж если ты без него не можешь, — понуро согласилась маманя, поднимая с полу разрисованную бумагу. — Но, по крайней мере, не спускай его с поводка. — И, обернувшись к Прутику, продолжала: — Смотри у меня! Не испорти праздник моей деточке! Только попробуй что-нибудь натворить! Хоть что-нибудь! И ты у меня живо получишь!

Снаружи уже витало ощущение приближающихся торжеств.

Все тропинки, ведущие к озеру, были забиты женщинами-трогами, идущими в том же направлении, что и они. Прутик знал некоторых из них: они были соседями. Но там было немало и незнакомых ему трогов.

— Смотри, куда они идут, — радостно сказала ему Мэг.

На другом конце озера была площадка, окруженная высоким забором. Понурые, худые как щепки мужчины группками топтались у входа. Они раболепно поклонились мамане и хором захныкали, когда она напролом двинулась ко входу.

— Рядом! — скомандовала Прутику девочка, рванув поводок.